Саша Фишер – Правда понимания не требует (страница 44)

Дагмар обхватила себя руками и закусила губу. Крамм вернулся от шкафа со стаканом и почти пустой бутылкой шнапса.

— Нам следует пополнить бар, герр Шпатц, — Крамм вылил в стакан остатки шнапса. — Фройляйн штамм Эйхендорф?

Дагмар взяла стакан и одним глотком выпила содержимое. Поморщилась. Благодарно кивнула.

— Может быть, вы расскажете все по порядку, фройляйн Дагмар? — Крамм сел за стол и откинулся на спинку стула. — И мы вместе попробуем разобраться, что происходит и кто за всем этим стоит?

— Подождите... — Шпатц наморщил лоб, вспоминая номер Ксава Нейрата. — Давайте сначала попробуем узнать, что произошло вчера с герром Лангерманом.

— Герр Грессель? Слушаю вас.

— Герр Нейрат, простите за беспокойство, как дела у герра Лангермана?

— У Алоиса? Понятия не имею, а почему вы спрашиваете?

— Герр Нейрат, я буквально вчера оставил его в вашем обществе в редакции!

— Вы что-то путаете, я не видел Лангермана с приема в Унгебунден.

Дагмар вскочила с дивана и выхватила трубку у Шпатца.

— Ксав, перестань врать! Где мой муж?!

Нейрат нажал отбой. Дагмар выпустила телефонную трубку, она повисла ну шнуре, не долетев до пола.

— Что происходит? — прошептала она. — Ты уверен, что видел вчера Нейрата?

Уверен ли он? Шпатц вспомнил коридор с плексигласовыми стенами, за которыми качались, бродили, сидели и лежали безумные макеты человека. Уверен ли? Конечно же, да! Он позвонил Нейрату, тот очень быстро явился, ни о чем не спрашивая, и выпроводил его из кабинета Лангермана.

— Наверняка с этим как-то связан Рикерт... — Дагмар снова села на диван и принялась рыться в сумочке.

— Рикерта застрелили на Тульпенштрассе, — сказал Шпатц.

— Что? Кто?

— В темноте было не видно.

Пальцы Дагмар задрожали. Она открыла портсигар и вытянула из него сигарету. Шпатц потянулся за спичками.

— Я... Я не знаю, что мне теперь делать, — Дагмар глубоко затянулась и закашлялась. Шпатц сел рядом с ней на диван и подумал, что с удовольствием бы дал ей какой-нибудь совет, если бы сам имел представление, как нужно себя вести в этой ситуации. Подавил желание расспросить Дагмар про Рикерта подробнее. «Может, мне следует ее обнять?» — подумал он.

— Фройляйн Дагмар, вам есть, где скрыться? — спросил Крамм.

— От кого? От тех громил? Если бы им было нужно, они могли меня похитить или застрелить много раз. Они пропустили меня в дом, а потом позволили выйти оттуда. Они ждали не меня, а кого-то другого. Поэтому я и спрашиваю, во что впутался Алоис.

— А как выглядели эти громилы? — Крамм подался вперед. Кажется, в нем проснулся охотничий азарт.

— Как обычно выглядят громилы, — Дагмар наморщила лоб. — Плащи, шляпы. Плохо замаскированное оружие. Один стоял на лестнице. Двое во дворе. Еще двое рядом с вагеном с закрашенными окнами. Возможно, на углу, но насчет него я не уверена.

— Ваген?

— Обычная рухлядь, — Дагмар пожала плечами. — Кто угодно на таких может ездить, хоть медики, хоть почтальоны.

Шпатц вспомнил про рассказ Бруно, но вслух ничего говорить не стал.

— Как именно выглядел беспорядок дома? — Крамм открыл блокнот, но записывать ничего не стал. — Что-то украдено? Разбито? Книги в шкафах?

— Украдено? Даже не знаю, наверное, ничего. Картины сорваны со стен, книги все на полу. Открыты все шкафы, все ящики валяются снаружи. На кухне все рассыпано. Специально вроде бы ничего не разбито, просто... Будто искали тайник.

— Нашли?

— Нет. Когда вернулась, я открыла сейф, забрала его содержимое и ушла.

