Саша Ветрова – Развод. Твоя бывшая (страница 5)

– Да, я знаю. Ладно, пойду найду его.

– Я с тобой, – не отпускает он мою руку.

Папа рад нам обоим и кажется искренним. Охотно жмет руку Олега, дружески похлопывает по плечу, на полную отыгрывая радушного хозяина. Даже расспрашивает того о фильме, который муж сейчас снимает.

Олег тоже безупречен. Подчеркнуто вежлив и любезен, и как будто с удовольствием делится с папой своими делами и планами.

Я смотрю, как они стоят вместе, разговаривают, и не могу не радоваться тому, насколько хорошо они ладят сегодня.

Неужели официальное перемирие?..

– А твой отец умеет прятать клыки, когда хочет, – отмечает Олег, когда мы отходим.

– Он просто понял, что вам нечего делить. Я люблю вас обоих. Одинаково.

Олег останавливается и притягивает меня к себе. Наклонив голову, прижимается лбом к моему.

– Мы все равно не перестанем бороться за то, чтобы отвоевать чуть больше твоей любви, – и целует меня в край волос. – Но теперь будем делать это реже.

Я улыбаюсь.

Вечеринка в разгаре. Гости разбредаются по лужайке и первому этажу дома с колоннами – это не тот дом, где я выросла, поэтому здесь я тоже гостья, – смеются, обсуждают новости и светские сплетни, пьют шампанское. Я чувствую себя чужой на этом празднике – не могу радоваться тому, что папа уезжает.

Когда темнеет и начинается фейерверк, он находит меня.

– Чего грустишь, Златенок?

Я оборачиваюсь:

– Фейерверк – пап, серьезно? – спрашиваю, смеясь. – Салют в свою честь?

– Люди любят салюты, – пожимает Роман Львович плечами, – а я могу себе позволить сделать им приятное.

– А еще какие-то пафосные выпады будут?

– Вертолет считается?

– Вертолет?! Папа, ты еще такой мальчишка, – улыбаюсь ему и сразу убираю улыбку: – Я буду очень скучать. Очень.

– Ты еще можешь поехать со мной, – подмигивает он. – Я найду для тебя место в своем самолете. И в доме.

– Папочка, я уже выросла, чтобы жить вместе с тобой.

– И то верно. Ты выросла, и у тебя тут своя жизнь. А у меня теперь будет новая жизнь там, в Сан-Франциско. И моей девочке придётся больше полагаться на себя.

– Я справлюсь, папа, – отвечаю уверенно. – У меня есть Олег, моя работа. Всё будет хорошо. Правда.

Папа усмехается и, найдя глазами в толпе Олега, смотрит на него какое-то время, пока в черном небе над нами распускаются огненные цветы и шары.

– Ты же знаешь, я не фанат твоего выбора, но я вижу, что ты счастлива с ним. И в конце концов, это для меня важнее всего. Мне гораздо спокойнее, что не остаешься тут одна.

Он обнимает меня за плечи, и мы так и стоим, обнявшись. И никто не подходит, не зовет нас, позволяя нам попрощаться друг с другом. Пока ему не приходит время улетать.

Вертолет уже гудит на поляне позади дома, его лопасти раскручиваются, поднимая в воздух сухие листья и мелкий песок с дорожек. Отец с Оксаной медленно выходят из дома, спускаются по ступенькам и идут к вертолету, оглядываясь на гостей, которые стекаются к задней веранде отовсюду, чтобы проводить их.

Олег стоит чуть позади, обхватив меня руками и прикрывая собой от могучего ветра. Мне тепло и уютно в его объятиях, а вот глаза, чувствую, начинают слезиться – от нахлынувших чувств или того же ветра, – я отвожу их от вертолета в сторону. И вдруг натыкаюсь на что-то в толпе справа, из-за чего возвращаю взгляд обратно – понять, что меня привлекло.

Шаря глазами по провожающим, выхватываю фигуру девушки – высокая, с тёмными волосами, поднятыми в прическу. Я еще не понимаю, что с ней не так, но уже замираю, сердце на мгновение ускоряет ритм. Этого не может быть…

Вероника?

Снова она?!

Повернув голову, поднимаю вопросительные глаза на мужа.

– Что? – спрашивает он, и в его глазах искреннее непонимание.

Не мог же он пригласить свою бывшую, чью фотографию все еще хранит в ящике стола, на вечер отца… Это было бы чудовищно глупо. Но если ее позвал не он, то как она здесь оказалась?!

Глава 7

– Олег, скажи, на чем, по-твоему, строится удачный брак? – спрашиваю я однажды вечером, когда мы, утомленные и расслабленные, лежим в постели.

Я устроилась на его груди, слушая, как размеренно и сильно бьется его сердце, он поглаживает меня по волосам и обнаженным плечам.

– На доверии, – произносит он без толики сомнения. – И, конечно, на физической совместимости. Но у нас с тобой по всем фронтам полный порядок. А почему спрашиваешь?

