Саша Токсик – Побег из нубятника (страница 48)

– Там я девочка скромная, – отмазалась я, – и откуда в стартовой локации орки? У нас там люди одни.

– Показала бы себя хоть раз, – Милка плотно подсела на тему, – похожа ты там на себя или нет… Небось пятый размер себе сделала, – она снова расхохоталась.

Я постаралась представить себе Милку в вирте. Как в детской игре «Наряди куклу», я старалась приложить к ней разные образы и смотрела, какой ляжет.

А ведь ей там понравится! Там, в виртуале, можно безнаказанно казнить, пытать и вытворять что угодно. Перед глазами встала Милка с плетью в руке – тому, кто попадёт к ней в рабство, будет полный пиздец.

– А ведь ты первая про ВР заговорила, помнишь? – Я устроилась рядом с подругой возле бортика и смотрела, как пузырьки, поднимаясь со дна, приятно щекочут тело. – Неужели сама не пробовала? Хоть на полшишечки?

– Делать мне больше нечего, – отмахнулась Милка. – И так с этой виртуальностью всех подруг растеряю.

– И правильно, – поддержала я её. – Одно расстройство из-за этой игры. Знаешь, какая херня сегодня со мной случилась?

Глаза у Милки распахнулись, как у совы. Стали круглые и любопытные.

– Колись!

Она покрутила пальцами, и догадливая прислуга притащила нам фужеры с прохладным шампусиком.

– Я за рулём…

– Цыц! – Милку было не остановить. – Отвезу я тебя, колись давай!

На встречу с Плигиным я приехала нетрезвой. Не то чтобы сильно пьяной, но после расслабляющих процедур алкоголь хорошо долбанул по мозгам и вызвал зверский аппетит.

После разговора с Милкой у меня осталось впечатление, будто меня вывернули наизнанку и рассмотрели под микроскопом. Я держалась, сколько могла, но в итоге рассказала и про орка, и как устроила стриптиз для Макса, и про мудака Чингиза.

Милка только ахала, кивала и подливала шампусик. После встречи с ней все проблемы казались не такими серьёзными. Всё-таки есть у меня хоть одна подруга, которой я могу довериться.

Плигин ответил не сразу, и от встречи долго отнекивался, ссылаясь на занятость. Но шампанское на пустой желудок сделало меня агрессивно-обаятельной и абсолютно неудержимой. В ход пошли подкуп, шантаж и лесть, и когда в качестве аргументов я привела новый стейк-хаус на Тверской и двенадцатилетний односолодовый вискарь, прокурор сдался.

– Знатную добычу вы мне подбросили, любезнейшая Маргарита Дмитриевна.

Плигин аккуратно и ловко вскрыл острым ножом рибай, полюбовался розовым соком на срезе и отправил себе в рот. В этот момент в нем прорезалось что-то хищное, совсем непохожее на привычный облик этого мелкого плюгавого мужчинки. Что-то опасное.

– Вы про стейк, Геннадий Сергеевич? – спросила я, разливая по стаканам вискарик. – Ловко вы его разделываете, прямо как одинокий волк!

– Люблю простую пищу, – вздохнул прокурор. – Бывало, на речке таких шашлыков нажаришь, не чета этому. Но разве на это есть теперь время…

Рибай из коровки, которая нагуливала свою мраморную плоть на тучных равнинах Колорадо, доставленный в столицу самолётом, а потом два месяца дозревавший в специальной камере, стоил аккурат как месячная зарплата прокурора. Официальная зарплата, разумеется.

– За встречу. – Я подняла объёмистые стаканчики, и Плигин меня с удовольствием поддержал. – Эх, не травите душу… Геннадий Сергеевич, где те времена!

Сначала Плигина смутил мой интерес. Приехал он сухим и деловитым, но, увидев меня под хмельком, сразу расслабился. В его геометрически расчерченном мозгу не укладывалось, что серьёзные вопросы можно решать нетрезвым. Другое дело – отметить после.

Раз я прикатила подшофе, значит, дело и правда для меня плёвое, мелкая месть, которая не стоит внимания. Я поддержала его вывод, накатив несколько стаканчиков для конспирации, и незаметно переступила ту грань, когда пора остановиться, но категорически не хочется.

Виски мягким, горячим огнём прокатился внутри, согревая самую душу. Столы были тяжёлыми, мясо – нежным, свет – приглушённым, и даже бренчащие на грани слышимости банджо и скрипка напоминали мне привычный репертуар «Двойного Заппы» из трактира «Три топора».

– Знатная добыча, говорю! – ввинтился в моё сознание голос Плигина. Поначалу он нагонял на себя секретность, а сейчас ему, похоже, стало обидно, что я совсем не проявляю любопытства.

– Правда?! – Я даже старательно приоткрыла рот, и польщённый прокурор продолжил:

– Эта фирма занималась не простым мошенничеством. – Прокурор поднял палец вверх и значительно покачал им. – Берите выше – промышленный шпионаж!

– Ох, божечки! – охнула я, а сама подумала: «Что, Татка, съела?! Попробуй теперь отвертеться! Посмотрим, как твои шавки в игре себя почувствуют, когда лишатся поддержки».

– Помните дело Ремизова?! – продолжил Плигин, явно стараясь произвести на меня впечатление. – Громкое такое, про него даже по телику показывали.

