Саша Гран – В потоках западного ветра (страница 52)
А в тот момент, как ее нога только перешагнула порог павильона, в жрицу понеслась быстрая вспышка синей молнии, целящаяся ей в грудь.
– Осторожно! – крикнула Мира, но ничего не произошло. Молния встретила препятствие в виде серого барьера, что окружил девушку.
Судя по лицу Рин, она не была удивлена внезапному нападению.
– Все в порядке, – сказала она. – Просто у моего наставника очень необычные способы приветствия.
Они услышали громкое хмыканье впереди.
В большом зале за нефритовыми колоннами сидели пять человек. Четверо – по бокам от центра и один, уже известный им глава пика, – прямо напротив входа на возвышении. Перед каждым стоял низкий стол, наполненный едой.
Еще пять столиков стояли напротив главы, и приготовлены они были явно для гостей.
Рин почтительно поклонилась.
– Ученица Миямото Рин приветствует старейшин.
Ее спутники также поклонились.
– Хм… твой щит стал прочнее. Видимо, степень[51] снова выросла, – улыбнулся один из старейшин, сидящий слева ближе к главе. Он был одет в светло-желтое одеяние наподобие халата.
– Благодарю дядюшку Шао за похвалу, – ответила она.
– Мы ждали тебя. Ты все обещалась приехать, как будет возможность. Но, кажется… этот визит отличается от отпуска, – нахмурился другой старейшина в изумрудном одеянии, сидящий рядом. – Присаживайтесь, разделим трапезу.
Он махнул в сторону приготовленных мест, и маги тут же подчинились.
Когда все уселись, старейшина в изумрудном снова заговорил:
– Сегодня утром нам пришла весть от Первого Сенатора. Он говорил о том, что ты вернешься на пик, чтобы забрать перстень.
– А почему я не слышал этого? – нахмурился Мин Жунбай.
– Глава пика с самого утра ворчал и избегал встреч с нами, – ехидно улыбнулся старейшина в желтом. – Вот и не услышал новостей, что ваша любимая ученица приедет в гости.
– Старейшине Шао стоит воздержаться от озвучивания небылиц, – одновременно сказали глава пика и его личная ученица. Все удивленно уставились на них, а старейшина Шао прыснул от смеха, закрываясь веером.
– В любом случае что же произошло в Амирэне, раз сама Амира приехала к нам с официальным визитом, да еще и в компании… таких спутников? – спросил третий старейшина, который, в отличие от всех, сидел в походных одеяниях цвета индиго и боевых латах.
– Много чего произошло, – ответила Рин. – Если вы не против, прежде чем я начну долгий рассказ, хочу соблюсти формальности.
Она взяла в руки бутылочку с вином и прошла к своему учителю.
– Хм. Ты уже не ученица пика, тебе ни к чему формальности, – нахмурился он.
– Наставник говорил мне: независимо от того, что меня ждет в будущем, пик Грозовой Песни навсегда останется моим домом, куда я могу вернуться в любое время. Даже когда я состарюсь или буду смертельно ранена в бою, я буду ученицей своего мастера, – не задумываясь ответила девушка, подходя к его столу и садясь на колени. – Наставник, позвольте налить вам вина.
Хиро не мог не заметить, как у Джека отпала челюсть. Его реакция была столь неожиданной, что эльф не сдержал вопроса:
– Ты чего?
– А?.. Не, ничего…
– Для того чтобы выразить уважение и глубокую любовь, при приветствии учителю наливают чай, а при долгой разлуке – вино… Ты хорошо помнишь наши обряды, дорогая Рин, – улыбнулся старейшина Шао. Тем временем Мин Жунбай все же нехотя протянул чарку, и девушка налила ему вино.
– Долгих лет жизни наставнику и пику Грозовой Песни. – Она снова склонилась. Мужчина хмыкнул и выпил вино.
– Эх, вот бы мои ученики были такими же благовоспитанными. Сыновняя почтительность важна не только в семьях, где ты рожден, но и там, где воспитываешься и учишься. – Старейшина в желтом раскрыл веер и стал обмахивать им лицо.
– Всех самых лучших учеников глава пика забирает себе, – усмехнулся четвертый старейшина в темно-бордовом одеянии, который доселе молчал. – Чего только стоят Люсы и Рин.
– Дядюшка Гу снова перехваливает способности этой ученицы, – вздохнула Рин, вставая с места и возвращаясь на свое.
– Ну-ну, ты без проблем отразила молнию главы. Наверняка твоя степень выросла на две после последней проверки два года назад перед церемонией признания?
Рин нахмурилась, словно вспомнила нечто неприятное.
– Давайте не будем об этом.
