Саша Ленц – Повелители стихий: начало (страница 7)

— Может, он себе налил вторую чашку…

— Он бы просто долил кипятка в свой стакан, — с раздражением от наивности Дениса буркнул Антон.

— Зря ты рассказал про драку. У меня будут проблемы…

— Прости, я и не думал, что директор лижет зад Сухину.

— Его родителям, строго говоря, — поправил Денис. — Откуда ты вообще узнал про Сухина?

— Ну а кто ещё? Вечно одно и то же… Ладно, проехали. Останусь на дежурство вместе с тобой. Быстрее управимся.

— Брось. У тебя же тренировка.

Всю перемену Денис уверял друга, что справится сам, но Антон был непреклонен. В итоге, по окончании шестого урока, они вдвоём отправились в подсобку за вёдрами и тряпками. Кроме них в школе оставались двое охранников и уборщица, охваченная радостью, что благодаря наказанию Дениса её смена закончится пораньше.

Времени на наведение порядка в длинных и широких школьных коридорах уходило действительно много, но спустя четыре часа финал трудоёмкой работы всё-таки замаячил. Оставалось отмыть ещё несколько пролётов, когда Антон пошёл сменить воду в одном из вёдер, а Денис взялся выметать мусор из-под батареи. В этот момент послышались чьи-то приближающиеся шаги.

— Пройдите через другой коридор, тут мокро, — бросил Денис через плечо, не отвлекаясь от дела.

— Разве это мокро? — раздался ехидный голос.

Денис обернулся, увидел Воронова, за ним шагал парень из параллельного класса. Андрей медленно подошёл к ведру и носком опрокинул его на бок. Содержимое разлилось огромной грязной лужей на половину коридора.

— Вот это мокро, — сказал довольный собой Воронов.

Он и его дружок удалились, гогоча во всё горло. Когда вернулся Антон, Денис сидел на подоконнике, откинувшись на оконную раму.

— Что стряслось? — опешил друг, глядя на разлитую грязную воду.

— Воронов.

Антон выругался и бросил тряпку на пол. А потом присоединился к Денису. Минут пятнадцать они перебирали самые грубые оскорбления, которые наилучшим образом характеризовали Сухина и его компашку. Прервал их оживлённую беседу старый охранник, пригрозивший, что если они не закончат за час, то останутся ночевать в школе. Друзья быстро убрали разлитую воду, наплевав на жуткие разводы, и, еле волоча ноги, отправились по домам.

Порог своей квартиры Денис переступал с тяжёлым предчувствием, что отца он застанет в том же невменяемом состоянии, в каком оставил его утром. Денис не ошибся. С порога его встретил запах крепкого перегара, а пройдя в зал, он увидел и источник этого стойкого амбре. Отец спал в кресле, закутанный в покрывало, на столике рядом стояло две бутылки, одна ещё не открытая, другая практически опустошенная. Денис с ненавистью смотрел на них: эта мерзость медленно разрушала его отца. А в памяти всплывали другие образы: папа молодой и подтянутый, в красивой военной форме; мама — счастливая, как на фото в свадебном альбоме. Всё могло бы быть иначе… Поддавшись нахлынувшему гневу, Денис схватил ещё неоткрытую бутылку, швырнул её в распахнутое окно. Через секунду раздался звонкий треск бьющегося стекла. Как бы хотелось уничтожить все беды так же легко — одним броском, одним ударом, раз и навсегда.

Глава 1

Три начала (часть 3)

Начало третье. Рикки Роуз. Новое будущее

— Рикки, волна!

— Вижу, Сэмми.

Рикки Роуз откинула за плечи длинные белокурые волосы, сосредоточившись на приближающемся гребне. С берега доносились еле слышные подбадривающие возгласы. Слева длинный тощий парень закусил губу от напряжения, справа рыжеволосый юноша свёл брови и уже приподнялся на своём сёрфе в готовности покорять стихию.

«Рано», — подумала Рикки.

Через две секунды доска под ней опасно накренилась, Рикки вскочила в стойку, подхватив ритм волны. Торопливый рыжий паренёк сначала оказался на переднем склоне, но быстро спустился в пену, стремительно теряя скорость и увязая где-то там. Рикки же нашла карман волны и принялась выполнять повороты. Она раз за разом взбиралась на гребень, резко спускалась в пену и с ускорением выходила на новый поворот и наслаждалась восхитительным ощущением единения со стихией. Рикки оставалась на линии столь долго, сколько позволяла длина волны.

Напор постепенно затухал, накат лениво толкал доску к берегу, где крики болельщиков приветствовали первую финалистку. Рикки победно вскинула руки. Трибуны ликовали.

— В ЗАВЕРШАЮЩЕМ ЗАЕЗДЕ ПЕРВОЙ ФИНИШИРОВАЛА РИККИ РОУЗ ПОД НОМЕРОМ 7! — по пляжу разнёсся оглушительный голос комментатора. — ЖДЁМ ОСТАЛЬНЫХ УЧАСТНИКОВ!

К девушке подбежали люди с аплодисментами. Рикки в своей победе, как и её друзья, не сомневалась. Последний заезд был простой формальностью, ведь предыдущие этапы обеспечили ей достаточное количество баллов, чтобы занять первое место. Поэтому Рикки без угрызений совести принимала поздравления и не возразила, когда один рослый парень посадил её на плечи, чтобы все могли видеть победительницу.

— А ВОТ И ОЦЕНКИ, — последовало объявление, и побережье замерло в ожидании оглашения результатов.

Воцарившуюся тишину нарушали только комментатор, перечислявший заработанные участниками баллы, и раскатистый шепот моря.

— Похоже, победа снова твоя, — раздался голос в наушнике.

— Знаю! — прошептала Рикки.

— Не задавайся!

— И ПОБЕДИЛА РИККИ РОУЗ ПОД НОМЕРОМ 7! ВТОРОЙ РАЗ ЗА СЕЗОН! БЛЕСТЯЩИЙ РЕЗУЛЬТАТ!

Толпа вокруг Рикки взорвалась ликующими криками. Парень спустил её на землю, позволяя подбежавшему репортёру задать вопросы победительнице, а оператору взять её в кадр.

Репортер, протягивая микрофон, спросила:

— Мисс Роуз, сколько побед у вас на счету?

В этот момент долговязый парнишка, который только что держал Рикки на плечах, выскочил под объективы камер и прокричал:

— Восемнадцать побед! Восемнадцать!

Репортёр продолжила:

— В чём секрет успеха?

— Я не знаю! — ответила Рикки, пытаясь перекричать толпу. — Просто вода — моя стихия!

Комментатор пригласил победителей на пьедестал. Рикки вручили кубок, она ещё долго принимала поздравления от болельщиков и друзей, и уйти в кабинку для переодеваний удалось нескоро.

— Вода — это моя стихия, — передразнил голос в наушнике, когда она оказалась в тишине. — Уверенно держишься перед камерой. Входишь во вкус? Ты очень похожа на свою маму.

— Ох, надеюсь, что всё-таки не очень!

Рикки улыбнулась про себя. Когда она сказала про стихию, то не слишком преувеличила. Победа в очередном чемпионате Австралии по сёрфингу среди юниоров — тому подтверждение. Рикки стояла на доске с тех самых пор, как научилась стоять вообще. В тринадцать она впервые приняла участие в чемпионате и с тех пор не проиграла ни одного матча. Через год она уже не сможет участвовать в соревнованиях, да и с командой придётся попрощаться: её мама, Линда Роуз, собиралась отправить свою единственную дочь учиться в Гарвард, где обучалась сама. Мнения самой Рикки, конечно, никто не спрашивал, и никто, разумеется, не задумался, как это жестоко — вырвать её из естественной «среды обитания».

— Ты скоро?

— Уже выхожу.

Рикки сложила вещи в рюкзак, распустила свои длинные волнистые локоны, сняла с одежды микрофончик и вытащила из уха наушник. За дверью раздевалки её ждал Сэм — телохранитель: крупный, высокий мужчина с короткой стрижкой, с рябой кожей на лице и с добрейшими глазами. Когда-то он был лучшим другом её отца, а сейчас стал другом для неё. Девушка всегда говорила, что он её «личная нянька-качок на всю жизнь», и он не обижался. Хотя на самом деле, Сэм не только оставался добрым другом, но и сумел заменить ей любимого папу, пропавшего без вести много лет назад.

Рикки отдала ему наушник, микрофон и доску.

— Микрофон снимать при мне, — строго буркнул Сэм. — Мы же договаривались.

— Сэмми… — устало протянула Рикки. — Не нервничай, тут кроме нас никого.

Тот обречённо покачал головой, вздохнул, а потом сказал:

— С очередной победой.

Вместо ответа Рикки лениво улыбнулась и спросила:

— Где ты припарковался?

— Подальше отсюда, как ты и хотела. Весьма далеко. Так что, если хочешь вернуться домой вперёд твоей мамы, то нужно поторопиться.

Да, она попросила Сэмми поставить их чёрный внедорожник как можно дальше от пляжа. Рикки нравилось быть своей среди ребят из команды, а дорогие вещи, тачки, охранники и обслуга лишили бы её этой маленькой радости. И да, вернуться домой вперёд Линды — задача первостепенной важности, чтобы не пришлось объяснять, где она пропадала с самого утра, откуда взялся очередной кубок и почему Рикки выглядит, как человек, отоваривающийся в секонд-хенде. Стремление дочери одеваться, как все нормальные люди, Линда воспринимала как подростковый бунт, как оскорбление хорошего вкуса и желание насолить лично ей. Помимо прочего, Линда не принимала занятия дочери сёрфингом, считая, что Рикки следовало уделять больше времени учёбе, а не «всякой бесполезной ерунде», а Сэму стоило бы перестать поощрять подобное увлечение. В общем, портить настроение миссис Роуз себе дороже: достанется всем, начиная от горничных, работающих у них в доме, и заканчивая самой Рикки.

Уже несколько поколений семьи Роузов жили финансово обеспеченную жизнь. Много лет назад прапрадед Рикки основал небольшой редакторский отдел и стал выпускать газету. Со временем газета трансформировалась в модный глянцевый журнал «VM», по-прежнему довольно популярный и на материке, и в остальных частях света. До своего таинственного исчезновения журналом руководил папа Рикки — Артур; после — его жена, мать Рикки. Линда чувствовала себя на этой должности как рыба в воде: у неё был безупречный вкус, она знала толк в моде, помпезность и роскошь очень органично вплетались в её будни. При этом Линда была любящей женой и всегда оставалась заботливой матерью. Она стремилась дать любимой дочери всё самое лучшее, даже вопреки сопротивлению со стороны своего чада. Ну а занятия серфингом… Просто это увлечение явно не входило в её понимание «лучшего».