Саша Карин – Нигиль (страница 7)
Провожатый направился по скрипящим дощатым ступеням наверх – к полосе света, выползающей из приоткрытой двери. Нолль не отставал. Оттуда уже доносился чей-то оживленный, но шепчущий спор.
– Нет уж, простите, я сегодня пришел попрощаться. Гайда и Винне забрали вчера посреди бела дня!
– Ты сам, что ли, видел?
– Нет, встретился в магазине с матерью Гайда. Влепила мне пощечину… Ну, она думает, это я его к вам привел.
– И что там с Гайдом?
– Как что? Их обоих теперь отправят в Нигиль. А вы как думали?
– Брешешь, Герро. Брешешь!
– С чего ему врать? Я вот слышала, в этот раз отправили одного из Среднего города. Так что все может быть.
– Да ладно! Кого? Из наших?
– Вроде нет…
– Тсс! Заткнитесь! Еще кто-то идет!
Провожавший Нолля молодой человек открыл дверь, заглянул внутрь, быстро кивнул и, пропустив Нолля внутрь, опять пошел вниз. Присутствующие – пять молодых людей и две девушки – тут же смолкли и косо уставились на вошедшего Иноя. Половине из них на вид не было и двадцати.
Зал был совсем небольшой. Окна неплотно задернуты занавеской; на стене в глубине помещения, за конторкой, висели плакаты с кричащими лозунгами. Повсюду, на полу и вокруг конторки, были свалены книги, знакомые прокламации и еще какие-то бумаги, написанные от руки. Нолль убрал пальцы с рукояти револьвера.
– А вы… – проронил кудрявый парень, стоявший у дальней стены.
– Я пришел по листовке, – ответил Иной коротко.
Опять переглянулись.
– Если никто нам не нужен, то кто же нам нужен? – тихо спросила девушка в мужском костюме, сидевшая на полу.
– Никто, – отозвался Нолль.
Молодые люди немного расслабились. Только невысокий плечистый парень с бородкой шепнул:
– Может, он из полиции. Или из тех… серых.
Нолль сделал вид, что не слышал. Он еще стоял у двери и с деланым безразличием оглядывал собравшихся. Все были у него на виду.
– Брось, Герро! – сказал кудрявый парень и выдавил нервный смешок. – Нельзя быть таким подозрительным!
Он подошел к Ноллю и всучил ему бумагу, написанную старательным убористым почерком.
– Собрание скоро начнется. Пока почитайте. Это памятка для членов кружка.
Когда Монолит задрожал, все замолчали, выжидательно посматривая на Нолля. Памятка была написана с ошибками. К тому моменту, как Иной пробежал глазами все девять пунктов, касающихся проведения собрания, стальной грохот вдалеке стих.
– Ну как? – вдруг спросил кудрявый парень.
– Что «ну как»? – отозвался Нолль.
Должно быть, выражение его лица говорило само за себя. Девушка в мужском костюме вдруг скривилась от смеха.
– Отстань от него, Гирт! Посмотри, он не хочет тебя обижать.
– Заткнись, Анне! – разозлился кудрявый парень и отошел в дальний угол.
– Ту листовку тоже вы написали? – спросил Нолль, посмотрев ему вслед. Хотя уже знал, что это не так.
– Нет, конечно же нет! – быстро сказала вторая девушка – с длинной косой. – Это все Сив. Сив все устроил.
– Где же, кстати, наш Святоша? – буркнул Гирт. – Что-то его вторую неделю не видно.
– Ты и сам знаешь, что Сиву приходится торчать в церкви, чтобы не вызывать подозрений. В это полнолуние он опять пойдет с братьями в Нижний город и получит новые указания от Никого.
«Вот оно, – подумал Нолль. – Наконец-то какой-то след».
– Так этот Сив… он вроде церковник? – спросил он, когда все замолчали.
– Разумеется нет, – сказала девушка с длинной косой и вдруг вздохнула. – Его полное имя – Сиввин герр-Нодрак.
– Ага, – вставил Гирт, – только теперь уже просто Сив. «Тот, кто завтра проторчит весь день у церкви, собирая дары для бедняков»!
Он криво усмехнулся и посмотрел на девушку с длинной косой, но та лишь пожала плечами.
– Я слышала, он с кем-то стрелялся, ну, на дуэли, – вставила девушка в мужском костюме и вдруг покраснела. – За это отец отлучил его от семьи и сослал в церковь.
– Ага, наверно, папаше Сив надоел, – прыснул парень с козлиной бородкой. – Представьте нашего Сива на балу в Верхнем городе! Вот потеха…
Но никто не засмеялся. Обе девушки расплылись в мечтательной полуулыбке.
– Сив мне как-то сказал, что он не хотел никого убивать. Его мечта – быть поэтом.
– Брешет! – вспылил Гирт. – Мина, он тебе так сказал, чтоб в аллее пообжиматься!
На этот раз девушка с длинной косой ответила кудрявому парню хмурым взглядом.
– Ты просто завидуешь.
– Вот еще!
– Да. Потому что Сив ходит в Нижний город. – В ее взгляде сверкнуло презрение. – И еще потому, что Сив получает приказы напрямую от Никого. – И добавила: – Сив – а не ты.
Кудрявый парень уже покраснел от злобы.
– Мина, – заметила девушка в мужском костюме, – сейчас не время. Пора бы начать собрание.
– Нет, давайте уж это обсудим. Гирт, ты постоянно плохо отзываешься о Сиве у него за спиной.
– Если бы у меня были деньги его папаши, я бы не тратил столько времени на пустой треп!
– Давайте-ка все успокоимся!
Теперь заговорили все разом. Спор пошел на повышенных тонах. Никто уже не смотрел на Нолля, когда он подошел к окну и отдернул ветхую шторку. С улицы послышалось тарахтение моторного фургона.
– Довольно! – сказал Иной резко. – Слышите?
Все замолчали, прислушиваясь. Тут же испуганно поднялись.
– Я ухожу. И вам советую сделать так же.
– Так, давайте по одному, – прошипел Гирт. – Герро, туши свет. Мина, иди первой – укрой станок.
– Я знал, что так все и будет, – бормотал плечистый парень с козлиной бородкой, собирая листовки с пола. – Если выберусь, то я с вами больше…
– Тсс… Брось их, живей!
Нолль вышел на улицу первым. Подождал, прислонившись к покрытой плесенью стене дома. Сверху пока никто не спускался. Вскоре по улице мимо него пронесся полицейский фургон. Нолль не стал дожидаться его возвращения: свернул за угол и, уходя дворами, снова услышал за спиной рев двигателя. Потом – топот ног, гул клаксона, полицейские свистки. И наконец звук разбившегося стекла. Должно быть, фургон все-таки развернулся. Или к Красному дому успел подъехать другой.
Так или иначе, было уже невозможно узнать, удалось ли кому-то уйти. Подходя к гостинице, Иной думал: «Итак, некий Сиввин герр-Нодрак, прозванный также Святошей, содержит подпольную типографию и определенно связан с моей целью. Стоит мне его навестить».
14
На следующий день после завтрака Нолль сразу направился на церковную площадь. Еще издали, едва только выйдя из тени Монолита, он услышал завывание мужского хора. У ворот перед церковным садом собралось с полсотни людей. Многие держали в руках корзины с едой и свертки с одеждой.
Нолль присоединился к толпе. Две женщины, стоявшие перед ним, улыбнулись. На этот раз на Иное было дорогое пальто.