Саша Урбан – Мистер "Пушистик" (страница 23)

Наконец, насыщенный звуками и шумом центр остался позади. Машина сделала ещё несколько поворотов и остановилась возле здания — стеклянной башни, которая торчала между кирпичными домами, как вставной зуб. Сердце Ланы пропустило удар на секунду, а в следующее мгновение машина тут же набрала скорость. Лана подалась вперёд и увидела бродячую собаку, которую Хантер пропускал через переход. Несколько поворотов во дворах, и они оказались возле каменной девятиэтажки. Массивная дверь и колонны возле парадного входа как бы намекали, что жители этого дома зарабатывают не хуже обитателей башни, но не собираются выставлять это напоказ.

— Приехали, — объявил Хантер и обернулся, чтобы протянуть ей мелодично позвякивающие ключи с брелоком. Лана схватила, не глядя.

— Очень… представительно.

— Не очень похоже на «спасибо», — хмыкнула Бланка.

— Спасибо, — выдавила Лана. Она бы и так это сказала, а теперь из-за Бланки ее слова звучали наигранно и едко, но Хантер словно не заметил.

— Обживайся. Пиши и звони, если что-то понадобится, мне или Грэму. Или Бланке.

— Я думаю, не надо напоминать, что твоей подруге не стоит знать о произошедшем, — хмуро проговорила Бланка. Лана кивнула. — Смотри, держи язык за зубами. Это не шутки, безопасность всей стаи теперь зависит от тебя.

Она проводила Лану тяжёлым испытывающим взглядом, а как только она вышла, повернулась к Хантеру.

— Ты слишком ее опекаешь.

Мужчина выдал ещё одну едкую ухмылку.

— На нее и так много свалилось.

— А свалится ещё больше, — настойчиво проговорила Бланка. — Ты собираешься кому-нибудь сказать, что были ещё нападения? Уже два, не считая того, что случилось с ней. Полиция уже ищет.

— Они не найдут, — уверенно проговорил Хантер, концентрируя все внимание на зеркале заднего вида. Он убедился, что Лана вошла в дом, и после этого начал выезжать из двора. Лицо Бланки полыхало гневным румянцем.

— Хантер, это угроза. Серьезная угроза для всей стаи. Ты концентрируешься не на тех вещах. На нашей территории чужаки. Они покусали эту девчонку и бросили ещё два трупа, как бы заявляя: «И что ты нам сделаешь, Хантер Хаунд?»

— И что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Перестань изображать человека, и стань вожаком. Разберись с этим.

Только в лифте Лана обратила внимание на брелок — волка, вырезанного из дымчато-серого камня с белыми прожилками. Провела пальцем по заострённой морде и, вопреки скопившейся усталости и тянущему чувству неопределенности, улыбнулась.

— О, ну хоть развеялась, — хмыкнул Джуно. — А какая у нас квартира?

— Он не сказал, — Лана посмотрела на второй брелок, там был только номер дома и этаж.

«Проверяет», — подумала Лана и хмыкнула, давя улыбку. Двери лифта открылись, и она сразу почувствовала, куда ей нужно. Знакомые запахи и звуки манили ее и вели мимо однообразно безликих дверей к той, за которой угадывалось присутствие Кэт.

Оттуда пахло сандалом, ладаном и жасмином — любимыми благовониями Кэт. Из-за двери раздавались неуловимые человеческим ухом напевы, которые подруга включала, пока занималась йогой. Лана шепнула псу:

— Скажи ей, что мы идём.

— Сама скажи! — буркнул Джуно.

— Сделай вид, что у нас нормальные отношения, как у человека с собакой.

— Не вопрос, — хмыкнул пёс, просеменив к соседской двери, задрал ногу. — Не расслабляйся.

На вопль: «Джуно! Твою мать! Не смей!» Кэт выбежала в коридор и тут же принялась обнимать собаку.

— Пёсик мой! Как я по тебе скучала!

— Привет, Кэт, — пробормотала Лана. Подруга тут же обернулась и, проведя пяти секундную пытку взглядом, распростерла объятия.

— Иди сюда, дуреха. По тебе я тоже скучала.

Она притянула Лану к себе и крепко, до хруста костей, обняла. Шумно втянула носом воздух:

— Пахнешь, как будто была в походе.

— Командировка, — пожала плечами Лана, но Кэт уже переключилась. Она схватила сумку девушки и, удерживая подругу другой рукой (будто без этого Лана могла опять исчезнуть), потянула ее в квартиру.

— Я честно старалась не засрать тут все к твоему приезду, но, поверь мне! Даже если бы я старалась — у меня ничего бы не вышло! Ты просто охренеешь, сколько тут места, — тараторила она.

— Я вижу.

И правда, потолок казался высоченным. Узкий коридор заканчивался просторной гостиной, совмещённой с кухней. Просторный светлый диван, низкие подоконники, на которых можно сидеть, обложившись подушками. Глянцем блеснула столешница кухонного острова. Лана не успела сказать и слова, как Кэт потянула ее дальше, в соседний коридор.

— Тут две отдельные спальни, каждая со своей ванной, гардеробная, Лана! Целая гардеробная! И балкон!

