Саша Соколов – МАМА (страница 3)

Наконец мы собрались, меня нарядили в парадные джинсовые шорты, и клетчатую рубашку. Мама пыталсь уложить вихр на моей макушке, но упрямо не слушался и встававал перпендикулярно голове.

Последние попытку уложить его она предпринимала уже по дороге в кино. Вихр, не сдавался, прилипая на несколько секунд, все равно выбивался из строино причесанных, выгоревших на солнце, волос.

Зал для просмотра видеофильма, был переоборудован из столовой, столы за которыми мы принимали пищу расставили, так чтобы всем было видно центральный стол возле стены, на котором гордо стоял цветной телевизор, с пузатым экраном, цветными глазами кнопками каналов, и круглым крупным, как картошка носом регулировки громкости, завершала образ шляпа- видемагнитофон, из которого как козырек торчала приготовленная кассета.

Люди неспеша заполняли импровизированный зал кинотеатра. На улице уже темнело. И солнце устало погрузилось в морскую пучину, немного остыть, чтобы завтра продолжить, запекать ленивых отдыхающих на пляжах.

На столах от ужина остались солонки и перечницы. От безделья я сыпал себе соль на палец и облизывал его, соль мне показалась очень вкусной. Мама заметив мою страсть к соли, отставила от меня солонку подальше.

Человек, как 2 капли похожий на телевизор в шляпе, подошел к своему брату близнецу и радостно оповесил зал, что сегодня нам покажут фильм ужасов-Извне.

Саш, ты не испугаешься? – спросила Мама.

Нет мам не бойся.

Я никогда до этого не смотрел ужастики. И мне было жутко интересно восполнить этот пробел.

Магнитофон радостно проглатил кассету, и шляпа лишившись своего козырька, стала похожа на тюбитейку.

– Ты чего смеешся, -спросила Мама.

– Телевизор смешной, -ответил я.

– Да уж -сказала мама, я почувствовал, что это «да уж «несет какой то еще смысл кроме согласия, но выяснять не стал. Фильм уже начался.

Как на зло, изрядная порция соли которую я сьел только что дала осебе знать и я захотел пить. Кроме всего прочего дискомфорт доставляло щипание в уголках губ, тоже от соли. Зачем я ее ел?

Я отпросился на минутку попить, и умытся. Пулей сбегал в умывальник, этажом ниже, и через минутку уже сидел, довольный, расспрашивая, что я пропустил.

Фильм, был и вправду страшый, ученый изобрел машину, с которой открывал паралельные вселенные откуда к нам проникали разные монстры. Эти монстры были отвратительные, и я часто закрывал глаза и смотрел на них, через пальцы. Иногда мне глаза закрыаала мама, и тогда я уже не мог смотреть даже сквозь пальцы. В какой то момент наступила кульминация страхов, и мама сказала, что этот фильм мне смотреть нельзя. Я не сопротивлялся, потому как последние минут 10 и сам сидел и боялся даже одного звука фильма, не прмышляя открыть глаза.

Мы вернулсиь в номер, где жили, я долго не мог уснуть, и боялся теней на потолке. И еще представлял чем же этот фильм закончился, а еще мне очень хотелось рассказать о нем своим друзьям, но вот только, что рассказывать, если я даже не знаю чем он закончился. Ну ничего, я решил додумать концовку.

Через пару дней я уже сидел в своем дворе под дубом и рассказывал пацанам про страшный фильм, который увидел на отдыхе. Все завороженно слушали мой рассказ, и я был счастлив, особенно мне удалась концовка, ее я долго обдумывал, ночью после фильма, и она получилась у меня захватывающе напряженная, и непредсказумая. Все ждали, что злой проффесор погибнет или его убьют, но моя версия была такая, что он открыл вселенную которая изменила его, он стал добрым, и ушел в другой лучший мир, уничтожив всех своих монстров.

Досмотрел этот фильм я уже лет через 5. И самое интересное, не нашел ни одного страшного места. Местами мне было даже смешно смотреть на нелепых монстров, и реакцию героев фильма на них, ну и финал, меня разочаровал. Проффессор предсказуемо погиб, от рук своих же чудищ. Как же хорошо, что тогда, в Широкой балке, мы не досмотрели с Мамой этот фильм до конца. Ведь додумать гораздо интереснее.

Единство

Выходные начинались с генеральной уборки. Это своего рода традиция нашей семьи. Всем доставалось по объекту в квартире с задачей навести порядок.

Шумел пылесос, свистел веник, журчала вода в раковине. Квартира оживала и радовалась вниманию и заботе которое на нее оказывают жители.

Из туалета доносилась известная песня из кинофильма

– Все равно счастливой стану, все равно счастливой стану» – с оригинальным окончанием- даже моя унитаз.

Это формула счастья моей сестры Тани, она научилась еще в детстве радоваться и быть счастливой в любых обстоятельствах.

– Мам, посмотри, так нормально- сдавала она свой объект на суд Мамы.

Мама у нас чисто люб первой степени- порядок и чистота в доме для нее очень важны. И в своих детях и муже она всячески воспитывала чистоплотность. Ученики из нас были никудышными, но она не сдавалась, и такими еженедельными семейными уборками прививала любовь к порядку. Хитрее всех был Папа он придумывал себе занятия в гараже или на даче и сматывался, на нас с сестрой ложилась вся тяжесть воскресной уборки.

