Саймон Хоук – Интрига хранителя времени (страница 5)
– Да я-то привыкну, – сказал Финн, – но никогда не полюблю.
Они подошли к комнате для брифингов и вновь подверглись проверке, их документы были верифицированы, а сетчатки отсканированы для положительной идентификации.
– Стадо параноидальных засранцев, – пробормотал Финн.
Внутри комнаты их поджидал Форрестер в компании рефери и мужчины с женщиной, сидевших перед настольным терминалом.
– Джентльмены, прошу садиться, – произнес рефери. Он подождал, пока они опустились на кресла, а один из агентов принес им кофе.
– Это была хорошая идея, – сказал Лукас.
– Я подожду с выводами, пока не попробую, – сказал Финн.
– Хорошо, – сказал рефери. – Не пора ли нам начать?
– Сэр? – сказал Лукас.
– Капитан?
– Все ли собрались? Где остальные члены команды?
– Да, капитан, все в порядке.
– Вы имеете в виду, что мы и есть команда?
– Не совсем, капитан. Я не знаю, что вам уже рассказал майор Форрестер, но это дело АВР. В течение этого задания вы будете находиться в распоряжении агентства. Мы имеем дело с корректировкой, возможно, потенциальной, но тем не менее. Сложилась уникальная ситуация, в которой функции АВР и корпуса пересекаются. Откровенно говоря, они лучше умеют справляться с подобными вещами, но в связи с тем, что ситуация может перерасти в корректировку, они запросили коммандос для усиления. Ваша роль в этой миссии будет определена в свое время, и она будет определена агентством. С этого момента я передаю ведение брифинга мистеру Дарроу из АВР.
Реф повернулся в сторону человека из агентства и кивнул. Дарроу был статным мужчиной с седеющими волосами. Он носил непримечательный облегающий костюм. Среднего роста и среднего веса. Человек, который мог бы с легкостью затеряться в толпе.
– Готов поспорить, что это не настоящее имя, – тихо сказал Финн.
– Не настоящее, – сказал мужчина, которого звали Дарроу. Его губы растянулись в безжалостной усмешке. – У меня отличный слух, мистер Дилейни. Кстати, с вашим кофе все в порядке. Можете пить, не опасаясь подвоха. Если у вас есть иные уместные замечания, я хотел бы услышать их сейчас, чтобы мы могли продолжить.
Финн неловко прокашлялся и покачал головой.
Лукас улыбнулся.
– Превосходно, – сказал Дарроу. – Знакомы ли вы, джентльмены, с группой, называющей себя Хранителями времени?
– Террористическая организация, – сказал Лукас.
– Верно, капитан. Точнее, они являются террористической фракцией Лиги темпоральной презервации.
– Группы Менсингера? – Финн нахмурился. – Понятия не имел, что они как-то связаны.
– По общему мнению, связи нет, – сказал Дарроу. – Формально Лига отмежевалась от Хранителей времени, осудив их действия и объявив их фанатиками. Тот случай, когда котелок называет чайник черным, ну да ладно. Мы уверены, что Лига по-прежнему подпитывает Хранителей финансами и осуществляет их поддержку другими средствами.
– Не понимаю, как это согласуется с целями Менсингера, – сказал Финн.
– Да, но, он ведь мертв, не так ли? – сказал Дарроу. – А политика, особенно политика фанатизма, привлекает странных сожителей. Но, возможно, не таких уж и странных. Лига функционирует открыто, лоббируя и агитируя, все совершенно законно и прозрачно. Хранители предпочитают более экстремальные средства убеждения, но их цели остаются такими же. Прекращение временных войн и перемещений во времени. Последнее требование несколько более экстремально, чем у позднего Менсингера, но все же укладывается в канву его идей, как вы считаете, мистер Дилейни? Вы же эксперт.
– Что ж, вы в курсе, что я изучал исследования Менсингера, – сказал Дилейни. – Вероятно вам также известно, когда я ребенком подал голос не в свою очередь и когда я впервые подтер свою задницу. Менсингер никогда не был фанатиком. Переходите уже к делу.
– Дилейни, заткнись! – сказал Форрестер.
– Все в порядке, майор, – сказал Дарроу. – Мы прекрасно знаем, что рядовой Дилейни невысокого мнения о нашем агентстве. Это не имеет значения, если только не повлияет на его эффективность при выполнении этой миссии.
– Не повлияет, – сказал Финн.
– Да, я знаю, – сказал Дарроу, одарив его своей безжалостной улыбкой. – Ваше личное дело определенно впечатляет. Меня не особо волнуют ваши проблемы с дисциплиной. Некоторые из наших лучших оперативников отсидели в военных тюрьмах. Это единственное, чем вы от них отличаетесь. Пока. Но вы хотели, чтобы я перешел к делу.
