Саша Ким – Муж моей сестры (страница 6)

– Недостаточно понимать смысл слов. Важнее понимать посыл, – высокомерно заявил он.

Я гневно уставилась на неожиданного собеседника:

– По-вашему я пустоголовая? – я выплюнула эти слова, уже сомневаясь в собственной адекватности.

Где же пресловутое чувство самосохранения?!

– Что? – не понял он.

– Вам ведь плевать какими знаниями я обладаю на самом деле? Вы уже составили обо мне мнение по внешности и возрасту? Что ж, я ожидала от вас большего, Мистер Артонт. Слишком поверхностно, – я горделиво вздернула подбородок, мечтая поскорее убраться отсюда.

– Стесняюсь уточнить: вы сейчас отчитываете меня?

Мне показалось, что я заметила тень улыбки на его губах. Должно быть померещилось. Этот холодный чурбан и улыбается? Нет-нет.

– Называйте, как хотите! С вашей стороны весьма несправедливо лишать других удовольствия наслаждаться столь великолепным собранием книг, – продолжила я напряженный диалог с хозяином дома.

– Находите мою библиотеку великолепной? – не без интереса уточнил он.

– Конечно! Вы что же, сами не видите? Это ведь настоящая сокровищница! Каждая книга, словно бриллиант!

– Помнится, кто-то только что шарахнул один такой бриллиант об стол, – мужчина кивком указал на книгу, лежавшую передо мной на столе.

Я, вздрогнув, отняла руку от ветхой обложки. Что это? Ухмылка? Он насмехается надо мной? Быть того не может. Кажется, я наконец пришла в себя после гневной тирады, которую не задумываясь выпалила на своего зятя.

– Что ж… – вымолвил Роберт, поднимая со стола книгу, и медленно проходясь по кабинету. – Должен признать, вы тоже не оправдали моих ожиданий, Элис. Я считал вас милым беспомощным ангелом, которому нужна опека. Однако вы оказались настоящей фурией. С острым умом и не менее острым язычком.

Он вдруг оказался рядом со мной. Я вздрогнула, но не отступила. Мужской запах снова ударил в нос, одурманивая сознание.

– П-простите, – промямлила я, растеряв последнюю уверенность из-за его близости.

Не желаю оказаться наказанной. Мне почему-то представлялись какие-то средневековые пытки в качестве наказания за мою грубость.

– Разве вам есть за что извиняться? – он наклонился так, что его глаза оказались на уровне моих.

РОБЕРТ

А я-то уже подумал, что моего обаяния хватило хотя бы на эту малышку. С тех пор, как я оказался истощён от голода, оно практически перестало работать на смертных. Даже прислуга распоясалась. Но Элис другая. И мое влияние работает на ней как-то иначе. Ведь до этого она вела себя будто зачарованная. А сейчас вдруг взбунтовалась. Теперь вот снова стоит и невинно смотрит на меня своими лазурными глазами. А я только и думаю, какой бы придумать предлог, чтобы коснуться ее. Сколько же эмоций спрятано в этом крохотном сосуде. Как я голоден… Если Рита не планирует исполнять свои супружеские обязанности, могу ли я в качестве компенсации взять ее сестру. Мой взгляд скользнул по хрупкой фигурке. Я лишь на мгновение представил, как сжимаю это нежное тело в объятиях, и почувствовал, что в брюках стало тесно. Черт…

– Вы меня убедили, Элис… – я с удовольствием смаковал ее имя, – можете приходить в мою обитель, когда душе угодно.

Я перевёл взгляд на маленький ротик, когда пухлые губки, дрогнув, отворились.

– П-правда? – выдохнула девушка.

– Но впредь не рекомендую повышать на меня голос. Если у меня не окажется в запасе хорошего настроения и терпения, это может возыметь обратный эффект.

– Накажете? – вымолвила она испугано.

Голубые глаза стали ещё больше. А у меня в горле пересохло из-за того, с каким придыханием она это произнесла.

– Накажу, – согласился я.

Отчего-то представилось, как эта малышка лежит поперёк моих колен. Моя тяжелая ладонь опускается на ее округлые ягодицы, оставляя бордовые следы. Что ещё за изврат?! Я устало выдохнул и отпрянул. Так больше не может продолжаться. Мне необходима энергия и секс. Если в ближайшие дни моя супруга не соизволит меня навестить, придётся искать другие варианты. Я вновь невольно покосился на сконфузившуюся у моего плеча девушку. Нееет…

Глава 4

РОБЕРТ

Неделя не задалась. Если быть точнее, первая неделя моего вынужденного брака. Вместо исполнения своих супружеских обязанностей моя новоиспеченная супруга закрылась в своей комнате под предлогом болезни. Никого к себе не подпускает, кроме своей сестры. Я догадывался, что таким образом она просто хочет оттянуть неизбежное, но не спешил вывести ее на чистую воду. Я потеряю больше от этого слияния, чем Рита. Для неё это лишь вопрос невинности, а для меня жизни. В любом случае, теперь игры закончились! Я преисполнен решимости взять то, что принадлежит мне по праву. Прочистив горло, я постучал в комнату жены:

– Рита. Нам нужно поговорить, – нетерпящим отказа тоном громко сказал я.