– Не знаю. Просто думала об этом. Решила узнать твое мнение, – ложь на удивление легко срывается с моих губ. Но я вряд ли могла бы признаться мужу, что уже несколько недель не нахожу себе места, потому что постоянно ищу доказательства тому, что он мог бы меня обмануть.

– Я заметил, что в последнее время тебя что-то беспокоит, – говорит Олег. – Ты можешь сказать все, как есть, Злат, я не кусаюсь.

Я приподнимаю голову и встречаю на себе изучающий взгляд мужа. Несмотря на то, что он выглядит расслабленным, в его глазах отчетливо читается беспокойство. Сказать ему, что я подозреваю его в связи с бывшей? Ни за что. Он прав, брак – это доверие.

Он не должен отвечать за то, что мне что-то показалось.

На вечере у отца после того, как вертолет улетел, я попыталась найти Веронику, чтобы убедиться, она это или нет, и – если она – спросить, что ей нужно от нас с Олегом. Зачем она крутится рядом с нами? Зачем вернулась в Москву? Зачем приходила в галерею?

У меня к ней было много вопросов, но я ее не нашла. Скорее всего, обозналась. И Олегу не сказала, что видела ее. В его поведении нет ни намека на то, что он знает, что его бывшая вернулась, и я не стану ему о ней напоминать. Может, она только этого и ждет? Хочет внести разлад в нашу семью, проверить нас на прочность. И я не доставлю ей такой радости.

Я верю в Олега и верю в нас. А всё это – просто глупости, случайности.

– А если я попрошу, укусишь? – спрашиваю игриво, меняя тему.

Сама тянусь к нему, касаюсь губами его губ, провожу по ним языком, чтобы отвлечь его и самой отвлечься от болезненной темы…

– Еще спрашиваешь, – рычит Олег, резко приподнимаясь и переворачивая меня на спину, так что теперь он нависает надо мной, а я оказываюсь полностью в его власти.

Я целую его страстно и отчаянно, желая раствориться в нем и забыть все свои подозрения. Потому что Олег не сделал ровным счетом ничего такого, что бы могло оправдать мое недоверие…

– Злат, сегодня какие планы? – спрашивает муж на следующий день за завтраком.

– Я хотела заехать в магазин, мне давно нужно купить новую спортивную форму, а потом к Наде загляну в галерею, – отвечаю я, отправляя в рот тост с маслом. – Она говорит, что после успеха нашей выставки к ней поступают все новые предложения. Обсудим, что есть.

– А ты не думаешь, что тебе пора все же заняться своим творчеством? – Олег склоняет голову, изучая меня. – В твоей мастерской столько картин. Может быть, стоит все же подумать об этом?

– Не думаю, что я готова, – отвечаю я, смущенно опуская глаза.

– Брось. Ты талантливее многих, кто выставлялся на вашем с Надей открытии, – голос Олега не оставляет никаких сомнений, что он искренне верит в то, что говорит. – Тебе пора выходить из зоны комфорта. И пробовать. Я помогу.

Похвала мужа заставляет мои щеки зардеться от удовольствия.

– Я подумаю, – говорю с улыбкой. – Спасибо тебе, милый.

Мы прощаемся. Впереди у каждого из нас насыщенный событиями день. Олег предупредил, что сегодня задержится, а я предвкушаю разговор с Надей. Вчера мы общались по телефону и она, очевидно, воспряла духом после ужаса с изменой своего парня. Что еще раз убедило меня в том, что даже серьезные раны затягиваются с ходом времени…

День пролетает незаметно. Я чудесно провожу вторую половину дня в компании Нади. И даже не замечаю, как за окнами галереи начинает темнеть. Собираюсь ехать домой, чтобы приготовить ужин и посмотреть фильм, пока не вернётся муж, но внезапно мне приходит сообщение от Олега.

«Злата, заезжай ко мне на студию».

Я пишу ему ответ, спрашивая, что случилось, ведь Олег не любит, когда его отвлекают от работы. И это касается даже меня, поэтому я стараюсь лишний раз не напрягать его, когда он занят монтажом и склейкой фильма. Но два мои сообщения остаются без ответа, поэтому я, конечно, после галереи еду на студию.

Там царит привычная суета. Многие из коллег Олега узнают меня и тепло приветствуют. А когда я спрашиваю, где найти мужа, все советуют мне поискать его в съёмочном ангаре.

Я без труда нахожу ангар, потому что много раз бывала здесь раньше. Дергаю ручку на себя – она без труда поддается, запуская меня в помещение, в котором царит полумрак.

– Олег? – произношу я. – Ты здесь? Я приехала, как ты просил.

Ответом мне служит звенящая тишина. Я делаю несколько шагов по коридору. Справа и слева от меня оказываются обставленные для съемок комнаты, напичканные осветительными приборами и рельсами для камер. Но в них пусто, поэтому я иду дальше. И внезапно цепенею, слыша приглушённый едва разборчивый голос мужа и сразу за ним другой… Другой голос: женский, воркующий.