Саша Керн – Завтрак для фанатки (страница 73)

Мне хотелось найти виновного, но Том сбрасывал мои звонки и не хотел со мной разговаривать. Он игнорировал нас с Джонатаном, надеюсь, наслаждался своей подлостью по максимуму, но я, если честно, была уже готова на все, только бы весь этот кошмар прекратился.

В пятницу перед отлетом из Америки Натан сказал, что его агент и менеджер нашли выход из ситуации и скоро все решится. Мне верилось с трудом, и поздний звонок Райли, агента Джонатана, был тому подтверждением.

– Привет, это Настя? – не дожидаясь ответа. – Это Райли, агент мистера Коула.

– Здравствуйте, – осторожно произнесла я в трубку.

– Я бы хотела с тобой поговорить насчет сложившейся ситуации и роли, которую ты в ней играешь, – холодность ее тона и то, как она видела все это, меня настораживали.

– Да, конечно, – односложно отвечала я, потому как оправдываться перед ней я не собиралась, раз все уже случилось, а инициатором являлась не я.

– Настя… – Мое имя она произнесла дергано, растягивая последнюю букву, отчего по спине пробежал холодок, который предостерегал. – Я… Ходить вокруг да около я не привыкла, поэтому скажу прямо. Я недовольна тем, что произошло во Франции. Джонатан заверил нас, что его личная жизнь будет скрыта от посторонних глаз, как требуют условия контрактов и главы кинокомпаний, которые вкладывают деньги в кинобизнес. Но случилось то, что случилось. Надеюсь, это не ваших рук дело?

– Нет. Я ни о чем не знала, да и хотела бы как можно дольше скрывать наши отношения, – оправдывалась все-таки я.

– Он говорит, что тоже не подозревал о такой подставе, – ехидно заметила она, явно подозревая меня во всех земных грехах. – Хм… Допустим, вы оба ни о чем не подозревали. Но вы подумали хотя бы о том, что случится, когда фото попадут в руки желтых изданий?

Она немного помолчала, давая мне время на раздумья.

– Нет, конечно, не думали… Мистер Коул теперь должен заплатить штраф по некоторым контрактам. Ему нужно восстановить свое доброе имя. И мое тоже.

– Я все понимаю… Но я не знаю, что мне делать, – заикалась я, теряя свою уверенность.

– Нет, дорогая… Ты вообще ничего не понимаешь. Кхм… – Она откашлялась и дала кому-то там рядом с ней распоряжение. – Так вот. Джонатан не знает о моем звонке.

– Угу…

– И я бы хотела, чтобы он остался между нами, – железным голосом просила она.

– Хорошо, – согласилась я.

– У меня есть предложение. – Она опять медлила, видимо, решала, как и что сказать. – Ник и я, мы уверены, что ты просто легкое увлечение для мистера Коула, у него постоянно появляются новые девушки, но до этого он пытался скрывать свои похождения. Скоро он и тебя забудет, как любую другую.

Я сглотнула подступающий к горлу ком и слезы. Не знаю почему, я, наверное, понимала, что никакой мужчина не любит проблем. Всем нужны легкие и необременяющие отношения.

– Ты ведь это понимаешь?

– Я думала… – начала осторожно я.

– Не стоит воображать себе неземную любовь. Мы же обе знаем, кто он, а кто ты. Ему уже в тягость все эти переезды и встречи.

Я пыталась бороться с паникой, нахлынувшей на меня, глотая короткими вдохами воздух. Комната сужалась вокруг меня, делая мой мир более уязвимым. Теперь я вспоминала тот разговор о понимании друг друга, и мне подумалось, что Джонатан ошибся во мне, не увидел того, чего он ожидал?

– Не переживай. Так бывает. – Ее слова должны были успокаивать, но имели противоположный эффект. – Натан непостоянен.

Ее смешок в конце фразы выбил весь воздух из легких, и из глаз хлынули слезы, туманя вид из окна.

– Но… – Я все еще пыталась возражать, не веря в это.

– Будет лучше, если сейчас все закончится, – продолжала она как ни в чем не бывало. – И у тебя будет шанс бросить его первой. Подумай.

В голове все смешалось.

Я вспоминала последние слова Джонатана во Франции: «Верь мне».

Для чего тогда эта женщина говорила мне все это? Для чего он звонил только перед вылетом и говорил, что любит? Я надоела? Такое может быть? Так быстро? А как же слова «будь со мной»? Нет, я не могла поверить в слова Райли, хотя часть меня никогда не верила, что я могу так много значить для звезды мирового масштаба Джонатана Коула.

– Я хочу сначала поговорить с ним, – насколько было сейчас возможно, уверенно сказала я, стирая слезы.

– Конечно. Ведь он уже завтра будет рядом с тобой. Только не забудь, что наш разговор должен остаться между нами. – Она опять замолчала, обдумывая речь. – И еще, мы можем неплохо тебе заплатить. Ты даже останешься в выигрыше. Будешь свободной, с деньгами, если хочешь, я устрою тебя на какой-нибудь телеканал. Хотя, думаю, тебе и так сейчас будут поступать предложения…

Я чуть не подавилась этими словами. Мне хотелось сейчас же отправиться в душ и помыться, чтобы не чувствовать всю грязь этого противного Голливуда.

