Саша Токсик – Побег из нубятника (страница 54)
Эликсир, стоимостью ровно в половину Иркиной свободы, перекочевал ко мне в инвентарь. Краем глаза я заметила, что Серёжа наблюдает за нами, но стоило нашим взглядам встретиться, как он тут же отвёл глаза. Интуиция буквально вопила о чём-то, но я не могла её понять.
А ещё дико хотелось спать. За последнюю неделю я спала не больше четырёх часов в сутки, а прошлую ночь целиком провела за планированием стратегии, которую сегодня успешно провалила. Мне казалось, что если я не проведу, уткнувшись в подушку, хотя бы часика два, то сдохну прямо здесь и сейчас.
– Я в реал, – сообщила я Максу, – вернусь к вечеру. Встречаемся на этом самом месте.
И, не дав ему ничего ответить, отключилась.
Мне снилась Лира в своём новом эпическом доспехе. Во сне он был красивее, чем в игре, сплошной, как будто вторая кожа, с мелкими блестящими чешуйками. Он переливался на свету, пуская яркие солнечные зайчики. Ног у Лиры не было, вместо них длинный змеиный хвост. В двух руках Лира держала короткие изогнутые мечи из тёмной стали, ещё в двух – отрезанные головы Чингиза и Сира Григора. Обе башки вели себя как живые. Чингиз ухмылялся и показывал мне язык, а голова Серёжи раскачивалась в тщетных попытках укусить Лиру за запястье.
Проснулась я в пять вечера, абсолютно свежая и точно зная, что делать.
Для начала вывалила из шкафа кучу шмотья и принялась выбирать. Остановилась на джинсовых шортах в облипку, коротком, открывающем пупочек топе с принтом – улыбчивой и сочной мультяшной вишенкой. В цвет ей тёмно-красные босоножки от Prada, которые в этом сочетании смотрелись вполне демократично. На плечи серебристую курточку, ещё короче, чем топ – вечерами в столице прохладно. На шею хендмейдовское ожерелье из пёстрых ракушек, в уши – массивные цветные клипсы, на правое запястье браслетик от Пандоры, а на щиколотку – тонкую золотую цепочку. И наконец, последний штрих – яркий пирсинг-бабочку в пупок. Бабочка чуть покачивалась при каждом шаге, сверкая камешками на крыльях, зелёными, синими и красными. Это были настоящие сапфиры, рубины и изумруды, поэтому сияли они, словно звёздочки, гарантированно притягивая взгляд. Ярко, вкусно, чуть нелепо… то, что мне нужно.
Закончив наряжаться, я вытащила полузабытую чёрную спортивную сумку, с которой ходила на тренировки, и принялась набивать её всем, что мне может понадобиться.
– Мариша, ты обалдела?! – накинулся на меня МегаКиллер. – Уже почти полночь! Где ты шляешься?!
– Я тебе что, Золушка? – нервно хихикнула я. – А ты моя фея-крёстная?
– Что делать будем?! – засыпал меня вопросами тихушник. – Мы ни о чём не договорились! Уже четыре часа тут торчим!
Сусанна подтвердила его слова жалостливым кивком. Танцорка сидела на кочке, поджав под себя ноги, как Алёнушка на известной картине, и опасливо косилась на клочья тумана, которые, словно змеи, клубились по низине.
– Ждать будем, – ответила я и решительно направилась к лагерю неприятелей.
Сейчас они были в полном составе. Два танка, три лучника, два хила-аптечки и «бешеная мясорубка» Лира. Все десятого уровня. Все в отличном шмоте и с топовым для нубятника оружием.
– Сир Григор! – крикнула я. – Серёжа, ты ведь здесь главный?! У меня есть к тебе предложение!
– Вали на хер! – завелась с полоборота Лира, но Чингиз придержал ей за руку:
– Погоди, пусть поунижается, так даже интереснее будет.
В очередной раз я заметила, что запрет на прикосновения между этими двумя не действует.
Паладин вышел вперёд, в полном сверкающем доспехе. В руке он держал шлем с пёстрыми перьями.
– У меня много денег! – произнесла я громко, так, чтобы слышали все. – Я заплачу каждому в реале, столько, сколько захотите…
– Враньё, – заверещала Лира, – она нищебродка! Она сейчас что угодно скажет…Будет по ушам ездить, чтобы её пропустили!
Взгляды бойцов, ещё секунду назад заинтересованные, снова стали безразличными и тусклыми. Лире доверяли, Чингизу доверяли. Серёже… Его уже просто не принимали в расчёт.
– Ничтожество! – прошипела я и наотмашь, хлёстко влепила паладину пощёчину.
Его голова мотнулась, но он ничего мне не ответил. Все они равнодушно проходили мимо, словно через пустое место и, ощетинясь сталью, входили в ворота Погоста.
– Отвела душу? – поинтересовался МегаКиллер.
– Ещё как! – Я потрясла в воздухе ладонью, которая ещё горела от удара. – Как же натурально тут всё.
– По домам? – не унимался Макс. – Погляди на них, это же не конста, это ледокол.
Плотная колонна бойцов действительно продвигалась по локации, не замедляя шаг. Несчастных скелетов сносил шквал стрел, а стоило перед танками образоваться затору, как его расчищала Лира. От входа мы видели только быстро удаляющиеся спины.