Она восторженно тыкала во все стороны, на ходу объясняя, что комнату с балконом возьмёт себе, чтобы пить по утрам кофе и встречать рассвет. Плевать, что рассвет она застаёт, только когда возвращается с работы, суть тут в красоте самого действа. Лана только кивала. Квартира казалась настоящим дворцом в сравнении с тем, как они жили до этого, и Лане было не по себе. Как будто она не заслужила такой роскоши.

— Мне кажется, ты очень ценный сотрудник, если мистер «Пушистик» снимает тебе такие апартаменты. Что ты сделала? Выполнила план за три дня? Или он планирует сделать тебя своей миссис?

— Кэт! — вспыхнула Лана. Подруга рассмеялась.

— Не бухти, я б от такого точно не отказалась, — улыбнулась она и, зашвырнул вещи Ланы в комнату, снова повисла на подруге. — У меня есть отличный план. В холодильнике лежит пиво, в морозильнике — пицца, а телек подключен к стримингу. Как насчёт нового сезона «Бриджертонов»?

Лана кивнула и, наконец, почувствовала облегчение. Кажется, все эти дни ей не хватало именно этих мелочей, чтоб поверить, что все нормально. Да, она на днях превратилась в дикое животное, чуть не задрала косулю, и теперь стала частью стаи. Но она все ещё может смотреть сериалы с подругой и пить пиво в одной майке и трусах — а это всё-таки существенная часть ее реальности, в которой «все хорошо». Лана притянула Кэт к себе и крепко обняла, стиснув зубы, лишь бы не выпустить наружу все, что так волновало ее эти дни.

— Эй, ты чего? — провела по ее волосам Кэтрин.

— Я скучала, — проговорила Лана.

— Я тоже, малыш. Бегом в душ, а я пока все приготовлю.

Глава 12

Всю ночь Лане снился лес. Он дышал, он гудел, он звал ее, и Лана откликалась на зов. Она бежала сквозь переплетение теней, сквозь серебро нитей паутины, упиваясь шелестом сухих еловых иголок и мелких веточек, хрустевших под ее лапами. Она жадно глотала влажный воздух, словно придававший ей сил бежать дальше. И она неслась, вперёд и вперёд. Инстинкты вели ее, обещая, что скоро будет долгожданное спокойствие. Вскоре она будет в безопасности и не будет одна. Вдруг мшистый ковер леса сменился асфальтом. Волчица замерла, пытаясь осознать новое ощущение. А в следующую секунду раздался протяжный гудок, в глаза ударил ослепительный свет и…

Лана подскочила на кровати под надрывающиеся вопли будильника. Первым делом она посмотрела на себя. Руки были вполне человеческими, тело тоже, просторная футболка задралась до шеи. Девушка принялась поправлять пижаму, и тут заметила пучок коротких рыжих шерстинок прямо на простыне. «Черт», — она собрала их в кулак и воровато заозиралась по сторонам. Не нашла ничего лучше, кроме как выбросить скатанную в шарик шерсть за окно. Только после этого она села обратно на кровать и вытерла выступившую на лбу испарину. Мысли путались. Что это было? Просто сон или она действительно бегала по лесу? Если это был сон, то откуда на кровати шерсть? А если она может превращаться во сне, что будет, если это каким-то образом заметит Кэт?

Вопросов было слишком много, и все они нещадно давили на сонный мозг. Лана запустила руки в волосы и протяжно застонала. Словно в ответ на ее невысказанные мольбы, на кухне послышалось ворчание кофеварки. Лана быстро сменила ночную футболку на джинсы и рубашку — из того немногого, что они успели купить с Грэмом — и вышла на кухню. На высоком табурете у острова сидела Кэт, помятая, словно это ее переехала машина, причем не во сне, а наяву. Взгляд карих глаз упёрся в блестящий бок кофеварки, но девушка не обращала внимания на выплескивавшийся на плиту напиток. Она то и дело упрямо накручивала один и тот же локон на палец, потом распускала, потом тут же накручивала снова.

— Ты рано, — Лана попыталась звучать максимально непринужденно. Она должна прятать свою волчью драму и все связанные с этим переживания от Кэт, и она будет это делать ради ее собственного благополучия. Кэт скосила на подругу глаза и хитренько улыбнулась.

— Ты тоже. Тебе же до работы теперь всего ничего, — хмыкнула она. Лана пожала плечами.

— Ещё надо с Джуно погулять.

— Да, конечно, а то он извелся, — улыбнулась подруга, указывая на пса, храпевшего на диване кверху пузом.

Лана выдавила еще одну улыбку, но вот по ощущениям ей было совсем не до смеха. Новообретенные инстинкты вопили об опасности, мышцы сводило от напряжения, выходов было два — бить или бежать, но Лана все равно уперто стояла на месте. Титанических усилий ей стоило поднять руку и вытянуть палец в сторону плиты.

— Кофе сейчас убежит.

— Точно, — Кэт тряхнула головой и подскочила к кофеварке, выключила огонь и достала звенящие чашки. — Я просто отвратительно спала, хотя, казалось бы, в таком месте должны сниться просто восхитительные сны.