Саша Фишер – Звезда заводской многотиражки 3 (страница 32)

Бывший лучший друг сел за жестокое убийство. Безутешный Игорь, потерявший сразу же и друга, и молодую жену, остался весь в белом.

— Сейчас я еще раз скачусь! — Даша поднялась на ноги и стала неуклюжей елочкой взбираться по склону обратно наверх. — Даю слово, у меня получится!

— Даша, не надо, — окликнул я. — Иди сюда.

— Что-то случилось? — Даша оглянулась, снова неловко взмахнула палками, но на ногах удержалась. Улыбка с ее лица медленно сползла. Она начала переставлять лыжи, чтобы развернуться, потом тихонько чертыхнулась, наклонилась и отстегнула крепление.

— Что с тобой? — спросила она, втыкая лыжи в сугроб. — Ты побледнел весь, как будто привидение увидел.

— Ну да, привидение, — покивал я. Вот и как сейчас ей объяснить? Что в будущем ее Игорь станет настоящим мясником, и что у него уже была супруга, чье мертвое тело нашли после лыжной прогулки в лесу? — Слушай, меня вдруг что-то накрыло ужасным предчувствием, будто случится что-то плохое…

— Ваня, ну что плохого тут может случится? — Даша неуверенно засмеялась.

— Да что угодно, — криво усмехнулся я. — Лес, зима, мороз.

— Ой, да какой там мороз, даже минус десяти нет! — отмахнулась Даша.

— Медведь, — сказал я. — Даш, давай просто вернемся обратно на базу. Лучше ты посмеешься над моей мнительностью, чем… Тихо!

Я закрыл ей рот ладошкой и прислушался. Где-то вдалеке, в ватной зимней тишине леса раздавался мерный стрекот снегохода. Я торопливо отстегнул лыжи, выдернул из сугроба дашины и швырнул сразу всю эту пачку «дров» в сугроб.

— Что ты делаешь? — прошептала Даша.

— Не спрашивай, ладно? — быстро ответил я. — Давай потом посмеемся.

Я схватил ее за руку и потащил в сторону от лыжни. Ноги тут же провалились в рыхлый снег по колено. Черт, вот ведь засада — прятаться в зимнем лесу в обычной одежде! Ясным солнечным утром. Да надо быть слепошарым идиотом, чтобы нас не заметить…

Я прислушался. Стрекот приближался. Насколько он еще был далеко, сложно сказать, мы все-таки были под горкой. Я сделал еще шаг. Нога провалилась в пустоту, и меня потащило вниз.

Как там? Смешанные чувства? Я больно стукнулся задницей об корень дерева, проехался по стылой земле, в другой корень больно царапнул горящую на холоде щеку. Но зато я обнаружил укрытие. Небольшой овражек, прикрытый сверху корнями косо стоящей сосны. Под снегом его не было видно, а сейчас сплетение корней прикроет нас так, что сверху будет незаметно.

— Даша, давай сюда!

— Ты сумасшедший! — прошептала она. Но послушно села на попу и съехала вниз тоже. «Следы бы еще замаскировать…» — подумал я, но в этот момент двигатель взревел практически у нас над головой — снегоход въехал на тот пригорок, с которого мы скатывались.

Даша открыла рот, чтобы что-то спросить, но я снова закрыл ей рот ладошкой и свое шумное дыхание тоже постарался унять. Только сердце стучало так, что казалось, что снег с веток от его звука скоро осыпаться начнет.

— Да стой ты, говорю! — раздался совсем рядом с нами мужской голос. — Глуши мотор!

Двигатель зафыркал и замолк. Раздался скрип снега под чьими-то ногами.

— Я же говорил тебе, не сюда они поехали! — снова тот же голос. — На прошлой развилке, наверное, свернули.

— Да не было там никого на развилке, я смотрел! — второй голос, хриплый, как у заядлого курильщика.

— Глазами на жопе ты смотрел что ли? — второй заржал. — Ну и куда они по-твоему поехали?

— Ехали по желтой трассе точно, — неуверенно проговорил «курильщик» и заперхал. — Что, будем возвращаться? Или покурим?

— Потом покуришь, — безжалостно сказал первый. — Надо было раньше выезжать, а ты что? «Да куда они с лыжни денутся? В два счета нагоним…»

— Так мы назад? Или вперед? — спросил курильщик.

— Да куда вперед-то, там точно никого не было, смотри, лыжня снегом завалена вся, — первый мужик сплюнул. — Назад давай. Там две развилки было, наверное на одной просмотрели.

Двигать взвыл, заглушив голоса. Захрустел снег под гусеницами снегохода. Потом звук стал удаляться.

Где-то еще с пару минут я лежал неподвижно, крепко сжимая Дашу в объятиях и не убирая ладонь от ее лица. Пока она тихонько сама не убрала мои пальцы.

— Думаешь, это они за нами? — прошептала она.

— Черт их знает… — пробормотал я. — Лучше быть живым параноиком, чем мертвым оптимистом.

— Ваня… — начала девушка.

— Ты этот лес хорошо знаешь? — перебил я.

— Вообще не знаю, — проговорила Даша. — Я в «Киневских плесах» только летом была.

Нда…

Так, как бы сориентироваться? Две развилки. Обе уходили с нашей «желтой» трассы вправо. Значит туда они и поедут нас искать. От «Бурана» мы точно не убежим, так что если увидят, то по любому догонят. Значит надо как-то не пересечься.

— Надо спуститься к Киневе, — решил я. — Берегом доберемся до санатория и поднимемся по лестнице.

— Там же обрыв высоченный… — сказала Даша. — А лыжи?

— Да и черт с ними, — я махнул рукой. — Скажем, что потеряли, заплатим штраф или что там еще… Палки возьмем.

— Ты сумасшедший… — повторила Даша, но уже с другим выражением. Похоже, больше ей этот лес безопасным тоже не казался.

Сказать, конечно же, оказалось сильно проще, чем сделать. Как мы на этом заснеженном обрыве ноги себе не переломали, хрен его знает. Я внизу еще и провалился по пояс в снег и промочил обе ноги в каком-то роднике или что-то подобное. Брести берегом было с одной стороны вроде и недалеко, меньше километра, но каждый шаг в снегу то по колено, то по пояс давался с диким трудом. Еще и лыжные ботинки были ну вообще никак не приспособлены к долгим пешим прогулкам. Они скользили, будто смазанные лыжной мазью. Хорошо, что я догадался палки лыжные захватить, иначе вообще был бы трындец.

Лестница была, мягко говоря, далека от парадной. Я вообще чуть ее не пропустил. Если бы носом не уткнулся в кабинку для переодевания, даже не посмотрел бы на высокий берег. Снежный поход по берегу казался совершенно бесконечным. С одной стороны — скованная льдом Кинева. С другой — крутой берег с шумящими наверху соснами. Ну ладно, не шумящими. Ветра сегодня не было, так что полная тишина стояла. Из всех звуков — только наше пыхтение. Отличная романтичная прогулка, ничего не скажешь.

Лестница была деревянная и без перил. Точнее, у части лестницы перила были, но кое-где они сломались. То ли под грузом снега, то ли прожитых лет. Но в любом случае даже такая лестница была лучше, чем никакая лестница. Потому что взобраться на песчанный заснеженный обрыв без нее было бы не то, чтобы вообще невозможно…

— Уф, выбрались… — Даша бросила лыжные палки и повисла у меня на плечах, тяжело дыша. — Ну ты даешь… Вот уж не думала, что простая лыжная прогулка превратится в… такое.

— Согласен быть посмешищем, — усмехнулся я и перевел дух. Народ уже явно ожил после вчерашнего. Группа особо задорных парней и девчонок оккупировали здоровенную ледяную горку и катались с нее на коровьей шкуре. На крыльце клуба толпились курящие, кто-то просто бродил туда-сюда.

— Надо срочно переобуваться и переодеваться! — Даша резко отпрянула от меня. — А то воспаление легких схватим, особенно ты, с промокшими ногами.

— Тогда потопали в лыжный прокат, — я кивнул головой в сторону розового домика.

На самом деле, не так уж долго мы и отсутствовали. Это нам казалось, что мы там целую вечность боремся с сугробами, поскальзываясь и задыхаясь, в реальной жизни и пары часов не прошло. Мы повинились перед Зинаидой Захаровной, на пальцах объяснили ей, где примерно мы потеряли лыжи, потом Даша помчалась к себе, принимать горячий душ, в комфортабельный двухэтажный корпус «для белых», а я пошел в клуб. Как бы мне ни хотелось сбежать в свою комнату и залезть под два одеяла, но ковать железо нужно было пока горячо. Наверняка сейчас у Светы весь афедрон в мыле, и ей потребуется какая-никакая поддержка. А отдавать это ответственное дело на откуп бесполезным заводским активистам я не хотел.

Света взяла меня в оборот, как только я переступил порог клуба. Разумеется, что-то было не готово. А еще у этой Гали совершенно неразборчивый почерк. И коробка с реквизитом одна куда-то потерялась. И еще почетные грамоты до сих пор не подписаны, а вручать их надо будет уже через пару часов…

В общем, до обеда у нас было столько дел, что не факт, что на сам обед время останется.

Я шел следом за Светой и тащил картонную коробку с памятными подарками. Ноги жутко гудели, горели щеки, и в горле было некоторое… першение. Но в остальном все было нормально. Наверняка лучше, чем было бы, если бы мои подозрения оправдались. Что там должно было произойти? Эти двое нагнали бы нас, всадили бы Даше под ребро нож, а меня скрутили как виновника? Или нас бы обоих сбросили с обрыва, чтобы потом безутешный Игорь страдал, что в один день потерял и брата, и невесту? Или как вообще?

— Иван! — окрик был резким, как удар хлыста. На плечо мне опустилась тяжелая рука и Игорь развернул меня к себе лицом. — Где Даша?!

Глава двадцатая. Лучше быть молодым, здоровым и богатым…

— Спешила в душ, когда я ее в последний раз видел, — спокойно ответил я. А хорошо играет, стервец! На лице прямо и неподдельное беспокойство, и праведный гнев, и тревога.

— Ты мне зубы не заговаривай! — рыкнул он и навис надо мной всей своей грозной фигурой. — Где ты ее бросил?