Саймон Грин – Наследие (страница 113)

Роберт и Констанция не хотели, чтобы Человечество знало, что своей текущей свободой оно частично обязано Хайдену.

— Тобиас Мун, — прошелестел голос. — Хайден, который умер и вернулся к жизни. Киборг, который отверг своих сородичей, став другом и союзником Оуэна. Тот, кто с таким трудом смог обрести человечность внутри себя. Быть может единственный, кто остался в живых из прошедших Лабиринт Безумия. Говорят, его всё ещё можно найти там, где когда-то была колония прокажённых, глубоко внутри разумных джунглей планеты Лакрима Кристи. Отшельник вот уже два века, он является единственным средством, с помощью которого колонисты могут общаться с живым сознанием планеты — Красным Мозгом. Люди, которые ищут Тобиаса Муна без уважительной на то причины, обычно не возвращаются.

— Значит, он был настоящим, — произнёс Льюис. — Мне всегда было интересно. Существует так много версий этой истории, особенно когда начинаешь докапываться до правды, среди которой огромное множество сомнительного. К тому же настоящая версия тоже кажется неправдоподобной — Хайден, сражающийся за Человечество.

Джесамина кивнула.

— Он вызывает у меня мурашки одним своим видом. Почему эта версия легенды должна была оказаться правдивой? Я предпочитаю ту, где Оуэн поднимает армию драконов для борьбы против Возрождённых.

— Нет, — возразил серый человек. — Это был Кэррион, и Ашраи.

Льюис и Джесамина перевели на него взгляд.

— Кто? — спросил Льюис.

— Чего? — одновременно сказала Джесамина.

Следующая фигура на экране оказалась более знакомой. Высокий, худощавый мужчина с отсутствующей талией и залысиной. Он был одет в старомодную форму капитана Имперского Флота и казался человеком, который привык отдавать приказы, и привык, что ему подчиняются. Льюис сразу узнал его по сценам, которые ему показал Шаб.

— Капитан Джон Сайленс, — произнёс серый человек. — Вместе с Королём Робертом и Королевой Констанцией он работал над созданием Золотого Века, хотя никогда и не одобрял процесс формирования мифов. Он исчез из поля зрения общественности чуть более ста лет назад, когда люди начали поклоняться его статуям. Сумеречный Двор выслал целую армию против его стоящего особняком загородного дома и сжёг его вместе с владельцем. От его тела не осталось совершенно ничего, но люди смогли отыскать немного пепла и рассыпали его над Садами Победы в Городе Вечных Парадов. Он был из тех немногих офицеров, что сохранили верность Императрице Лайонстон до самого конца, кто впоследствии был прославлен людьми за свои героические действия против Шаба и Возрождённых. Говорят, он прошёл Лабиринт Безумия, но если и приобрёл какие-либо силы или способности, то никогда их не демонстрировал. Говорят также, что он любил разведчицу.

— Бедолага, — произнесла Джесамина. — Легенды утверждают, что в них было меньше человеческого, чем даже в Хайденах.

Последовала пауза, а затем на экране неожиданно появилась шестая фигура. В этом человеке не было ничего знакомого. Высокий и худощавый, он был одет в чёрную кожу под развевающейся чёрной накидкой. Чёрные как смоль волосы обрамляли бледное и гордое, совершенно непреклонное лицо с угольно-чёрными глазами. Тонкий рот демонстрировал высокомерный изгиб, а поза — откровенный вызов. Его рука сжимала одно из величайших утерянных орудий старой Империи. Силовое копьё.

— Раз уж вы о нём спрашивали — это Кэррион. О нём мало что известно и та информация, которую нам удалось собрать часто противоречива. Предатель Империи, он сражался на стороне Ашраев против Человечества. Кэррион дезертировал с корабля, оставив свой экипаж, и впоследствии убил собственных друзей и коллег-офицеров, защищая планету Ансили. Планета была выжжена, а Ашраи истреблены, но каким-то образом Кэррион выжил, прожив в одиночку все эти годы на мёртвой планете. Он был ближайшим другом и спутником капитана Сайленса. Кэррион... человек великой силы, источником которой, возможно, является Лабиринт или же погибшие Ашраи.

— Он никогда не был частью легенд и почти не упоминается даже в самых безумных апокрифах, но имеют место быть записи из которых можно сделать вывод, что он был жизненно важной частью истории. Например, он собрал армию Ашраев и вышел в открытый космос, воспользовавшись одной лишь своей силой, чтобы противостоять Возрождённым в последней великой битве. Возможно, именно отсюда пошли легенды об Оуэне и драконах. Вполне возможно, что этот Кэррион знает то, что не известно нам, но необходимо будет узнать вам. В записях говорится, что он по-прежнему живёт на восстановленном мире Ансили среди Ашраев, вновь оживлённых Оуэном и Лабиринтом. Если это так, то он старше любого другого человека и живёт среди Ашраев, как один из них. Приближайтесь к нему с осторожностью. Ни один человек не контактировал с ним в течение двухсот лет, не в последнюю очередь потому, что единственным человеком, на которого ему не было плевать был капитан Сайленс — друг, которого он потерял. Ансили — запретный мир, находящийся на карантине по приказу Палаты Парламента после того, как Ашраи отклонили предложение присоединиться к Парламенту в качестве полноправного Члена. Они были единственными представителями чужих, удостоенными такой чести. Корабли не летают на Ансили. Те немногие, что миновали карантинный звездолёт были уничтожены Ашраями.

