Саша Фишер – Мародер без диплома (страница 9)
На соседней «сцене», в смысле, той самой, с которой я спрыгивал, бородачей не осталось. Ну, если не считать мертвого Мелкого. Остальные куда-то делись. Мои бывшие «сокамерники» все легли, кто из них жив, кто мертв — непонятно. А разглядывать мне было некогда.
Последние волокна колючей джутовой веревки лопнули под ножом. Сука этот Мелкий, мог бы и получше за ним следить. Туповато лезвие, да и пятнышки ржавчины еще…
Я поднялся на ноги.
— Не шевелитесь, барышня, — говорю. — А то могу пальцы порезать случайно.
Она была выше меня примерно на полголовы. И в плечах пошире. Настоящая великанша, валькирия. Я пилил ножом веревки, а сам косился на ее фантастическую косу. Какие волосы, офонареть можно!
Бахнул еще один выстрел, теперь пуля свистнула прямо над ухом. Я успел покрыть себя трехэтажным матом, но тут моя валькирия рванула напрягла мышцы на руках, и веревка, перепиленная едва только на половину, лопнула. Один ее рывок, и вот мы уже кубарем катимся в щель между двумя помостами.
— Ты кто такой? — быстро прошептала она, размыкая тесные объятия.
— Пожалуйста, — пробормотал я, отползая в сторону сортиров.
Выстрел, хрипяще-булькающий крик, на «нашу» сторону помостов рухнул мужик в красной рубахе. Он был не первым, несколько тел там уже валялось.
— Куда это ты намылился, мозгляк?! — сказал внезапно возникший между помостами Папаня. Я развернулся, сразу уходя в сторону от удара. — Ах ты сучок, шустрый какой!
— Сеня, он тут! Я его нашел! — заорал он. Кого там из бородатых братцев звали Сеня, я не помнил, да и пофиг. Я бросился вперед, но Холера меня опередила.
Ее кулак впечатался в лицо Папани с мерзким шмякающе-хрустящим звуком. Папаня мешком рухнул на пыльную землю.
— Баать? — раздалось сверху. — Что за нахрен?
Бахнул выстрел. Вот прямо совсем рядом, щепками мне щеку расцарапало. Да блин!
Я рванул под помост. Наверху щелкнул затвор. Куда делать Холера — я уже не стал следить. Барышня взрослая, сможет сама о себе позаботиться.
Я ужом пополз под помостом. Над головой снова затопали ноги и заорали незнакомые голоса. Так. Бородатому Брежневу (кажется, это он стрелял), снова не до меня и есть, чем заняться. А мне надо расстегнуть чертовы браслеты! Сука, как же неудобно. Я подтянул локти под себя и огляделся. Площадь от меня была скрыта натянутой парусиной, наверху происходил какой-то движ с ругательствами на непонятном языке, а вот возле сортиров все еще никого не было, кроме неподвижных тел нескольких неудачников, которых снесло туда выстрелами.
Я неловко развернулся в узком пространстве между грубыми деревянными брусками. Кажется, насобирал заноз в правый бок, да и хрен с ними.
Выполз, вскочил, юркнул за сколоченную из досок ширму сортира, заменяющую дверь, и…
Кажется, я чекнул удачу только что. Кулак остановился всего в паре миллиметров от моего лица. А как освобожденная мною барышня крушит черепа, я уже имел возможность лицезреть.
— А, это ты, — говорит.
— Мне надо избавиться от браслетов, — говорю. — Есть что-нибудь… Фу, ну и воняет тут, конечно…
— Я забыла сказать тебе спасибо, парень, — сказала девушка.
— Да ерунда, — отвечаю. — Любой нормальный мужик на моем месте так бы поступил.
Говорю, а сам изо всех сил стараюсь на ее сиськи не смотреть. А это не так-то просто сделать, учитывая, что из-за разницы в росте они как раз у меня перед глазами, и из прорехи справа выглядывает нежно-розовый сосок.
Я облизнул резко пересохшие губы.
— Богдан, — говорю.
— Натаха, — она стукнула себя кулаком в грудь. Так, надо сосредоточиться на браслетах, сосредоточиться на браслетах. Угораздило же меня потерять булавку…
Снаружи рухнуло чье-то тело, потом раздался крик, и еще одно падение. Не отвлекаться, нужен хотя бы гвоздь или что-то подобное… Но ничего, как назло не находилось.
— Надо придумать какой-нибудь путь к отступлению с этой площади, — говорю, пиная кучи каких-то опилок, засохшего навоза и еще какого-то мусора. — Тут как-то суматошно на мой вкус.