– А что так? – нахмурился Мин Жунбай. – Не любишь вспоминать свой самый страшный позор?
Обстановка резко стала неловкой и напряженной. Маги не могли не заметить, с какой силой сжались кулаки Рин в попытке сдержать злость.
Сам же Мин Жунбай все так же строго смотрел на нее, а затем вздохнул.
– Давайте послушаем, что же там произошло, раз госпожа Амира навестила нас.
Мечница перевела дыхание, успокаивая руки, и начала рассказ.
Она поведала о смерти Меголия Эльвинэ, отзыве делегаций обеих стран, о связи Хиро и Мии со всем произошедшим. Затем раскрыла, что эльф является реинкарнацией героя прошлого, и рассказала о своем видении в день Великого Торжества.
Все она смогла вместить в пять минут, рассказав лишь то, что было нужно, кратко и лаконично. Старейшины внимательно выслушали ее, не прерывая, а как только она замолчала, глава пика почесал подбородок.
– Первый Советник мертв, его сын – реинкарнация Дэмиана Невье, а наш мир может столкнуться с небывалым кризисом и даже войной… Кажется, твоя жизнь наконец-то наполнится хоть чем-то интересным.
– Наставник говорит так, словно его присутствие в моей жизни ровным счетом ничего не значило, – ответила Рин.
Джек же в это время наклонился к Хиро.
– Я, кажется, теперь понял, от кого она набралась этих колкостей.
Эльф кивнул ему.
– Наконец-то ты это осознала, – строго ответил мужчина. – Я учил тебя пять лет, готовил к тому, чтобы ты прошла церемонию признания и заняла место, которого заслуживаешь. А что сделала ты? Стала Амирой?! Напомнить, что для тебя это значило в тот момент?!
– Глава пика, вы все еще злитесь на ту ситуацию? Мы ведь все знаем, что Рин не могла ничего поделать, – попытался успокоить закипающего мужчину старейшина Гу. Сама девушка снова изменилась в лице.
– Ничего не могла поделать?! Вам напомнить, какой это позор для воина, который мог стать генералом Кассандрики в восемнадцать лет?!
– Что?! Рин, ты могла… стать генералом?.. – ошеломленно спросила Мия.
– Наставник, давайте не будем об этом, – сквозь зубы процедила девушка, сдерживая гнев из последних сил.
– А-а-а, так ты не рассказываешь об этом никому? Даже своим спутникам не обмолвилась? – усмехнулся Мин Жунбай. – Знаете ли вы, что такое церемония признания? Это особый ритуал, который проводится, когда один из воинов Кассандрики достигает ранга оружия, равного тому, что у одного из генералов страны, или большего. Эта девушка победила генерала Кидо в честном бою, но в самом конце, когда уже зачитывали приказ о ее назначении на должность генерала… в ней проснулась сила Амиры! Представляете?! Гений, который в восемнадцать лет должен был стать генералом, стал Амирой?! Для воина Кассандрики это самый страшный позор, который может случиться! Оставить меч и продвигать мир во всем мире!
На последней фразе земля вздрогнула, и все почувствовали, как в крышу здания ударила молния. Не нужно было гадать, что за молния это была, если вспомнить, что на пике никогда не бывало плохой погоды.
Рин сидела с настолько почерневшим и разъяренным лицом, что в ней сложно было признать ту спокойную и терпеливую девушку, которую все знали.
Старейшина Шао посмотрел на потолок, где зияла новая дыра, и, махнув веером, беспомощно вздохнул.
– Кажется, нужно будет направить учеников, чтобы залатали.
– Рин… – Мия с жалостью посмотрела на подругу. Мин Жунбай тоже пристально глядел на нее не моргая, а затем вздохнул.
– Если хочешь излить гнев, то не делай этого здесь. Лучше иди на поле иллюзий и покажи, чего ты добилась за время, пока тебя не было.
– Но это же вы!.. – Эльфийка хотела высказать главе свое негодование, но брат остановил ее, схватив за локоть. В это же время в павильон прибежали Гао Люсы и еще несколько старших учеников.
– Младшая сестра! Что случилось?!
Увидев состояние Рин, юноша тут же схватил ее за плечи.
– Успокойся, Рин! Мастер, вы снова за свое?! Зачем напоминать о тех событиях из раза в раз?! Это же не ее вина!
– Вина? Люсы, ты смеешь говорить так? Вина здесь лежит только на прогнившей душе святоши, что умерла четыреста лет назад! Вот увидите – то, что Рин оказалась Амирой, до добра не доведет, когда ее душа пробудится!
– Заберите свои слова назад, – вмешался Джек, вставая. Он очень сильно нахмурился. – Вы не знаете святой Амиры, так как вы смеете говорить так о ней?