— Кипп, Клеменс, к пулеметам! Адлер, займи место второго пилота! Экипаж! Боевая тревога, все по местам! — Крессенштейн заставил люфтшифф клюнуть носом вниз и всмотрелся в скальную гряду, откуда прилетел снаряд, подбивший мотогондолу. Повреждение не было критичным, оставшихся двигателей будет более, чем достаточно, для продолжения путешествия, достаточно всего лишь подняться повыше и прибавить хода. Но во-первых, пресловутый город так и не найден, а во-вторых... Во-вторых, в них стреляли! В официально необитаемых землях!— По всем документам наш люфтшифф гражданский, и оружия на нем нет, — доктор Ледебур одной рукой держался за скобу, в другой держал чашку чая. — Как вам удалось спрятать пулеметы от сеймсвилльской проверки, герр гауптман?— Они просто не знают, куда смотреть, — машинально ответил Крессенштейн. — Что вы здесь делаете, Зепп? По штатному расписанию боевой тревоги вы должны быть в другом месте?— По штатному расписанию боевой тревоги мне положено... Я не дочитал. Прости, больше не буду болтать под руку.— Адлер, на тринадцать часов!— Вижу! Атакуем?— Полный вперед!Люфтшифф стал плавно поворачивать влево и снижаться. Гауптман обходил по дуге предполагаемую огневую точку противника. Не самый мудрый маневр — правый борт оказывался уязвим для обстрела, но наземная артиллерия все равно не сможет нанести люфтшиффу такой конструкции заметного урона. Зато для обоих пулеметчиков цель окажется как на ладони. С земли прогремел еще один выстрел. Мимо. Зачем они вообще атаковали? Ясно же, что никаких шансов...— Огонь!Сначала загрохотал пулемет Клеменса, до носовой стрелковой точки бежать было ближе. Затем засвистели пули с кормовой части. Значит Киппу удалось опустить платформу, а то было подозрение, что там заедает механизм.— Я насчитал семерых, — Адлер вытер вспотевшие ладони о штанины.— Еще один спрятался. Вон там, за камнем. Ребята его не достанут, только патроны тратить. Попробуем взять?— Да. Спустись пониже.Турбины взвыли. Серебристая махина люфтшиффа зависла над каменистой поверхностью. Адлер сбежал дырчатому металлу ступеней сбросил на пол одеяло, в которое привычно кутался и распахнул дверь.— Я Адлер штамм Фогельзанг! Выходи с поднятыми руками, и останешься в живых!Раздался выстрел. Клеменс немедленно отозвался короткой очередью. Во все стороны полетела каменная крошка. Засевший в укрытии неизвестный выкрикнул что-то неразборчивое.— Ты же понимаешь, что у тебя нет шансов! Бросай оружие и вставай! Мы не причиним тебе вреда.Адлер замолчал, прислушиваясь. Ничего. Только молчание и надсадный вой турбин, удерживающих люфтшифф на месте.— Посторонись, — Ледебур коснулся его плеча. Адлер повернулся боком, пропуская доктора к двери. Тот замахнулся и швырнул вниз небольшой предмет. Плоская жестяная коробочка стукнулась об камень, трижды подпрыгнула, перекатилась и упала с той стороны, где прятался неизвестный стрелок. Из расщелины стал выползать бледно-зеленый дым.— Зепп! Он нам нужен живым!— Это не хлор, просто цвет такой же.Из-за камня показался человек в темно-серой куртке с капюшоном и меховых штанах. Сначала он вскочил на ноги и попытался бежать, но захрипел, схватился за горло и упал, дергаясь в конвульсиях.— А выглядит как будто он отравился хлором! Так он жив?— Скорее всего. Этот газ нелетален, просто парализует и пугает. Но процентов десять людей от него умирают. Из особо впечатлительных и тех, у кого сердце слабое.— Зачем ты носишь в кармане газовую гранату?Ледебур молча стрельнул глазами в сторону трюма, где содержал выживших в его эксперименте подопытных. Адлер вздохнул и снова посмотрел вниз. Человек лежал на камне и не шевелился. Зеленое марево практически осело.— Можно забирать, — Ледебур повернулся спиной и направился обратно в капитанскую рубку.

— Нет-нет, не надо хвататься за оружие! — человек в белом костюме остановился на пороге и миролюбиво поднял открытые ладони. — Герр Крамм, герр Грессель, фройлян...

— Что тебе здесь нужно, Хаппенгабен? — Крамм медленно поднялся со своего стула, держа одну руку под столом.

— Я исключительно по делу, Васа, — Хаппенгабен сделал шаг вперед. — Я могу войти, или мне так и стоять на пороге, чтобы все ваши соседи смогли внимательно меня рассмотреть?

Крамм молча положил на бумаги пистолет. Хаппенгабен вошел внутрь и закрыл дверь на замок.

— Так что тебе здесь нужно? — повторил Крамм.

— Я хочу уладить некоторые недоразумения с герром Гресселем, — Хаппенгабен снял белую шляпу и аккуратно водрузил ее на вешалку. — Я надеюсь, герр Шпатц, вы не держите на меня зла за тот досадный инцидент? Кстати, я рад, что с вами все в порядке.

Шпатц промолчал. Хаппенгабен пересек прихожую и остановился в середине комнаты, все еще держа руки перед собой.

— Герр Шпатц, я всего лишь исполнял работу, за которую мне неплохо заплатили. Лично против вас я ничего не имею. В знак моей приязни и в качестве извинения за доставленные неприятности примите этот небольшой подарок.

Хаппенгабен вопросительно взглянул на Крамма. Тот медленно кивнул. Незваный гост медленно правую руку, унизанную перстнями в карман пиджака и извлек черный бархатный футляр. Щелкнул замочек.

— Взгляните, — он протянул открытую коробочку Шпатцу. — Замечательный образчик ювелирного искусства, верно? Когда подписываешь документы или ведешь заметки столь изящным пишущим прибором, это автоматически настроит ваших визави на серьезный лад, не так ли?

Ручка была тяжелой даже на вид. Выполненная из черненого серебра с вычурным геометрическим узором. Шпатц усмехнулся. Подарок в духе Хаппенгабена. Или Смирненхоффа. Чтобы она смотрелась гармонично, Шпатцу пришлось бы сменить гардероб, обзавестись комплектом мужских перстней от Каценхерца и антикварными карманными часами.