– Дава-а-а-айте не пойдё-ё-ёом, – заканючила Сусанна.
– Ну уж нет, – возмутилась я. – Мы посмотрим этот спектакль до конца.
Нас встретили метров за тридцать до склепа Иеронима. Чингиз, Бес и Али-Боб, все трое с большими ростовыми щитами, даже лучники. Как омоновцы на митинге, они встали, перегородив нам дорогу.
– Смотреть можно, трогать нельзя, – усмехнулся Чингиз.
Зрелище и впрямь было красивым. Григор, непоколебимый в своей броне, держал на себе все удары лича. Тот навис над ним сверху, лупя по очереди то заклятиями, то ржавым двуручным мечом, но Серёжа стоял как скала. Два хила непрерывно вливали в него жизнь. Колоброд старательно, как на стрельбище, всаживал стрелы в массивную черепушку босса, а Лира, то ли поумнев за последнее время, то ли понимая, что лажать нельзя, отгрызала здоровье лича периодическими атаками, после чего отскакивала назад, чтобы не переагрить тварь.
Иероним выл, плевался, но было понятно, что жить ему остаются считанные минуты.
Жму «Принять» и отчаянно киваю охреневшим до крайней степени Максу и Сусанне.
– Серёжа! Какого хера?! – вопит Лира.
Полоска опыта прыгает вперёд и, даже не глядя, я понимаю, что лич Иероним мёртв.
Глава 29
Зеро
До уже знакомого мне торгового центра в Выхино я доехала на такси. Водителю явно понравились мои голые коленки, он даже зеркало заднего вида переставил так, чтобы их было лучше видно. Я сочла это показателем того, что я на верном пути, и добрым знаком. Даже номер телефона спросил, на что я привычно продиктовала абсолютно случайный набор цифр.
У прилавка с электронным хламом толпился народ. Пришлось покружиться по соседним отделам, разглядывая подделки брендов такого жуткого качества, что у меня кровь начала сочиться из глаз.
Наконец нужный мне продавец остался один, и я смогла полностью завладеть его вниманием.
– Здравствуйте, помните, я у вас симку покупала… – прощебетала я.
– Конечно помню, – поднял он глаза и улыбнулся.
Я поняла, что он надеялся увидеть меня снова. Не совсем меня, меня настоящую он не знал, а ту одинокую и взбалмошную девушку, которая писала ему по ночам, ошибалась номером и изливала душу. Он знал меня одной, потом другой, и пришла пора соединить эти образы в его сознании. Я сняла зеркальные очки-капли, наклонилась к нему и, глядя в глаза, сказала:
– Ты узнаёшь меня, Серёжа?
– Когда я тебя увидела, я подумала, что это судьба! Ведь я не бываю в этом районе, вообще никогда не была раньше…к подруге приезжала…понадобилось срочно симку заменить…заколебал тут один…ну да это неважно… – я говорила, не умолкая, а Серёжа молча смотрел на меня, словно не веря, что я действительно здесь и ему не приснилась. – Захожу, а тут ты…
Мы сидели в фудкорте всё того же торгового центра, за пластиковым круглым столиком, пили дрянной кофе из картонных стаканчиков и ели сэндвичи, перемороженные до хруста льдинок на зубах. Но я и не думала ворчать, наоборот, всем своим видом показывала, как я рада встрече.
– А сразу почему не сказала?
– Честно говоря… – я проникновенно наклонилась к нему поближе, и его глаза послушно нырнули вниз, к приоткрывшимся полушариям моей груди – даже паладинам не чуждо ничто человеческое, – честно…я испугалась…подумала, ты меня за ненормальную примешь…решишь, что я тебя преследую…ты прости, что написала тебе потом. Не удержалась. Иногда так одиноко, что выть хочется…Мне так не хватает наших разговоров…нас… – Я опустила глаза, словно смутилась, и положила ладонь на его руку.
– Ты разве не злишься на меня?
– Сначала, конечно, злилась. – Я сжала пальцы, чувствуя тепло его руки. Этот чувственный контакт, который мы оба старались не замечать, существовал словно отдельно от нас, от наших слов и взглядов, делая нас при этом ближе с каждой секундой. – Но у вас же всё серьёзно с этой… – я нарочно не называла имени, – у вас были реальные отношения. А кто я? Игровая куколка? Ты поступил правильно…Всегда надо думать о себе…о будущем…это я, дура…Прости…я пойду, наверное.
У меня получилось очень хорошо. Я не видела себя со стороны, но уверена, что даже глаза стали влажными. Сыграть было несложно, стоило представить себе эту суку Лиру, и накатывались слёзы. От злости.
– Останься, – Серёжа удержал меня за руку, и я поняла, что ещё одна стена между нами рухнула.
Мы вдруг оказались совсем рядом, склонившись друг к другу через стол, я чувствовала его смущение, и это тоже было хорошо. Хорошие мальчики всегда боятся своих мыслей и хотят, чтобы всё сделали за них. Они хотят оставаться хорошими в любых обстоятельствах. Ну что ж, придётся быть плохой девочкой. Я схватила его ладонь обеими руками, приподняла так, словно хочу прижаться щекой в отчаянном жесте доверия, и проговорила со слезой в голосе: