Савелий Громов – Двести второй. Сука-Война (страница 14)
– Вот так встреча, – Бача с интересом вгляделся в смуглое лицо мертвого офицера ХАД.
– Бача, подзови Сарбозов, пусть его заберут, – попросил я, все еще придерживая труп «Командора» руками, не давая ему, свалится с брони.
Бача огляделся, заметив двоих Сарбозов осматривающих БРДМку обратился к ним на узбекском, один из них понял его и радостно затараторил в ответ. Они о чем-то потрындели на своей тарабарщине и Бача огорчено цокнув языком отвернулся.
– Бача, я не понял, что за на-а-Х?!
– Это что сейчас было?
– Вы как две подружки поболтали о погоде и пожелали друг другу хорошего дня?!
– Они что, своего командира забирать не собираются?
– Да боятся они его!
– Кого боятся?
–Его?
–Мертвого?!
– Я сам не до конца понял, там какое-то суеверие с ним связано.
– Они боятся к нему мертвому прикасаться.
– Что за бред!
– Бача, сходи за пацанами, надо его положить на землю.
Бача ушел, а я сел на броне рядом с погибшим, подперев его своим плечом, потому что руки уже устали придержать его и хотелось курить.
Так мы и сидели с ним на броне, как два товарища.
Один курил, а другой, как бы задремал, навалившись на плечо друга.
Подошли пацаны. Гриц расстелил на земле принесенный с собой кусок брезента.
Мы аккуратно сняли с брони тело «Командора» и положили его на брезент.
– Жорка, узнал его?
– Кого? – тупит Жорка.
– Приглядись, – киваю я на мертвого ХАДовца.
Жорка начинает всматриваться в лицо лежащего на брезенте офицера.
– Командор? – неуверенно тянет Жорка, вопрошающе глядя на меня.
Я молча киваю.
– Куда его?
– А вон Шишига (ГАЗ 66) стоит, туда и отнесем.
– Пошли!
Перекинув автоматы за спину и взявшись за углы брезента, мы подняли и понесли свою ношу по пыльной дороге, на которой толпой стояли Сарбозы. Мы шли сквозь толпу, при нашем приближении толпа расступалась, образуя коридор. Навстречу нам, торопливо рассекая толпу с другой стороны, двигались четыре офицера ХАД.
Они, не особо церемонясь, расталкивали стоящих к ним спиной Сарбозов, быстро расчищая себе дорогу. Подойдя к нам, они остановились.
В полной тишине они несколько мгновений смотрели на нас и на нашу ношу.
Затем стоящий чуть впереди, видимо старший, что-то негромко сказал на пушту.
Все четверо подошли к телу с четырех сторон и взяв у нас из рук углы брезента молча и не оглядываясь, продолжили путь, унося с собой тело своего товарища. Со стороны это, наверное, было похоже, на смену почетного караула.
В это время раздался протяжный вой. Все оглянулись. На 202-м на броне сидел Джек, оставленный охранять БТР. Задрав свою морду к небу, он выл протяжно и тоскливо.
Мы переглянулись.
– Гриц, что это с ним?
– Не знаю, чертовщина какая-то, – растерянно ответил Гриц.
Мы еще с минуту стояли молча с автоматами за спиной и с непокрытыми головами, глядя вслед ХАДовцам которые, рассекая живую массу людей, удалялись от нас, унося с собой свою скорбную ношу, а толпа, как вода смыкалась за их спинами.
Затем мы развернулись и не спеша пошли к 202-му, все молчали, говорить не хотелось.
Потом, пока Сарбозы возились с подорванной БРДМкой, мы сидели на броне и курили.
– Пацаны, я правильно понимаю, что первыми по этой мине мы проехали на 202-м, – первым нарушив молчание и обращаясь сразу ко всем, спросил Жорка.
–Правильно понимаешь, – выпуская сигаретный дым и задумчиво глядя перед собой, куда-то за горизонт подтверждает Гриц.
–А че она под нами не грохнула?– продолжает допытываться Жорка
–Скорей всего это «Теща» была, как бы размышляя вслух, отвечает ему Гриц,
–У нее принцип срабатывания пневматический.
– При давлении колесом на нажимную крышку, та перемещается вниз и сжимает находящийся в верхней камере воздух, который поступает из верхней камеры в нижнюю, проходя через калиброванное отверстие в диафрагме предохранительного устройства.
– Сжатый воздух наполняет баллон, который, через какое-то время преодолевает сопротивление предохранительной пружины, поворачивает стопорные рычаги удерживающие ударник. Рычаги освобождают ударник, который под действием сжатого воздуха накалывает капсюль-детонатор, что и приводит к взрыву мины.
–А попроще можно? – недовольно бурчит Жорка.
–Попроще?
–Ну, представь, что ты насосом накачиваешь воздушный шарик.
–Можно десять раз качнуть и ничего не произойдет, а качнешь одиннадцатый и шарик – лопнет.
–Так понятней?
–То есть мы по мине проехали и взвели ее в боевое положение, а БРДМка, которая за нами шла по нашей колее наехала на мину и взорвалась?
–Так?
–Может так, а может и не так, – продолжает рассуждать Гриц.
–Как это? – удивляется Жорка.
–Возможно, мину в дорожную колею установили на приличную глубину. К примеру, сантиметров на 70–80, чтобы исключить обнаружение ее миноискателем.
–Такая мина сработает только после нескольких проходов по ней тяжелой техники.
–Взрыв произойдет лишь тогда, когда колея углубиться настолько, чтобы очередная проезжающая по колее машина смогла воздействовать своей массой на нажимную крышку мины.
–Или, как вариант установили мину вверх дном, – включается в разговор Бача.
–Возможно, – соглашается Гриц.
–В общем, если бы они за нами по нашей колее не поехали они бы не подорвались. Правильно? – снова допытывается въедливый Жорка.
–Не факт – заявляет Бача, включая то ли Гуру, то ли Мудрого Ага.