– Нет доча, вот здесь и здесь грязь, – как опытный старшина указывая на недостатки, Мама забирала драгоценные минуты жизни сестры, которые она хотела провести на улице с подругами.

Танюшка злилась, обижалась, но продолжала драить ненавистный ей унитаз.

Я ехидничал и забавлялся этой обстановке. А еще радовался, что свою комнату я уже убрал и успешно сдал. Мама заметив мое довольное лицо, перекинула свое воспитание в мою сторону. Нарезав мне дополнительный фронт работ в коридоре и на лестнице.

Теперь мы были с сестрой одинаковы несчастны- и глядя друг на друга моющими на четвереньках полы в коридоре и туалете, ощущали себя настолько родными и близкими, как никогда раньше. И от этого чувства становилось теплее и веселее. Оно было какое то перспективное и многообещающее, за ним столько всего нового открывалось для нас.

Мама на минутку присела рядом и взгляд застыл. Уголки губ растянулись в улыбку, а глаза взмокли глядя на нас. Я не стал спрашивать, отчего эти слезы, я и так понял. Она почувствовала наше единение. И для нее большей награды и не надо было.

Человечки

Летом в Рязани было скучно. Многие друзья разъезжались по деревням, лагерям, бабушкам. Я тоже ждал поездки к бабушке Тоне на море. Но это только августе произойдет, когда у Мамы будет отпуск, а пока мне приходилось часто сидеть одному во дворе или дома. Жили мы у моей второй бабушки Вали, маме Папы. Развлекал меня в это время Александр Дюма и его Таинственный остров, книга меня захватила полностью и я в запой ее прочитал за пару дней, и сейчас рефлексировал от ощущений и впечатлений. Паруса, кораблекрушения, острова, приключения- как же это захватывающе.

Сегодня Мама была дома, и предложила сходить искупатся на озеро – катушка. Я слышал про него, оно так и называлось из за затопленной катушки. В голове сразу представился затопленный корабль, все конечно идем.

На озере было многолюдно и весело, народ купался, загорал, гоняли мяч. Мальчишки, доплывали до катушки и ныряли с нее. Я от них не отставал. Ныряя я познакомился с мальчиком, звали Игорь, он жил в деревне неподалеку, и мы с ним сразу подружились. Я с радостью общался с ним, восполняя нехватку общения со сверстниками летом.

Когда мы собрались и пошли домой Игорь, к моей радости, тоже пошел с нами, мы оторвались от Мамы и всю дорогу общались. Уже возле дома я вспомнил о Маме, посмотрел назад ее не было видно, мы сели с Игорем во дворе подождать ее. Мама подошла через насколько минут, она была раздраженной и усталой. Я всегда безошибочно мог определить ее состояние, по глазам, выражению лица. Я понял что сейчас мне влетит, но еще не знал за что.

Ты почему убежал от меня?

Ну мам я с Игорем, мы заболтались.

Все идем домой, прощайся с Игорем.

Я неохотно поплелся у Игорю. Все я пошел домой, пока, сказал я.

Ты выйдешь с надеждой спросил Игорь.

Нет, наверное- угрюмо ответил я

Ну пока сказал Игорь

Дома Мама мне всыпала по полной, меня никогда не били, но поругаться могли крепко, причем самым страшным было не ругание, а обида Мамы, которая могла долго теплиться в ее сердце, и выражалась, придирками и упреками, или молчанием, это было самое страшное наказание. Я не понимал за что меня ругают, но воспринимал все мужественно и не спорил, так будет только хуже.

Наказание мне выбрали мягкое, домашний арест, и чтение. Ну ладно, я уже присмотрел в нашей большой домашней библиотеке, записки о Шерлоке Холмсе, и вот хороший повод их прочитать. Книга захватила меня еще больше чем Таинственный остров, мастерство и виртуозность с какой Шерлок раскрывал преступления поражала. Рассказ про пляшущих человечков особенно. Я выписал все знаки из книги, которые были описаны, и понял, что для полного алфавита не хватает доброй половины букв. Не беда, я их сам придумаю. Ведь это так здорово иметь свой собственный секретный алфавит. Хотя для одного секретный алфавит это как то странно и не понятно зачем. А вот для нескольких, чтобы только избранные понимали о чем ты пишешь, это ценно и практично.

В соседнем доме, жил мой друг Андрей Сушкин, он был немного странным и забитым мальчиком, скорее всего он комплексовал из за очков, они у него были реально смешные, с круглой большой оправой, толстыми стеклами. Когда он их снимал, то щурился и постоянно тер глаза, походя на плачущего крота. Я у него был единственный друг, и он меня сильно ревновал к моим школьным друзьям и парням со двора. Он ни с кем из них не мог найти общий язык, они часто над ним смеялись и подкалывали. Я видел, что ему не нравится такое обращение и ввел себя с ним иначе. За что и заслужил его дружбу. Он был умным, начитанным, и коллекционировал много интересных вещей, на пример банки из под пива и лимонада, или пачки сигарет, причем полные, и монеты, и солдатиков, и модели авто