Саша Токсик – Аквилон. Трилогия (страница 30)
Я устроился на скрипучей койке и усмехнулся. Архимаг Глубинных Течений в комнатушке под крышей дешевого доходного дома. Если бы мои неизвестные враги знали, где меня искать, они бы умерли со смеху.
Что ж, тем лучше для меня. Пусть ищут Лазаря Аквилона гостиницам. А Данила Ключевский тем временем будет восстанавливать силы и искать ответы.
Глава 13
Постоялый двор «Три дороги» располагался в том районе столицы, где приличные кварталы плавно перетекали в сомнительные. Идеальное место для встреч, о которых лучше не распространяться. Хозяин, бывший сержант городской стражи, умел не видеть, не слышать и не помнить. За соответствующую плату, разумеется.
В отдельном кабинете на втором этаже царил полумрак. Окна выходили на глухой двор, где даже днем было темно от листвы деревьев и нависающих крыш соседних домов.
Единственная лампа с запыленным абажуром бросала тусклый свет на стол и собравшихся вокруг него людей.
Валентин Лазурин сидел у стола с таким видом, словно само помещение оскорбляло его аристократические чувства. Он брезгливо отодвинулся от липкой столешницы, на которой виднелись круги от пивных кружек.
Младший сын знатного семейства, он унаследовал от отца амбиции, от матери — красивую внешность, а от судьбы — хроническую нехватку денег. Темные волосы были тщательно зачесаны назад, на пальцах поблескивали перстни, показатель того, что удача наконец-то повернулась к нему лицом.
Напротив расположился Михась Костолом. Человек совсем иного сорта. Он сидел, откинувшись на спинку стула, совершенно расслабленный, словно находился в собственной гостиной. Шрам через всю левую щеку превращал его лицо в иллюстрацию к детским страшилкам.
Но самым жутким был взгляд — спокойный, оценивающий, как у мясника, выбирающего тушу для разделки.
За его спиной маячили двое подручных, старательно изображавших каменные изваяния. Здоровяк со сломанным носом по кличке Бычок, медлительный, но основательный. Когда-то боксировал на ярмарках, пока не получил удар, после которого левое ухо почти не слышало. И жилистый тип с быстрыми глазами — Серый, специалист по ножам и прочим острым предметам. Руки у него никогда не были спокойны. Обычно он крутил там что-нибудь острое, но сейчас, чтобы не смущать влиятельного гостя, ограничился мелкой монеткой.
На столе между Валентином и Михасем лежал промокший камзол. Дорогая ткань потемнела от воды, местами покрылась тиной. Но серебряная вышивка все еще поблескивала в свете масляной лампы. Герб Аквилонов вполне явно читался на лацкане.
— И это все? — Валентин брезгливо тронул камзол кончиками пальцев, словно боясь запачкаться. — За такие деньги я ожидал больше… вещественных доказательств. Тело, например. Или хотя бы личные вещи — перстень, часы…
— Тело долго в воде пробыло, — спокойно ответил Костолом. Он говорил размеренно, растягивая слова, словно наслаждался каждым звуком. — Течение сильное в том месте, где он упал. Мои люди всё русло тралами перерыли, прежде чем зацепили. Рыбы свое дело знают, сначала глаза сожрали, потом мягкие ткани, — он усмехнулся, словно рассчитывал вызвать у собеседника дискомфорт, и ему это удалось. — Это все, что нашли мои люди. Ну, кроме костей на дне, но вам же не череп нужен для опознания? Могу организовать доставку, если желаете.
Валентин поморщился от такой перспективы и поспешно замотал головой.
— Откуда мне знать, что это действительно его камзол? — он откинулся на спинку стула, стараясь выглядеть скептически. — Мало ли кто мог… Такие вещи можно купить, украсть, подделать…
— Пятеро моих людей видели, как он упал в воду после удара по голове, — перебил Михась, сцепив пальцы в замок. Костяшки хрустнули. — Камень был увесистый, кровь брызнула фонтаном. Никто не видел, как выплыл. Камзол нашли в двух верстах ниже по течению. С фамильным гербом, между прочим. Вышивка ручная, такую только на заказ делают. Какие еще доказательства нужны?
Лазурин вскочил так резко, что опрокинул стул. Тот с грохотом упал, но никто из присутствующих даже не вздрогнул.
— Он маг воды! — выплюнул Валентин, словно это было ругательство. — Аквилоны все маги воды! Поколениями! Он мог дышать под водой, мог управлять течением, мог…
— Маг с проломленным черепом тонет так же хорошо, как обычный человек, — флегматично заметил Костолом. — Магия требует сосредоточения. Трудно сосредоточиться, когда мозги вытекают через дыру в черепе.
— Но вы не видели, как он утонул! — Валентин метался по комнате. — Только как упал! Это не доказательство!
