Саша Урбан – Бар «Черная дыра» (страница 8)

– Вообще-то, – девушка выпрямилась и поплотнее запахнула куртку, – я хотела извиниться. Это всё из-за меня, парни тут ни при чём.

– Чего? – округлил глаза Сильвер.

Девка тут же осмелела.

– Это из-за меня те вещи оказались в подсобке. И я не справилась, когда меня попросили с вами посидеть. Готова компенсировать ущерб.

На лице Дядьки тут же нарисовалась довольная ухмылка. Он бросил осоловевший взгляд на Крошку.

– Во-о-от оно что. А как ты компенсировать будешь, красавица?

Его рука тут же оказалась на голой коленке гостьи, но девушка легко сбросила её, точно залетную муху.

– Ну, денег у меня нет. А насчёт «красавицы» – вы сами сказали, что у меня на лице как будто космолёт приземлился, – улыбнулась она. Крошка сдавленно хихикнул. – Но руки-ноги при мне, могу вам посуду помыть. Полы. Я никуда не тороплюсь, да и вообще хотела спросить, не нужен ли вам ещё один работник.

– Исключено, – махнул рукой Сильвер.

– А это не тебе решать, глист железный, – рявкнул Дядька. Затем вернулся к своей собеседнице: – Ну, насчёт лица я погорячился.

– Ничего страшного, я достаточно часто это слышу.

– А насчёт работы… не помню, чтоб мы вешали табличку о поиске сотрудников. Или для тебя во всей галактике больше работы не нашлось?

– Мне тут понравилось, – невозмутимо ответила девушка. – Пейзажи прекрасные, коллектив приятный.

Сильвер стал мрачнее тучи. Крошка, наоборот, заржал в голос. Даже Дядька сдавленно захихикал.

– Это ты погорячилась, конечно. Таких отбросов в галактике больше не сыщешь. Если у тебя есть чуть-чуть мозгов, то поймёшь это.

– Или вы просто боитесь не справиться. Как говорят: «женщина на астероиде – к резне», – ухмыльнулась она.

Крошка вскинул брови и посмотрел на Сильвера. Тот только бросил полотенце на стойку и размашистым шагом вышел из бара в соседний блок. Громыхнула тяжёлая дверь. Шаги эхом разносились по зданию, пока не оборвались лязганьем пружин.

– Сильвер явно не в восторге. Повезло, что у него нет настроения спорить, – хмыкнул Дядька.

– Ну вообще, – подал голос Крошка, – женщина за баром – к нехилой такой чаюхе. А деньги лишними не будут, может, туалет второй наконец-то сделаем.

– А тебе только дай женщину под бок, – съязвил Дядька.

– Сам подумай, – махнул в сторону бара Крошка. – Сейчас это форменная блеводёрня, в которую приличные люди просто боятся заходить. Да сюда даже барыги не залетают! А поставим эту Белоснежку, и сразу вид как-то облагородится. Доверие появится. Кислой мордой Сильвера много не наторгуешь.

– Слыхала, Белоснежка? – хмыкнул Дядька. – Ну-ка улыбнись.

Девушка пожала плечами и выполнила просьбу.

– Зубы на месте, можно попробовать. Но первые две недели ты, считай, на стажировке. До первого косяка. Поняла меня?

– Хорошо.

– Тогда вымой весь зал и стойку и отправляйся спать, Белоснежка.

– Вообще-то меня зовут…

– Это тут никого не интересует. Будешь Белоснежкой, – хлопнул по столу Дядька и поднялся.

Крошка дождался, когда он уйдёт, и улыбнулся девушке. От широкой улыбки лицо великана превращалось в мордашку пупса-переростка, пусть и покрытую жёсткой щетиной.

– Не самое плохое начало. Ты хоть в баре раньше работала?

– Недолго. На лайнере, – пожала плечами Белоснежка.

– О, премиалочка. Ну, спрашивай, если что. А Сильвера не бойся, он погундит и перестанет, – он похлопал девушку по плечу. Рука у Крошки весила как газовый баллон, так что Белоснежка чуть не свалилась со стула. – За той дверью жилые помещения. Твоя комната вторая направо. Там пока хлам всякий хранится, но лежанку тебе я разгребу.

– Спасибо, – улыбнулась она и направилась в подсобку за ведром и шваброй.

Потом включила музыку в наушниках и принялась за дело. Уборка не была её любимым занятием, но про себя новоиспечённая стажёрка радовалась, что отделалась так легко. Она переживала, что придется умолять или даже угрожать. Всё оказалось гораздо проще – достаточно было взять Дядьку на слабо.

Мыльная вода разгоняла окаменелый слой пыли и грязи. Спина и плечи наполнились ноющей болью, но даже она была приятной. Девушка останавливалась то и дело, чтоб поднять повыше телефон и проверить, ловит ли сигнал, и каждый раз довольно улыбалась, увидев надпись «Нет связи».

«Отлично. Просто отлично».

В этом секторе даже время можно было понять только по механическим часам, висевшим на стене. Когда Белоснежка закончила с уборкой, короткая стрелка указывала на четвёрку. Девушка убрала ведра и тряпки в подсобку и прошла во второй блок. Свет был уже погашен, по коридору бродило эхо храпа. Она пошарила по стенам в поисках выключателя и, не найдя, решила не рисковать, чтобы не перебудить весь дом. Ощупью добралась до нужной двери, приоткрыла её и просочилась внутрь. Нога тут же зацепилась за что-то тяжёлое на полу, Белоснежка пискнула и с грохотом повалилась на звенящий пружинами матрас.

– Допустим, – пробормотала она и вытянула руку, пытаясь найти подушку или хотя бы край матраса. Пальцы упёрлись во что-то мягкое и горячее. Рядом зажёгся красный огонёк.

– Ну и какого хрена ты тут делаешь? – скрежетнул зубами Сильвер.

– Мне Крошка сказал… – заговорила она, но слова застряли в горле. Красный огонёк оказался совсем рядом, девушка ощутила чужое дыхание на своём лице.

– Вон отсюда.

Просить дважды не пришлось. Белоснежка кубарем выкатилась из комнаты и вернулась в зал. Нашла диванчик помягче и свернулась на нём до утра.

Крошка вплыл на кухню, влекомый запахами поджаренного бекона и тушеных овощей. Все силы его тела в этот момент были направлены на то, чтобы максимально раздуть ноздри и, как сетью для сбора космической пыли, захватить как можно больше оттенков ароматов. Специи, жареный лук, томаты – от одного только сочетания губы расползались в мечтательной улыбке. Перед плитой оказалась Белоснежка. Куртку она свернула на стуле. Во вчерашнем блестящем платье с убранными наверх волосами девчонка напоминала фею с грандиозного похмелья. Острые лопатки торчали из-под бледной кожи. Крошка заметил, что татуировок у их стажёрки не наблюдается. Хмыкнул про себя, но говорить ничего не стал.

– Это что, завтрак? – спросил он.

Стул жалобно скрежетнул, когда мужчина опустился на него. Белоснежка взглянула поверх плеча и улыбнулась.

– Я позволила себе немного похозяйничать на складе и в холодильнике.

– Дело хорошее. Как спалось на новом месте?

– Восхитительно, только ты почему-то послал меня в комнату Сильвера, – с намеком на упрёк проговорила она.

– Ну, я же предупреждал, что там всякий хлам лежит, – пожал плечами Крошка.

Белоснежка улыбнулась про себя и выключила плиту. Достала тарелки.

– Ты ещё и на всех приготовила?

– И кофе сварила. Вон там.

Крошка удивлённо уставился на пузатый графин, до краев наполненный чёрной, как нефть, жидкостью.

– Охренеть, он никогда у нас таким не получался.

– Потому что вы засыпали его в отсек для молока, – пожала плечами девушка.

– Слава спутникам, теперь есть женщина, которая всех нас научит правильно жить, – раздался голос Сильвера.

Белоснежка подпрыгнула и обернулась. Бармен стоял, прислонившись к дверному косяку, из одного уголка рта у него торчала зубная щетка, из другого – тлеющая сигарета. Выглядел мужчина так, будто его привязали к звездолёту и проволокли через всю галактику.

– Он всегда мандит, пока кофе не выпьет. Дай-ка ему, – махнул Крошка, придвигая к себе тарелку.

– Я сам, – Сильвер отодвинул стул и принялся разливать кофе по чашкам. После первого глотка его лицо разгладилось. Он причмокнул, обратив внимание на еду. – Ты приготовила?

– Да.

– Если будешь так готовить каждый день, мы скажем Дядьке не отпускать тебя, даже если ты сама попросишь, – хмыкнул Крошка, игнорируя полыхающий взгляд Сильвера.

– Не обольщайся, – плечи девушки расправились. – Это мой предел.

– Как он тебя назвал? – спросил Сильвер.

– Белоснежкой. А вас…

Она села и придвинула свою порцию, чтобы продолжить завтрак уже в непринуждённой обстановке, как вдруг из-за стены раздался вопль.