Обзорный экран исчез. Странные геометрические фигуры потянулись вверх из Пыльных Равнин Воспоминаний, медленно вращаясь, непрестанно поворачиваясь. Льюис посмотрел на Джесамину, а затем снова на осыпающуюся серую фигуру, всё ещё стоящую перед ними.

— Итак, — подытожил он наконец. — Единственные выжившие легенды это... Оуэн, возможно, в будущем. Хейзел, пропавшая без вести. Диана Вирту, возможно как часть Сверхдуши. И ещё двое, в прошлом предатели Человечества — Тобиас Мун и Кэррион. Не совсем то, что я надеялся услышать.

Странным отрывистым движением серый мужчина пожал плечами, в следствии чего на время лишился одного плеча, стёкшего вниз по руке.

— В отношении Лабиринта Безумия нет ничего определённого. Что бы он ни делал с людьми — он нарушает все известные нам научные законы. Все прошедшие Лабиринт стали больше, чем просто люди. Возможно для таких, как они... смерть — это не конец. Чтобы докопаться до правды, тебе нужно посетить эти легендарные миры. Отправляйся на Туманный Мир, планету Лакрима Кристи, на Ансили. Ты — Охотник за Смертью и возможно с тобой будут разговаривать те, кто не станет говорить ни с кем другим. И может случиться так, что в процессе поиска легенд, ты сам станешь легендой. Только сильные существа, подобные тем, о ком говориться в старых легендах, могут попытаться защитить всех нас от Ужаса. А теперь ступай, Охотник за Смертью... и делай, что должен.

Фигура повернулась и пошла прочь по неспокойной поверхности Пыльных Равнин Воспоминаний. Башни разрушались и опадали, снова погружаясь в серое море вместе со всеми другими формами, покуда всё, что осталось от последнего великого вместилища человеческой истории, не превратилось в подёрнутую мягкой рябью поверхность, ворчливо бормочущую про себя перекрикивающими друг друга голосами.

****

Эмма Стил в одиночестве сидела в закреплённой за ней как Парагоном квартире, прижимая к челюсти пакет со льдом. Её ранг позволял использовать технологию регенерации даже при незначительных повреждениях, но ей было стыдно воспользоваться этим правом. Однако испытывала она не только стыд, но и злость на саму себя. Прошло немало времени с тех пор, как кому-то удавалось застать её врасплох. Ну кто бы мог подумать, что старый торгаш на пенсии может двигаться так быстро? Она не увидела даже начало движения Шеврона. Впрочем сильного недовольства тем фактом, что Охотнику за Смертью и Джесамине Флаверс удалось сбежать она не испытывала. Пускай Парламент сейчас и сходил из-за этого с ума. Куда движется Империя, если мужчину и женщину можно приговорить к смерти без суда, просто за влюблённость? В конце-концов между Дугласом и Джесаминой был брак не более чем по расчёту; Королю что так трудно просто выбрать другую Королеву?

Во всём был виноват Финн Дюрандаль. Именно он представил это Парламенту как измену, а затем развернул всё так, чтобы потребовать смертной казни. Король оказался слишком ошеломлённым и шокированным, чтобы как-то возразить. Эмма нахмурилась. Финну Дюрандалю она больше не доверяла и по вполне весомым причинам. Работая через ряд доверенных и щедро оплаченных посредников, Эмма смогла достать копии большей части репортажей о бунте Нейманов. И час за часом она сидела, изучая материал на экране своего компьютера, ускоряя и замедляя видео, а также увеличивая масштаб, чтобы рассмотреть важные детали со всех сторон. Кропотливо, одержимо, она проработала каждую запись от начала бунта до конца. От смерти Парагона Вероники Мэй Сэвидж до прихода спасительной Сверхдуши. Но больше всего внимания она уделила записям сражения Финна Дюрандаля с бунтовщиками, ещё до того, как она пришла ему на помощь.

Даже во время бунта у неё появились подозрения, что все его действия были не тем, чем казались. Но теперь она была уверена, что драка была фикцией — камеры были установлены так, чтобы показать Дюрандаля в выгодном свете. Следовательно всё было спланировано заранее. Финну не грозила ни малейшая опасность. И ни с кем он на самом деле не сражался, пока не появилась она — в этот момент Дюрандаль хладнокровно убил своих партнёров, просто чтобы у неё не возникло подозрений. Эмма нахмурилась. И это прозрение, каким бы ужасным оно ни было, было ещё не самым худшим. Если свой постановочный бой Финн спланировал заранее, то и про бунт он тоже не мог не знать. Возможно, он даже помог спланировать и организовать его, включая убийства своих товарищей Парагонов. Что за человек мог на такое пойти?