– Несколько лет назад нам удалось инфильтрировать Лигу. Тем не менее, только совсем недавно нам также удалось внедриться в ряды Хранителей времени. В последнее время они активизировали свои террористические кампании, и у нас было ощущение, что у них на уме что-то большее. По правде говоря, мы их недооценили.
Они оказались намного умнее, чем мы полагали. Сумели раскрыть нашего агента и уничтожили его. Надо отдать ему должное, он смог оставить сообщение. К сожалению, он умер слишком быстро, чтобы его закончить. Прискорбно. В результате нам неизвестен истинный масштаб их планов. То, что мы знаем, нам не нравится.
Ранее наш агент сообщил, что Хранители связались с кем-то из подполья. Один из ваших стариков стал плохим. Они вышли на него в плюсовом времени, поэтому мы предположили, что этот дезертир, очевидно, получил доступ к краденной хроноплате.
Он мельком взглянул на рефери.
– Нас уже достало обыкновение этих штуковин периодически куда-то пропадать. Как бы то ни было, мы предположили, что контакт был налажен для того, чтобы позволить им сбегать в минусовое время, уходя от преследования после террористических актов, но они, очевидно, ставят гораздо более амбициозные цели.
– Террористы – не самые логичные люди в мире. Они видят свою цель в разрушении устоявшейся системы и часто не задумываются над тем, что делать дальше. На сегодняшний день их деятельность сводилась к достаточно традиционным методам. Взрывам, похищениям, убийствам и т. п. Особенно им нравилось захватывать заложников и использовать их для давления при выдвижении требований. Что ж, на этот раз они превзошли самих себя. Они взяли в заложники само время.
– Теперь в их распоряжении есть хроноплата, и они используют ее для шантажа корпуса рефери. Они требуют демонтажа механизма ведения войн во времени, расформирования корпусов рефери и наблюдателей вместе с нашим агентством, а также прекращения путешествий во времени. В противном случае они создадут раздвоение временного потока.
– Они блефуют, – сказал Дилейни. – Угроза разделения течения времени – единственная причина появления Лиги. То, что вы говорите, означает, что они собираются создать именно то, предотвращение чего является их первейшей целью!
– Мистер Дилейни, если мы что-то и усвоили по ходу наших попыток разгромить Хранителей, так это то, что они никогда не блефуют. Как я уже говорил, это фанатики. Фанатики не являются рациональными человеческими существами. Им нет резона блефовать, у них на руках потрясающий расклад. Обратимся к истории. В прошлом существовали террористические организации, целью которых был мир, и, тем не менее, они без колебаний использовали насилие в своем стремлении к нему. В терроризме нет логики, есть только очень неприятная реальность его существования.
– Господи, все совсем как в прошлый раз, – сказал Финн. – Это будет адская попытка остановить кого-то с хроноплатой.
– Не обязательно, – сказал Дарроу. – Помните, они не знают, что у нашего агента был шанс сообщить нам об их планах. Они будут исходить из того, что мы не знаем, в каком времени они находятся и что собираются сделать, чтобы добиться раздвоения, если мы откажемся выполнить их требования. И, очевидно, что удовлетворение их требований немыслимо. В общем, мы не знаем точно, что они собираются делать и как они это сделают, но мы знаем, где они будут это делать. И, только если их планы не изменятся в последнюю минуту, у нас есть шанс их остановить.
– Нам известно, что в качестве оперативного времени они выбрали апрель 1625 года. Нам известно, что они будут действовать из Парижа. И мы знаем, что это был особенно нестабильный временной период. Прошу огласить краткую сводку.
Сидящая за терминалом женщина начала говорить ровным голосом.
– Франция в период с 1610 по 1643 год, правление короля Людовика XIII, регентство его матери, Марии Медичи, с 1573 по 1642 год. Король был объявлен совершеннолетним в 1614 году, в год последнего созыва Генеральных штатов. Королева-мать была сослана в Блуа в 1617 году, когда король находился под влиянием герцога де Люина. В 1619 году Арман Жан дю Плесси, кардинал-герцог де Ришелье, выступил посредником в заключении договора между королевой-матерью и герцогом де Люином. Гражданская война. После смерти де Люина в 1621 году страной правят Мария Медичи и Ришелье. С 1624 по 1642 год – период теневого правления кардинала Ришелье, стоящего за престолом Франции. 1625 год, восстание гугенотов под предводительством герцогов де Рогана и де Субиза. Осада Ла-Рошеля в 1627–1628 годах. Англия направила три флота на помощь гугенотам, но 28 октября 1628 года город сдался после четырнадцатимесячного сопротивления. Война в Италии с Испанией, Ришелье командует армией. Кераский договор 1631 года, начало участия Франции в Тридцатилетней войне. Основание