– Что-то слышала, – ответила я, чувствуя, что земля уходит из-под ног.

– Так вот, там мно-о-о-о-ого чего интересного про него нашлось. – Прокурор аппетитно причмокнул, положил в рот ещё кусочек стейка и стал с аппетитом жевать. Сочные мясные волокна лопались у него на зубах, растекаясь каплями мясного сока, так похожего на кровь. Плигин сейчас напоминал вурдалака, поедающего свежую жертву.

Я взяла бутылку и снова наполнила стаканы. По самые краешки.

– Мы так и знали, что не один он был, – добавил Плигин, – нельзя такое в одиночку провернуть. Так что вы нам просто подарок преподнесли, любезная Маргарита Дмитриевна. Российской, так сказать, законности.

– Давайте выпьем, – подняла я стакан, – за законность!

– До дна! – подзуживал Плигин.

В иной ситуации, я бы подумала, что меня спаивают с развратными намерениями. Но кажется, Плигину было просто забавно видеть меня такой.

Я опрокинула стакан, и виски мягкой волной ткнулся в мозг, делая все слова и мысли ватными и неважными. Плигин говорил ещё что-то про «особо крупный размер», «коррупционные действия» и даже про «предварительный сговор двух и более лиц». Я только разливала и пила вместе с ним, пока бутылка не закончилась.

Благородный янтарный напиток с холмов Шотландии словно мягким пледом укрыл все мысли в моём мозгу. Осталась одна, и она морозила сердце, не отпуская. Что за дела были у Ремизова с моим мужем?!

До такси я дошла сама, а вот дома на лестнице возникли проблемы. Крутые пролёты никак не давались мне, даже после того, как я сняла туфли. Охраннику пришлось покинуть свой пост и довести меня до самой двери. Заходить в лифт, по непонятным даже мне причинам, я отказалась.

Если днём я мечтала убежать из игры, то сейчас спешила туда вернуться. Катавший весь день проблему где-то на фоновом уровне мозг готов был выдать решение. Но для этого мне надо было посоветоваться с одним человеком. Хотя нет, совсем не человеком.

– Ого, – уставился на меня Жакоб, – это и есть мой сюрприз?! Я в этом году был хорошим мальчиком?

Орк лежал, развалившись на кровати в моём номере. Перед ним стоял низкий столик с гномьей задирухой и закусками – спецзаказ из трактира. Но Жакоб пускал слюни не на это. Я стояла перед ним в одном белье, корсете и кружевных чулочках. С равновесием в игре дело наладилось, а вот с тормозами не очень.

– Ты был очень плохим мальчиком, и меня сегодня не получишь. – Я присела на кровать рядом с ним и шлёпнула нетерпеливого орка по рукам. Мне нравилось его дразнить.

– А как же сюрприз?! – У орка был вид ребёнка, который остался без сладкого.

– Кто сказал, что это я? – я щёлкнула пальцами.

Дверь приоткрылась, и комната наполнилась звоном золотых цепочек. Они шелестели… они шептали… они обещали…

У Жакоба натурально отпала челюсть, большая и клыкастая.

– Наслаждайся подарком, милый, – я придвинулась к орку поближе. – Ого, я даже вижу, как ты рад!

Глава 26

Ночные встречи

На Сусанне не было ничего лишнего. Даже туфель, и тех не было. Она шла, приподнимаясь на носочках, изящно, словно балерина. Её тело не скрывал ни единый лоскуток ткани. Упругие груди чуть подпрыгивали при каждом шаге, а тёмные смуглые сосочки то появлялись, то снова прятались под непрерывно движущимся золотым водопадом.

– Ты хотел посмотреть экзотический танец, милый? – мурлыкнула я орку на ухо, придвигаясь ещё ближе.

Жакоб пробурчал что-то неразборчивое, не отводя жадных глаз.

– Сегодня у нас закрытый показ, эксклюзивное шоу. Только для тебя.

Я придвинулась ближе, шепча и лаская губами шею орка, касаясь его плечом и грудью… запустив руку ему между ног, чувствуя, как он крепнет и наполняется желанием.

Сусанна качнула бёдрами. Она подходила ближе с лёгкой улыбкой, пританцовывая, хвастаясь своим телом и своей красотой. Блеск золота, бархат кожи, лёгкий аромат сандала… Её движения завораживали, манили, заставляли забыть обо всём.

Это подействовало даже на меня, я почувствовала, как напряглись и набухли соски, как тёплая волна прокатилась вдоль позвоночника, как потянуло и стало горячо внизу живота. Предательское тело реагировало само, помимо сознания.

Пресловутое умение экзотических танцовщиц – «Очарование». Оно действовало даже на меня, что уж говорить о Жакобе. Он привстал на кровати, следя за каждым движением Сусанны, как кот за канарейкой. Каждая мышца была напряжена. Всем руководило одно желание – схватить добычу, подмять под себя и насладиться ею.

Сусанна стала покачиваться из стороны в сторону…вправо и влево… Её взгляд был устремлён на Жакоба, только на него. В такт своим движениям она приподнимала руки, чуть поворачивая запястья, играя бликами света на браслетах. Это был даже не танец. Повторяющиеся раз за разом ритмичные движения, как маятник гипнотизёра.