Саша Гран – На страницах окаменевшей истории (страница 105)

Он вздрогнул и бессильно улыбнулся.

— Ну я же должен оставаться мужчиной, как сказал Вольфганг. Я вижу, что ты хочешь. Ну так что?

Что ж, из всех магов лишь Мия в любой ситуации не откажет своему брату, будь это путешествие в неизвестность или неуклюжий танец в имперском дворце.

Она уверенно подала ему руку, и они тоже отправились танцевать. Правда, они решили прибиться где-нибудь сбоку, чтобы привлекать меньше внимания, хотя Хиро понимал, что это невозможно из-за их яркой внешности.

Но даже так, он уверенно положил руку ей на талию, а другой продолжал держать ее ладонь, а затем начал медленно делать шаги назад, стараясь попадать в такт.

Удивительно, но у них получалось. Не так грациозно, как у Вольфгага с Миранной, не так плавно и элегантно, как у Джека и Рин, но как-то самобытно: они были достаточно резки, но точны в своих движениях, так что казалось, что они танцевали быстрее всех.

Вскоре Мии стало очень весело. Она впервые танцевала вальс, но ощущение легкости и парения вслед за музыкой создавало впечатление, что она летит высоко над землей.

Она смотрела на лицо брата, который в это время следил, чтобы они не врезались в другие пары. Почему-то…сейчас, глядя на него поближе, ей показалось, что оно изменилось. Словно…он стал взрослее, чем был.

— Брат…ты помнишь, как папа играл на флейте, а мы танцевали в саду под его мелодии? — неожиданно с грустной улыбкой спросила она, опустив глаза. Эльф отреагировал сразу и посмотрел на нее.

— Конечно, помню. Ты все время бегала вокруг отца и просила поиграть тебе или станцевать с тобой.

— Ага. Папа не умел танцевать. — посмеялась она. — Но…тогда мне казалось, что никто лучше него не играет и не танцует…папа…

Ее руки сжались. Хиро, желая, чтобы она не плакала, улыбнулся.

— Знаешь, если честно, я боялся, что Его Величество скажет нечто другое о причине смерти отца.

Она удивленно подняла глаза.

— Что? Что это из-за нас?

— Это тоже, но…если честно, в последнее время у меня закрадывалось подозрение, что отец скрывал очень страшные и темные секреты…почему-то я начал думать, что отец…был не таким хорошим, каким мы его видели…почему…я начал сомневаться в нем?

Он и сам не понимал. Видимо, он просто накручивал себя все это время?

— Но сейчас… — он облегченно выдохнул. — Император сказал, что наш отец умер героем, и у меня упал большой камень с души. Поэтому…я больше не буду оплакивать его смерть. Я буду восхвалять его. И помнить как того, кто проложил нам дорогу к спасению мира.

Мия была изумлена. Ей было сложно понять чувства ее брата. Она знала, что он скорбел не меньше ее, просто скрывал все в себе, но сейчас…спустя всего месяц он решил двигаться дальше.

Откуда в нем столько силы? Из-за Дэмиана, который тоже пережил смерти друзей?

Или это была природная стойкость, стержень, помогающий ему справиться с любыми трудностями?

Она грустно улыбнулась.

— Брат, я всегда знала, что ты очень сильный. Я всегда…гордилась, что у меня есть такой старший брат, как ты.

— Ты тоже сильная. — ответил он, остановившись и мягко погладив ее по голове. — Моя маленькая сестренка тоже может справиться с любой проблемой с улыбкой на устах, разве нет? Или ты забыла, как побила того мальчика, который обзывался на тебя в детстве?

— Он был слабаком! — самодовольно хмыкнула она. — Такие, как он, мне не ровня!

— Да, моя маленькая сестра о-о-очень сильная. Поэтому…я уверен, что мы сможем пройти через этот трудный период…поддерживая друг друга. Ты ведь согласна со мной?

Он звучал очень убедительно, и Мия не могла не заметить, что ее брат изменился не только внешне.

С момента их визита в Амирэн он очень сильно преобразился. Он стал чаще улыбаться и подшучивать, начал рисовать и перестал избегать общения с другими. Стал более…живым.

Возможно, это произошло благодаря встрече с Рин и остальными? Хотя нет, точно благодаря им. Эльфийка улыбнулась, радуясь, что ее брат меняется в лучшую сторону.

— Да, брат! Пока мы вместе, мы сможем пройти через любые преграды.

Они продолжили кружиться, когда эльф заметил неизвестно когда пришедшего Фердинанда, оставшегося незамеченным, так как стоял в темноте золотой колонны.

Он смотрел прямо на них с какой-то непонятно ему эмоцией в глазах…похожей на тоску по прошлому? По крайней мере, Император всегда имел такой взгляд, когда говорил о своих друзьях.

Но что за мысли скрываются за его улыбкой? Возможно, однажды Хиро поймет это.

Но явно не сейчас.