За дверью послышалась какая-то возня. Я устало вздохнул и взялся за ручку.

– Простите, – послышалось из комнаты. – Мне все ещё нездоровится. Не хотелось бы кого-то заразить…

Я открыл дверь, и грозно уставился на свою супругу:

– Значит, ее заразить не боишься? – я кивнул в сторону притихшей в углу свояченицы. – Элис, оставьте нас!

Девушка вздрогнула при звуке своего имени. Поправив очки, неуверенно глянула на сестру.

– Живее! – рявкнул я.

Я почувствовал неприятный укол из-за своей грубости. Эта девчонка казалась мне такой беззащитной. Словно ее можно ранить и словом. В прямом смысле. Она каждый раз вздрагивает при виде меня. А стоит мне заговорить, тут же сжимается в нервный комок. Не считая того столкновения в библиотеке. Тогда ее дерзость меня поразила. С тех пор я все чаще думаю о ней… Непозволительно часто! Кажется, эта проныра вычислила в какое время я посещаю библиотеку и не появляется там в это время. Хотя я замечаю очевидные признаки того, что она бывает там ежедневно. Невыносимая девчонка. Едва стоит ее завидеть, как она тут же прячется от меня. Я как идиот брожу по дому в надежде на случайное столкновение. Сам только не осознавая, зачем мне это.

Как же раздражает. Я не могу вести себя как обычно в собственном доме из-за этих двух сестриц. Обе девушки стали скрываться в комнате Риты, не удостаивая меня своей компанией даже за обеденным столом. Что ж. Рано или поздно этому придётся положить конец. Они, как и я, будут вынуждены свыкнуться с новым укладом жизни. И пусть это случится уже как можно скорее. Источник прямо у меня под носом. В моем доме! А я все ещё продолжаю мучиться от нестерпимой ломки. Так больше продолжаться не может. Свояченица наконец оставила нас наедине. Рита испуганно подтянула одеяло к подбородку.

– Тебе следует хотя бы при посторонних делать вид, что мы семья, – бросил я, опускаясь в кресло у кровати.

– Э-Элис не посторонняя.

– Для тебя, – заключил я.

– Переходите к делу быстрее, – поторопила меня она.

Как же это раздражает!

– Ты теперь моя жена. И будешь жить по моим правилам. Первое: не смей мне перечить! Ни при каких обстоятельствах! – мой голос гремел, отбиваясь от стен комнаты. – Второе: не вздумай мне врать! Скоро мой брат вернётся из поездки. Он врач. Если он не обнаружит у тебя никаких признаков болезни, ты будешь сурово наказана. Поверь, лучше бы тебе оказаться больной. Среди моей прислуги ходит слух, что розги не самое приятное наказание. Мое терпение на исходе. Даю тебе два дня, чтобы решить: кнут или пряник.

– Я принесла ваш любимый чай с чабрецом.

– Спасибо, Марта. Оставь на столе.

– Снова собираетесь полуночничать? Хоть бы и бессмертный! С этими вашими приступами вам следует, по меньшей мере, хорошенько отдыхать! – сердобольная домоправительница отчитывала меня, как мальчишку.

– Подготовь лохань, Марта, – велел я, пропуская мимо ушей ее ворчание. – Сегодня я жду свою супругу.

– Что ж вы думаете, она явится? Болеет вроде девчонка. А даже если прикидывается, вряд ли так просто решится выйти…

– Марта, – одернул я женщину.

– Простите, хозяин. Волнуюсь я за вас просто. Незнакомых девчонок в дом притащили, тогда как сами так больны…

– Она – мое лекарство. Может хоть от этого тебе станет легче?

– Кто? Супруга ваша?

– Ну не Элис же, – как-то печально протянул я.

– А жаль! Такая девочка хорошая! Живая, умненькая. Не то, что эта мумия, что вечно в своей комнате прячется…

– Марта! – рявкнул я.

– Все-все, – она успокаивающе подняла руки. – Сейчас все организуем! Только не злитесь, господин-хороший.

Я злился не на неё. А на себя. На мгновение подумалось, что старуха просто прочитала мои мысли…

Уже через полчаса моя спальня была полностью готова. Верхний свет выключен, вместо него по углам зажжены свечи и благовония. Деревянная лохань, а рядом чаша с горячей водой. У меня был особый ритуал для новых женщин в моей постели. Все они должны быть тщательно вымыты в моем присутствии. Так, чтобы я видел, что женщина чиста. Должно быть, я и правда, слишком старомоден. Эта привычка пошла ещё с тех пор, как я был человеком. Я заметил: у всех Архонтов – моих Братьев, есть некая привязка к тем временам. Кто-то отстраивает себе дворцы, как те, в которых жили, когда были смертными, кто-то создаёт себе средневековую купальню с факелами, кто-то до сих пор порабощает людей…

– Пришла-таки, – вывел меня из раздумий голос Марты, которая корпела над лоханью, насыпая туда какой-то душистой травы.

Я проследил за взглядом старухи и кивнул, приветствуя свою супругу: