Савушка – Эридон. Игры судьбы (страница 15)
Нет, серьёзно. Даже у бездны больше поэтического таланта. Истинная ипостась демона – это безупречное воплощение силы. Хитиновая кожа как скальная порода, вышедшая из глубин пещер. Цвет в зависимости от доминирующей стихии: тёмно-алый, чёрный, аметистовый… За спиной раскрыты огромные крылья, словно ночные тени. Перья, окаймленные шипами, дают возможность использовать их не только для полётов, но и для атаки. Один мощный взмах крыльев способен вызвать вихрь, сбивающий врага с ног. Покрытый чешуей гибкий хвост позволяет легко маневрировать в полете, а во время боя является оружием, способным сокрушить камень.
На этой мысли я огорчённо вздохнула. Неприятно быть тем, кого боятся, но не иметь возможности выпустить когти наружу. Чувствовать, как сила шевелится внутри, ждёт, напоминает. И быть не в силах ею воспользоваться.
Тем временем мистер Глобу вещал о войне между демонами и драконами с невыносимо напыщенным выражением лица, будто сам был одним из героев сражений. Я почти не слушала эту очередную трактовку событий, выверенную под удобный нарратив, где демоны – хищники, а драконы – жертвы. Ложь, завернутая в шёлк слов.
Но когда он произнёс дату начала конфликта, память будто ударила. Всё потемнело, я словно вернулась туда, обрывки воспоминаний калейдоскопом замелькали в голове.
…Горит всё. Камень, трава, плоть. Воздух дрожит от магии, пропитан пеплом и гарью. Чёрное от дыма небо. Я стою в грязи и крови по колено. Под ногами – тела своих и чужих. Где-то кричит демон, залитый собственной кровью. Без крыла. Вокруг него скапливается мрак, мрачный спешит добить раненого, прежде чем его потоки разорвутся и безумие сожрёт разум.
Моей руки касается чужая – раненый демон, которого я едва удерживаю на ногах, пока его хвост волочится по грязной траве.
…Слева – плотная атака драконов. Крылатые силуэты в воздухе, по земле идут в человеческом обличье – клинки, магия, рёв. Один из них кидает пламенный разряд, я успеваю перекрыть щитом, но сила удара отбрасывает меня на спину. Вкус металла во рту. Звон в ушах.
Вскидываю руку, отпускаю в небо огненный круг – он срывается с пальцев, ревёт, как зверь, обрушивается на троих. Кричат. Горят. Падают.
…Боль. Когти.
Кто-то сзади разрывает мне плечо. Хватаю кинжал и вонзаю наотмашь – попадаю в горло. Сбоку подходит мрачный. Плотный туман клубится вокруг него. Он не использует слова, жесты или заклинания. Тьма повинуется ему без звука. Дракон, метящий ему в грудь, не успевает среагировать – мрак поглощает его. И ещё одного. И ещё.
…Яркое пятно – драконесса. Бросается на одного из наших, когти в шею, голова летит в сторону. Я поднимаю руку. Огонь вырывается из ладони, выжигая всё на пути. Она не успевает даже обернуться – сгорает заживо.
…Меч просвистел у виска, срезав прядь волос. Я рванулась вбок, присела и ударила клинком снизу вверх. Металл с хрустом рассёк плоть, но дракон не застонал. Только хрипло выдохнул и снова замахнулся. Наши клинки скрестились, и я увидела его глаза. Жёлтые. С вертикальными зрачками. Ощутила силу, исходящую от него, как гул перед извержением вулкана. Но и моя кровь пылала.
Я отбила его клинок в сторону и ударила ногой в грудь. Он пошатнулся, я тут же обрушила магию, пальцы вспыхнули алым. Пламя врезалось в него, но он поднял щит, рванулся сквозь пламя, и мы вновь сошлись. Сталь гудела в руках, мышцы ныли, дыхание стало рваным. Капли крови, его и мои, падали под ноги.
Он был сильнее физически, но я быстрее. Я знала, куда бить и когда бить. Дракон на миг открыл бок, и я ударила в подмышку, туда, где доспех слаб. Он застонал и снова пошатнулся. Я воспользовалась этим мгновением и развернулась, чтобы нанести решающий удар. Огонь вырвался вихрем, обволакивая его. Вскрик. Он рухнул на колени.
Я подошла вплотную. Он посмотрел на меня снизу вверх.
– Драконы не сдаются, – прохрипел.
– А демоны не щадят, – ответила я и всадила клинок в сердце.
…Мрачные на передовой. Их тьма уже накрыла фланг. Там больше нет криков. Только мрак и разлетающиеся клочья магии.
…– Адептка Веленская, – донёсся будто сквозь толщу воды голос мистера Глобу. – Расскажите нам условия перемирия после пятилетней войны.
– Демоны отказались от кровной мести. Драконы не нападают на демонов. При покушении на члена семьи повелителя перемирие считается нарушенным. Межрасовые союзы под запретом, – я говорила без запинки, но удары сердца ещё отдавались гулом в ушах.
– Верно. Что стало с детьми от союзов между расами?