***

— В этот день, 20 Фердиса, я объявляю всему миру о возвращении Спасителей, чтобы свершить свою миссию и принести мир в наши земли. — громко объявил Фердинанд, стоя перед лицом собравшихся гостей. Хиро и все его спутники стояли прямо перед Императором в одну линию и держали в руках золотые кубки для проведения ритуала. Он обвел их взглядом, а затем продолжил. — Реинкарнация Спасителя обливов Хиро Эльвинэ, его родная сестра Мия Эльвинэ, наследница души Спасительницы эльфов Миранна Невье, реинкарнация Спасительницы людей Миямото Рин, реинкарнация Спасителя вампиров Джакасис Крастанский и я, Бессмертный Император и Спаситель оборотней, сим приносим братскую клятву исполнить волю наших предков и принести процветание в Срединный мир. Любой, кто против сей клятвы, должен высказаться сейчас или молчать до конца жизни!

Естественно, все гости промолчали, и тогда Император спустился со своего пьедестала и подошел к магам.

— Тогда с этого момента все мы повязаны клятвой и обязуемся держать ее до самого последнего вздоха.

Он тут же поднес кубок к своим губам, и все маги последовали за ним. Так они выпили зачарованное вино, что стало символом их единства.

Публика взорвалась аплодисментами и овациями.

Следом Фердинанд и Рин подписали договор о взаимопомощи Драфталка и Кассандрики в случае военных действий, что стало частью успеха делегации.

Этот день войдет в историю как день воссоединения старых друзей во имя мира.

Но сейчас это был просто день, когда Хиро проснулся с хорошим настроением.

***

Хиро и его спутники решили, что не стоит задерживаться, потому назначили свое отбытие уже на следующий день.

Естественно, прознавший об этом Вольфганг страшно расстроился, ведь понимал, что не может отправиться с ними.

Потому напоследок решил оставить хоть какую-то память о себе.

Утром путники были ошарашены тем, что у входа во дворец собрались чуть ли не все обитатели во главе с рыжим вулстратом и его тетушками.

— Вы решили проводить нас? Как мило! — Мия явно была этому жесту со стороны их новых друзей.

— Ваш путь непредсказуем, а судьба туманна, но помните, что где бы вы ни были, дворец Золотого Порядка никогда не бросит вас. Вам стоит лишь позвать нас, и мы тут же придем и обрушим на ваших врагов весь гнев нашего Императора. — с улыбкой сказала Кирса. — Вольфганг подготовил вам небольшие памятные подарки, но так переживал, что вам не понравится, что не спал всю ночь, пытаясь их улучшить.

— Что вы такое говорите, тетушка Кирса? — тут же возразил ей мужчина с недовольным лицом. — Я просто не спал всю ночь, делая их. Я не переживал, что им не понравится!

Он тут же быстро раздал им небольшие коробочки. Внутри же оказались небольшие узелки, украшенные золотыми кулончиками в виде четырехлистного клевера.

— Ого, как красиво, Вольфганг! Ты сам сплел?! — восхитилась Мия, беря узелок в руки. Вулстрат довольно улыбнулся и поставил руки в боки.

— Конечно! Я вообще-то мастер не только в маникюре! У нас в Драфталке принято вешать такие узелки на оружие как защитные талисманы, а ночью этот клевер будет светиться, так как он сделан из того же золота*, что и дворец Императора!

Миранна и Мия тут же с энтузиазмом повесили узелки на свое духовное оружие, остальные же замялись.

Вольфганг сразу понял, почему: у Джека не было оружия, Хиро не знал, на какое вешать, а Рин не могла достать свой меч в открытую.

— Вы можете повесить их не только на оружие, но на пояс или профунду! Будет выглядеть тоже очень красиво!

— Спасибо, Вольфганг. — Хиро мягко улыбнулся ему. — Хоть мы знакомы и не так давно, но ты сделал для нас очень многое. Мы в долгу перед тобой.

— Да что ты! — вулстрат явно расчувствовался. — Вообще-то наша первая встреча…прошла не самым лучшим образом. Я…все еще чувствую вину за тот случай. Но…у меня тоже много причин благодарить вас. Вы очень многое сделали для моих земель, для моего брата и для самого меня. Так что…ну…я надеюсь, судьба снова сведет нас. Обязательно заезжайте на обратном пути в Вульфендорф, как раз мы его отстроим заново. Будем пить весь день и говорить всю ночь!

— Конечно, приедем, дружище! — Джек приобнял его за шею. — Ты обещал напоить меня своим любимым элем, не забыл?

— Естественно! Все будет в лучшем виде! — посмеялся вулстрат. Он снова рассмотрел их всех, и едва сдержал подступившие слезы, потому быстро отвернулся.

— Вольфганг, не надо! Мы сейчас тоже расплачемся! — Миранна тоже бросилась в слезы.

— Нет-нет-нет, такой хороший день, чтобы отправиться в путь, а я тут нюни развожу! Я мужчина, должен держаться! — успокаивал он себя.

Наверняка он тоже хотел бы отправиться путешествовать вместе с ними, но понимал, что должен вернуться домой, к брату, чтобы помочь ему в управлении землями.

— Как оказалось, мужчины тоже могут плакать. — вздохнула Рин, а затем глянула на Джека и Хиро. — Эти двое так крепко сцепились и ревели друг у друга на плече, что прямо так и заснули.