— Господин Лазурин, — Михась даже не повысил голос, но Валентин замер. — Если человек падает в воду с проломленной головой и не выплывает, обычно это означает одно. Но если вы сомневаетесь в моей работе… — он сделал паузу, давая угрозе повиснуть в воздухе, — могу предложить возврат аванса. Разумеется, с учетом наших расходов на операцию. И с учетом того, что вы знаете о нашем участии.
Намек был прозрачен. «Стая» не любила свидетелей неудачных операций.
— Я плачу за результат, а не за предположения, — Валентин попытался восстановить контроль над ситуацией, но голос предательски дрогнул.
— Вы платите за то, чтобы Лазарь Аквилон исчез, — поправил его Костолом. — Он исчез. Больше недели прошло — ни слуху, ни духу. Или у вас есть сведения об обратном?
Молчание затянулось. Где-то внизу пьяно хохотнули, загремела посуда. Валентин замер, сжимая и разжимая кулаки. На лбу выступила испарина.
Костолом сидел неподвижно, как каменное изваяние. Его люди тоже не шевелились, натренированные ждать столько, сколько потребуется.
Наконец Лазурин достал платок и промокнул лоб.
— Хорошо. Допустим, я принимаю вашу версию. Но я хочу гарантий. Если он жив и объявится…
— Если он объявится, мы закончим работу бесплатно, — заверил Михась. — Репутация «Стаи» дорогого стоит. Но он не объявится. Мертвецы обычно молчаливы. Хотя… — он усмехнулся, — был у меня один случай. Заказали купца, утопили, как положено. А он через месяц объявился — оказалось, близнец был. Пришлось топить повторно. Без доплаты, разумеется.
Валентин поморщился от черного юмора. Достал из внутреннего кармана кожаный кошель, взвесил на руке.
— Половина суммы, — бросил он кошель на стол. Золотые империалы глухо звякнули. — Остальное отдам, когда пройдет месяц и не будет никаких… сюрпризов.
— Разумно, — кивнул Костолом, даже не притронувшись к деньгам. Нет нужды пересчитывать, только идиот мог бы попытаться его обмануть. — Приятно иметь дело с осторожным человеком. Осторожность в нашем деле — залог долгой жизни.
Лазурин направился к двери, но на пороге обернулся. При свете из коридора его лицо казалось еще бледнее.
— Если он объявится, то вы мне обещали…
Он не договорил и шагнул в коридор, оставив за собой последнее слово.
Дверь закрылась. Шаги Валентина быстро затихли на лестнице, молодой аристократ почти бежал.
Бычок почесал затылок — жест, означавший глубокую мыслительную деятельность.
— Михась, а он правда поверил? Что-то больно нервный для человека, получившего хорошие новости.
— Конечно нет, — усмехнулся Костолом. — Но деньги отдал.
— А если найдем Аквилона? — спросил Серый, поигрывая ножом. Едва Валентин вышел за дверь, как бандит приступил к любимому развлечению. Лезвие мелькало между пальцами, как живое.
— Доведем дело до конца, — Михась встал, хрустнув шеей.
Кошель исчез во внутреннем кармане. В нем было куда больше обещанных рядовым исполнителям пяти империалов. Так уж водится в любом бизнесе. Работу выполняют одни, а навар достаётся другим.
— Куда теперь? — Бычок готов был следовать за своим начальством.
— Обшарить все гостиницы столицы. Все постоялые дворы. Все ночлежки. Парень расспрашивал о рейсах в столицу. Значит, если он всплывет, то где-то здесь.
Они вышли из кабинета. В коридоре воняло перегаром и дешевыми духами. Где-то наверху кто-то пел похабную песню, аккомпанируя себе на расстроенной гитаре.
— Михась, — окликнул Серый уже на лестнице. — А если парень действительно мертв? Мы зря время тратим?
Костолом остановился, обернулся. В полумраке коридора его шрам казался черным провалом.
— Укокошил Багра и его парней, а затем от угрызений совести утопился? — усмехнулся Михась. — А про билеты после призрак спрашивал? Нет, этот парень не так прост. Но мы с ним обязательно свидимся.
Я лежал на продавленном матрасе, где пружины, казалось, вели личную войну против моей спины. Шестьдесят один серебряный — вот весь мой капитал после оплаты жилья и сегодняшних расходов. Нужна работа. Желательно денежная, но не привлекающая внимания.
Капля отправилась исследовать водопроводную систему дома. Для водного духа старые трубы были как увлекательный лабиринт, полный загадок и тайн.
«Труба-труба-труба!» — пришел восторженный мыслеобраз вместе с ощущением скольжения по металлу. — «Ржавая! Капа плывет! Весело-весело!»
«Будь осторожна,» — мысленно предупредил я. — «И помни — никакого воровства.»
«Капа хорошая! Не брать блестяшки!» — ответ сопровождался образом невинной мордочки с огромными глазами. Правда, за спиной у этой мордочки я заметил подозрительный блеск, но решил пока не придираться.
Внезапный грохот входной двери заставил меня подскочить на койке. Матрас жалобно скрипнул, а одна особенно наглая пружина попыталась пробить мне ребро.