– К тому же Коул все равно не бросит то, чем занимается. Только дурак расстался бы со всем, что он сейчас имеет. Да и мы с Ником не позволим ему это сделать. Слишком многое вложено в него.

Я чувствовала, что ей хотелось сказать на самом деле. Что я самозванка и глупышка, которая влезла, захотела поживиться и тому подобное, что она сможет раздавить меня, как клопа, что я ничто, что… Но я сказала лишь:

– Да. Я понимаю, что вы никогда не позволите ему уйти. По крайней мере, пока он приносит хорошие деньги.

– Умница…

По щеке опять покатилась слеза, и я смахнула ее тыльной стороной ладони.

– Так что, если ты хочешь его спасти, спасти его карьеру, дело всей его жизни, тебе всего лишь надо будет набрать мой номер. – Ее голос так и оставался на протяжении всего разговора слишком безжизненным и твердым. Она была акулой, которая прогрызала себе дорогу, глотая таких, как я.

– Я подумаю… – как на автомате ответила я.

– До свидания, – резюмировала Райли.

Мир рушился как карточный домик, падающий на один бок, и возможности поднять и поставить его на место совсем не осталось. Знаете, когда все падает, смешиваются масти, мысли, все вокруг превращается в хаос. Думала ли я об этом, когда загадывала желание и мечтала о самом красивом мужчине в мире? Нет, точно нет.

Я все прокручивала в голове слова Райли: «Ты уже ему наскучила. Натан непостоянен». Когда я успела? Или я изначально не была той, которая ему нужна? Может быть, он разочаровался во мне как в женщине? Ведь я совсем неопытна и у меня было только два партнера. Но ведь все у нас было хорошо? Или я думала, что все хорошо, а Джонатан думал о том поцелуе? Или просто на самом деле он хороший актер и все его «люблю» – это очень убедительные доводы, чтобы… Чтобы что?

Джонатан Коул – мужчина, которого хотят многие. Я думала, что ему даже не надо говорить каких-то особенных слов, чтобы девушки соглашались с ним пойти в постель. Или надо?

Голова шла кругом от того, что происходило в моей жизни за эти последние дни. В дурку загреметь была пара пустяков. Теперь я понимала, почему все звезды пьют антидепрессанты и проводят дни напролет на встречах с психологами. Такое давление кого хочешь лишит рассудка.

Обессилев от всех этих размышлений, я рухнула на кровать и прижала к себе колени. Хотелось обхватить себя крепче руками и закрыться от всего мира, слезы лились, не переставая, я и не думала, что их так много накопилось.

Почему?!

Я не могла дышать, мне не хватало воздуха в этой квартире, которую снял Джонатан для нас. Хотелось успокоиться, но я не знала, как это сделать. Вспомнив о милом подарке, который подарил мне Коул в первый мой приезд в Лондон, я решила найти башенку, ведь эта безделушка никогда не давала мне пасть духом. Но ее нигде не было. Вытащив чемодан из шкафа, я открыла его и поняла, что мой талисман умирает от одиночества где-то там, в пустынном логове Ноттинг-Хилла, в квартире Тома.

Мне ничего не оставалось, как натянуть сапоги, пальто, замотать шарфом шею и, наплевав на все, отправиться на поиски сквозь прохладную сумрачность Лондона. Я медленно шла вдоль домов, направляясь к шоссе, чтобы поймать такси. Метро с его шумностью и множеством человеческих глаз не привлекало сейчас совсем.

Но и в темноте улиц спрятаться от посторонних глаз не удавалось, за мной на почтительном расстоянии двигался автомобиль, из открытого окна которого высовывался объектив фотокамеры, нагло фотографирующей меня в этом ужасном состоянии. Но я ничего не могла поделать, я же не, мать ее, графиня Сассекская или как там ее.

Я завернула к подъезду какого-то дома, плюхнулась на ступени и, положив голову на ладони, опять зарыдала, весь мир мне вдруг показался совсем другим – жестоким, грязным, лживым и неприветливым. Не таким, каким я его видела пять дней назад.

Ничего не оставалось, как скорее поймать такси и через тридцать минут оказаться возле дома Томаса Страуда. Оглядевшись, я шагнула к двери и открыла ее, чтобы быстрее скрыться от чужих взглядов.

Великолепная современная квартира встретила меня давящей на уши тишиной и каким-то затхлым запахом, я поморщилась и приступила к тому, зачем пришла, но башенка никак не находилась. Частичка, связывающая нас с Джонатаном, потерялась. Обессилев, я скатилась на пол возле кровати, положив голову на матрас, не зная, что делать дальше.

В прикроватной лампе мелькнула лампочка, я повернулась к ней лицом, завороженно смотря на то, как она мигнула еще пару раз и с яркой вспышкой потухла. Вот так же и я. Всего несколько мгновений…