Саша Урбан – Алая Топь (страница 54)

– Он меня отослать хотел. Замуж выдать.

– А ты что же, всю жизнь собиралась при нем в девках проходить? – вскинула брови Яга.

Ольга пожала плечами и отвернулась, чтоб найти глазами Святослава. На мгновение их взгляды встретились, но тут принялась ругаться Яга:

– Ну что за напасть, нитка кончилась! А тут еще шить и шить!

Ольга испуганно посмотрела на их работу. Они только-только добрались до живота. Теперь начинался самый тонкий и кропотливый труд. Девушка принялась шарить по карманам в надежде найти хоть что-нибудь. Тут над головами у них раздались голоса.

– Держи, бабушка.

– Вот тебе нить, самая лучшая, для Милорады нашей.

Ольга подняла голову. Перед ней стояли две девы с волосами настолько белыми, что не скажешь сразу, юны они или стары.

– Вот спасибо, дорогие. Ну-ка, придержите.

Работа пошла совсем споро. Стягивали стежки лоскуты плоти, розовела нежная кожа.

– Ах, – вздохнула одна из русалок. – Это же та, что тут жила!

– Точно! Точно!

– А Предслава-то говорила, что больше мы ее не увидим.

– Так и не увидели бы, если бы не бабушка Яга!

– А ну хватит галдеть! – пригрозила им Яга. – Лучше найдите, во что девочке одеться.

Разбежались русалки кто куда. Одна начала бересту обдирать и ткать из нее белое полотно, другие сняли с ветвей алые листья и сплели из них накидку. Святослав хотел помочь, но Гордане довольно было одного взгляда, чтоб остановить его.

– Не мешай, то дело женское.

– А нам что делать?

– А тебе силенок-то хватит на что-то, кроме сидения? – ухмыльнулась волчица.

Святослав невольно согласился. И правда, наконец его нагнала та правильная усталость, когда ощущаешь бессилие, но знаешь, что теперь все будет хорошо.

Тем временем Яга сделала последний стежок и отступила назад, оглядывая свою работу. На круглом лице Милорады не осталось ни ссадинки, ни царапинки. Грудь медленно поднималась и опадала. Яга потормошила девицу за плечо.

– Давай, девчонка, хватит дрыхнуть. Всю жизнь проспишь!

– А нельзя понежнее? – спросила Ольга.

– Будет ей понежнее, – и Яга еще раз как следует встряхнула Милораду.

– Да встаю я, встаю, – простонала та и открыла глаза. Девушка удивленно уставилась на бабушку и русалок, будто все случившееся с ней было сном. И вдруг подскочила, повисла у Яги на шее, заливаясь слезами.

– Ну-ну, будет тебе. Натерпелась.

– Бабушка, я… – заговорила Милорада, но осеклась. Небесные глаза нашли Ольгу. Та прижимала тряпицу к прокушенной щеке, и рана потихоньку затягивалась.

Милорада осторожно отстранилась и поискала взглядом Святослава. Увидав ее огненные волосы, юноша поднялся с земли и молча подошел к невесте, протягивая руку. Но Милорада отступила на шаг. Потупила глаза.

– Прости меня. Простите все, – вздохнула она. – Это я. Если б я не разозлилась, не помогла Дане, ничего бы этого не случилось.

– Милорада… – проговорил Святослав. В душе на секунду поднялась, но тут же опустилась волна злости. – Сделанного не воротишь.

– Не могу я после своего злодейства стать твоей женой. Прости меня, – склонила голову девушка. – Да и не должна была. Ты ведь… меня не любишь, правда?

В ее голосе было столько надежды, что Святослав даже не нашелся, что ответить, и лишь спросил:

– А что ж ты делать будешь?

– За это не переживай, – вылезла перед внучкой Яга. – Такая умница и мастерица везде дело найдет. Больше держать взаперти я ее не буду, а то опять с каким-нибудь Иваном бежать изволит.

Милорада шмыгнула носом и рассмеялась. Яга сложила руки на груди и кивнула в сторону Кощея.

– Ну, займемся теперь нашим несчастным влюбленным. Данка-то его досуха выпила.

– Что это значит? – спросил Святослав.

– Значит, скоро совсем обессилеет. Нет в нем колдовства. Не помрет, но долго будет прежнюю мощь обретать.

Милорада неотрывно смотрела на Ольгу, так что девушке стало неуютно. Она потупила глаза и попыталась отойти, но та ухватила ее за руку.

– А что, если Ольга с ним поделится? – спросила она с прежним запалом, но тут же осеклась. – То есть… Ольга, может, ты хочешь батюшку спасти и с ним силой поделиться? Ее у тебя много, да и сила эта, как говорила Дана, настоящая. Не ведьмовская, не дарованная и не украденная, а самая что ни на есть… природная.

– Я… да… – пожала плечами девушка.

Милорада гордо выпятила грудь.

– Вот видишь, скоро научусь за других решения не принимать.

– Давай я почешу тебя за это по пузу, – хихикнул Влас и тут же вжал голову в плечи, ожидая нагоняя, но Милорада только заулыбалась и обняла двоедушника.

– Скучала я по тебе. Даром что псиной воняешь.

Ольга тем временем села на землю возле Кощея, положила ладони ему на грудь, прикрыла глаза и выдохнула в него силу, сколько не жалко, сколько могло принять ослабленное тело.

Зашелся кашлем Кощей. Еле-еле сел. Тряхнул головой, да так, что густой черный парик слетел с совершенно лысой макушки.

– Ну уж нет, женитьба – это не для меня. Спасибо, увольте. Гулять, ужинать, за ручки держаться – да, – запричитал он, кое-как вставая на ноги. – Клянусь небом и землей, никаких больше невест в моем доме! Оленька, пойдем.

– Куда собрался, старый пень? – рявкнула Яга, наступая на полу его одеяния.

Кощей зашатался и брякнулся обратно.

– А-а, дорогая моя, вот и свиделись. Что за змеюку ты мне подсунула?

– Да лучше б кто тебе глаза новые подсунул, – хмыкнула Яга. – Тогда б, может, разглядел бы, что не моя то Милорада была. Да, дети? – обернулась она ко всем присутствующим.

Кощей удивленно вскинул брови.

– Гордана? Никак, мириться пришла?

– Я с тобой и не ссорилась, – хмыкнула волчица. – Но вот ты мне теперь должен.

И принялись все наперебой рассказывать о Дане, о Водяном, о вышедших на сушу мертвецах. Кощей так и сидел, упершись локтями в колени и положив подбородок на ладони, да только изредка лысину почесывал.

– Это что же… братец мой постарался?

– Если б ты делом занимался, а не за девками бегал, этого бы не случилось, – веско заявила Яга. – Теперь послушай мудрую женщину. Собери-ка всех мертвецов да уведи с собой, упокой неупокоенных.

– Мы поможем, – тявкнул Влас. Гордана согласно кивнула.

– А мне княжество верни, – попросил Святослав.

– Ладно-ладно, – замахал руками Кощей. – Все по очереди. Ты тоже чего-нибудь хочешь? – Он с вызовом уставился на Ольгу.

Девушка поджала губы.

– Морок чтоб ты снял. И из дома пустил. И конька скороходного хочу, чтоб за солнышком угнаться мог.

– Дались вам эти коньки… А куда это ты ездить собралась?

– Да к людям. Наверное, – пожала плечами Ольга и, бросив на Святослава еще один взгляд, поймала его улыбку.