Саяна Горская – Невозможный босс. Беременна от бывшего мужа (страница 3)

– Ну, удиви. – Язвительно дёргает бровью.

– Мы можем построить что-то для людей. Маленькие жилые кварталы, где сохранится природная зона. Мы можем создать уютный район с домами в три-четыре этажа, с террасами, общественными пространствами, зелёными дворами, кафе, спортивными и детскими площадками, пешеходными дорожками. Сделать так, чтобы люди чувствовали себя частью района, а не узниками бетонных коробок.

На миг повисает тишина.

Я смотрю на бывшего мужа с вызовом.

Он смотрит на меня с откровенной усмешкой.

Фыркает, откидываясь в кресле, словно только что услышал глупейшую из идей за всю историю человечества.

– Отличный план, Ярослава. Мечта филантропа! Но ты упустила одну маленькую деталь: заказчик хочет отбить свои вложения. А как ты собираешься зарабатывать деньги на уютных кафе и детских площадках? Или ты надеешься, что деревья начнут приносить дивиденды?

Эмоциям здесь не место…

Кричать нельзя…

Сцепляю пальцы в замок и холодно улыбаюсь – той самой улыбкой, что обычно предвещает бурю.

– А ты, как всегда, думаешь только о деньгах. Но у меня для тебя тоже есть новость: людям нравится комфорт, продуманный отдых и ощущение, что о них позаботились. И уж поверь, люди готовы будут платить, чтобы прийти туда всей семьёй и отдохнуть от суеты.

Тамерлан наклоняется вперёд, сложив руки на столе. Его лицо выражает почти мученическое терпение.

– Ты правда думаешь, что люди будут тратить деньги на твой «рай для отдыха», когда им предлагают квартиры с видом на реку? Квартиры, которые, кстати, можно продать уже сейчас за цену, которая втрое превысит стоимости этой земли! Или элитные комфортные офисы!

– Конечно, квартиры и офисы. Ведь это твоя любимая стратегия: втиснуть людей в бетонные коробки, забыв, что они хотят дышать.

– А твоя стратегия – отправить всех в парк и надеяться, что воздух сам оплатит счета?

– Ты снова всё упрощаешь, Тамерлан, – резко бросаю я, чувствуя, как моё терпение истончается. – Если сделать район привлекательным, он сам себя окупит: рестораны, магазины, прогулочные зоны. Это долгосрочный проект, который привлечёт стабильный поток людей, а не разовую продажу квартир.

Он усмехается, но его улыбка не тёплая, а острая, как наточенное лезвие.

– Знаешь, что я думаю? Ты мечтательница, Яра. Красивые слова, идеализм, а реальность потом бьёт по голове.

– А ты реалист, да? Настолько реалист, что предпочитаешь продать всё быстро, не думая, что останется после тебя.

– После меня останутся деньги. А что останется после тебя? Шум ветерочка в деревьях? Влажные розовые фантазии и ароматы сладкой ваты? – Смотрит на меня, полный самодовольства.

Мы молча глазеем друг на друга через стол, надеясь, что кто-то сдастся первым.

В зале скапливается такое напряжение, что его можно резать ножом.

Раздражение сдавливает горло, но я вытягиваю губы в фальшивую улыбку, едва не скрипя зубами.

– Давай-ка отойдём на минутку, Тамерлан.

Его взгляд резко становится настороженным.

Но он, конечно, встаёт.

Идёт за мной, а потом и вовсе обгоняет.

Его ботинки жёстко стучат по полу – каждый шаг, как маленький вызов.

Иду следом, наблюдая, как он пересекает черту, отделяющую водопой от чертогов.

Как только мы оказываемся за пределами безопасной зоны, нам обоим напрочь сворачивает крышу.

Глава 3

– Ну, давай, Яра! Начинай! – Резко поворачивается ко мне Тамерлан и рычит так, что я невольно отшатываюсь. – Опять скажешь, что я не уважаю твои идеи?

– Что это вообще сейчас было? Снова попытка обесценить мой вклад?

– А может сменишь наконец пластинку? Тебе вечно кажется, что я ущемляю тебя в правах!

– Да ты даже не даёшь мне шанса объяснить, почему моя идея может сработать!

– Потому что она не сработает, – отрезает, взмахивая рукой. – Ты строишь воздушные замки, тогда как я занимаюсь реальным делом!

– Воздушные замки? – Вторю эхом, делая шаг ближе. – Это всё, что ты видишь в моей работе?

– Всё, что я вижу. Ты снова предлагаешь что-то слишком красивое, слишком утопичное. Ты всегда так делала, Яра!

– А ты всегда всё рушил, – резко бросаю я, и он прищуривается.

– Что ж, рад, что мы вернулись на наши старые-добрые рельсы, – говорит хлёстко, словно наносит удар. – Давай, расскажи мне снова, что я виноват во всех бедах! Давненько я этого не слышал!

Упираю руки в бока.

Внутри вспыхивает такая ярость, что мне хочется открутить Тамерлану его бестолковую голову голыми руками!

– Если бы ты хоть раз послушал, что тебе говорят, вместо того чтобы быть таким…таким…

– Каким, Ярослава? – Он наклоняется чуть ближе. – Скажи уже. Высокомерным? Слишком уверенным?

– Беспощадным! Ко всем. Ко мне!

Тамерлан хмурится, но тут же поднимает руки, словно сдаётся.

– Ну конечно. Всё снова сводится к нашему прошлому. Ты когда-нибудь научишься смотреть вперёд?

– А ты? – Парирую я. – Или так и будешь прятаться за этими играми в босса, будто тебе всё равно?

Он сжимает челюсть, глаза сверкают от гнева.

– Ты думаешь, я прячусь? Если бы я хотел спрятаться, Ярослава, я бы давно избавился от этого бизнеса.

– И от меня? – Язвительно уточняю.

– Не льсти себе.

– Ты постоянно так делаешь.

– Да как, Яра? Как?!

– Будто я здесь лишь потому, что ты разрешил мне остаться!

– Но так и есть!

– Ты серьёзно? – Смотрю на него в упор и лишь волевым усилием держу руки при себе. – Я согласилась, чтобы ты остался в роли директора лишь потому, что понадеялась на тебя как на мужчину, Тамерлан! Но, как обычно, сделала ставки не на того.

– Конечно. – Смеётся. Коротко и колко. – Я ждал, когда мы подойдём к сути. Ну, говори, Яра, расскажи мне, какой я негодяй.

– Мне не нужно ничего рассказывать, ты сам всё показываешь! Угрожай мне своей должностью сколько угодно, но ты прекрасно знаешь, что этот бизнес наш общий. Мы построили его вместе. У меня здесь столько же прав, сколько и у тебя!

– И я, если ты забыла, предложил не делить бизнес лишь потому, что это угробило бы компанию! Ты сама согласилась, потому что знала, что иначе мы всё разрушим. Это стало бы последним ударом для тебя.

Закрывая на миг глаза, отворачиваюсь.

Как холодно и бесчувственно он проезжается по нашему общему прошлому танком.

Так, словно его это вообще не касается.

– Для нас, Тамерлан, – поправляю я, и в голосе проскальзывает больше эмоций, чем я хотела бы сейчас показать. – Для нас обоих это время было тяжёлым.

Мы замолкаем.