– Их изгнали в другие миры.
– По чьей вине началась война?
– Драконов.
– Неверно, – равнодушно бросил преподаватель. – Продолжим.
– Видимо, вы плохо изучали историю, – горло сжалось от злости. – Во время визита в Небесный град был убит наследник Долины.
– Адептка Веленская, прежде чем голословно заявлять о недостаточности моих знаний, следует проверить достоверность своих или чужих домыслов. Демоны сами совершили убийство, чтобы иметь повод напасть на драконов и забрать их территории себе, – назидательно проскрипел его голос, и Глобу снова отвернулся к доске.
Пламя медленно начинает просачиваться сквозь сжатые пальцы.
– По-вашему мнению, повелитель приказал убить собственного сына и наследника? – мой голос показался мне сталью, готовой сорваться в бой.
– Именно, – Глобу отвечал, продолжая что-то писать на доске. – Эти политические игры иногда заходят слишком далеко и даже сильнейшие теряют рассудок и совершают необдуманные действия.
На последних словах этого ублюдка меня трясло, как в лихорадке. Пламя вспыхнуло в пятках и живой змеёй поползло вверх, обвивая ноги, сжимая талию, взрывая грудную клетку. Ярость разрывала изнутри, требуя выхода, я должна была вот-вот сменить ипостась, но… печать не пускала. Силы были заперты, как зверь в клетке, и теперь этот зверь терзал меня изнутри.
В следующую секунду волосы занялись алыми языками, я чувствовала каждый миллиметр пламени. Оно причиняло невыносимую боль, все тело буквально сводило от боли, зрение теряло четкость.
Чьи-то крики донеслись как будто издалека. Я различила искажённый паникой голос Тианы. Потом ещё один. Треск ткани. Запах палёной кожи. Моей кожи.
Мир куда-то уплывал. Все цвета сливались в один – огненно-багровый. Но ноги отказывались повиноваться. Колени подломились, ладони шлёпнулись в каменный пол, оставляя на нём обугленные следы. Попыталась заглушить магию – не вышло. Пламя не слушалось. Оно било из меня, как кровь из артерии, и с каждым вдохом боль становилась сильнее.
Где-то в этом пекле прозвучал голос. Мужской. Знакомый. Андрас? Может быть. Может, я это придумала, потому что больше не выдерживала.
Мир вспыхнул – и исчез.
– Нет, я не успокоюсь! – голосом хлестнул так, что затрещали магические светильники в углах. – На занятии у этого… преподавателя… – рукой указал на виновника, – чуть не погибла адептка. Ещё пара минут и от неё осталась бы только горстка пепла! А он ничего не сделал!
– Лорд Калести, я понимаю ваше негодование, но попрошу заметить… – ректор академии, высокий мужчина с непроницаемым взглядом и в безупречно выглаженной мантии, осторожно приподнял ладонь в примиряющем жесте.
– Я уже заметил, лорд Берг! – я буквально зарычал. – Заметил, как устроено обучение в этой академии! Да вы хоть понимаете, что, если об этом узнают в Долине, войны не избежать. Только на этот раз мы и камня на камне не оставим. Она – наследница! Будущее нашего народа! Вам было поручено обеспечить её безопасность, а вы… – я шагнул вперёд, – с этим не справились.
– Наследница… – мистер Глобу, стоявший в стороне, стал белее мела. – Я не знал… Лорд Берг, вы мне ничего не говорили! Я не знал! – он бросился к столу ректора, голос дрожал. – Помилуйте, я даже не думал…
– Здесь никто не думает, как я вижу, – ядовито заметил я. Желание отдать этого «преподавателя» на съедение дворцовым амаро́кам9 слабее не стало.
Ректор всё так же бесстрастно подошёл к Глобу.
– Мистер Глобу, – заговорил он почти ласково, и положил руку на голову преподавателя, – вы сейчас покинете мой кабинет и не вспомните ничего из того, что было здесь сказано. Faagalo.
Глаза Глобу потухли на мгновение, затем прояснились – уже глупо-добродушно.
– Всего доброго, лорды. Мне пора готовиться к занятию, – попрощался он и вышел из комнаты.
– Теперь можем продолжить, – Эи́рик Берг отошел к огромному окну, занимавшему всю стену.
Я оценивающе посмотрел на спину ректора академии. Мало кто может без страха повернуться спиной к демону, а он более чем спокойно стоял и созерцал вид за окном.
Я бесшумно подошёл ближе, встал по правую руку.
– Я не посвящал весь преподавательский состав в тайну происхождения Астрид.
– Астарта, – поправил я.
– Здесь она Астрид, – он повернул голову, взглянув мне в глаза. – Не будем отвлекаться от главного. Мистер Глобу ничего бы не смог сделать. Ему неподвластна магия демонов, и тем более их истинная сущность.
– Ему не нужно было её провоцировать, – в мой голос вновь прорвались угрожающие оттенки.
– Я не снимаю ответственности с мистера Глобу, но он никак не мог знать, что провоцирует её. Он видит человеческую девушку с хорошим магическим потенциалом, а не наследницу под мо́роком.