— Прорвемся через Кузнецкую улицу, там за Каменкой будут развалины казарм, можно там укрыться, хрен найдешь.
— Знаешь дорогу? — спросил я.
— Знаю, — Натаха кивнула, села на корточки, отбросила за спину косу и принялась растирать потемневшие от веревок лодыжки.
— Тогда ты за рулем, — я высунулся наружу. Между помостом и сортиром раскинувшись в позе морской звезды лежал труп одного из цыган. Рубаха с левого бока промокла от крови, на горле — зияющая рана во всю ширину. Горло перерезали и нож в печень, чтобы уж наверняка. А в полуметре от него скрючившийся Бюрократ. Видимо пытался отстегнуть браслет на ноге. Похоже, убитого цыгана столкнули или он сам рухнул, когда умер, а Бюрократ следом упал. Я быстро нырнул обратно в сортир.
Я все еще был в наручниках. А снаружи опять послышался не самый приятный шум. Звук удара, потом звон цепи, потом голос Гиены:
— Где этот сучок, очкарик?!
Бюрократ что-то промямлил, но я не расслышал.
— Я точно помню, что он был к этому браслету пристегнут! Куда он делся?! Это ты ему помог?!
Я заметался вдоль дощатой стены, выискивая щель пошире, чтобы не высовываться. Диспозиция немного поменялась — теперь Бюрократ сидел, прижавшись спиной к опоре помоста, а Гиена стоял между ним и мной и целился в него из дробовика. Точнее, не целился, а просто держал дробовик примерно в его сторону. Если прямо сейчас выстрелит, то скорее всего мимо.
Раздумывать было особо некогда, так что я выскочил из за стены и прыгнул к бородачу на спину. Услышав напоследок шипящий окрик Натахи.
Эх, как говорил товарищ майор: «Лебовский, вот все в тебе отлично! Ты и сильный, и ловкий! Но легкий!»
Гиена был меня выше на голову и примерно вдвое тяжелее. Я перекинул цепь от браслетов через его голову и изо всех сил потянул руки на себя. Для усиления эффекта еще и коленями в спину уперся.
Дробовик бабахнул куда-то в молоко, потом Гиена его сразу же выронил. От неожиданности скорее. Конечно же, его бычья шея не сломалась. Он захрипел, принялся молотить затылком назад, но, к счастью, ни разу всерьез по мне не попал. Локтями несколько раз прилетело по бедрам, синяки, наверное, останутся.
А потом он догадался, что надо упасть на спину. И со всего маху грянулся об пыльную землю. Из меня на секунду вышибло дух, но не весь. Руки я не разжал, продолжая давить на шею. Ничего уже толком не видел и не слышал, но тут Гиена вдруг обмяк и завалился на бок.
Я вытащил из под него ногу, и по-быстрому пошевелил всеми конечностями, чтобы осознать, не сломал ли он мне чего. Вроде все было на месте, хоть и некоторые части тела побаливали.
Так, наручники! И еще надо Бюрократа освободить, хороший мужик. Хотя не знаю, с чего я так решил. Огляделся по-быстрому, наклонился к Гиене, сунул руку в нагрудный карман рубахи, нащупал что-то тонкое и острое. Кусок какой-то проволоки. Бывшая скрепка, которой он в зубах ковыряется? Да пофиг!
Зажал эту штуку в пальцах, зубами выпрямил до нужного состояния, сунул в замочную скважину. Щелк! Перевел взгляд на Бюрократа. Тот сжался в комочек, кажется, стараясь отползти под помост.
— Не ссы, Бюрократ, — говорю. — Сейчас тебя освобожу тоже!
— Богдан! — раздался со стороны сортира громкий шепот Натахи. — Что ты там возишься?
Я присел на корточки и принялся ковыряться в замке на кандалах Бюрократа. А он в это время испуганно смотрел куда-то мне за спину. Быстро оглянулся. Ну да, Натаха выглядела довольно угрожающе.
— Зачем тебе этот тип? — говорит.
— Не оставлять же его на верную смерть, — отвечаю. Тут замок наконец-то поддался, и я вскочил. — Давай, мужик, поднимайся!
Бюрократ перевалился на четвереньки. Натаха тем временем подхватила дробовик Гиены. Молодец, девчонка! Никаких лишних вопросов! Бюрократ попробовал подняться на ноги, но неловко взмахнул руками, вскрикнул и повалился на бок.
— Нога… — застонал он. Я бросил взгляд на Натаху. Та вскинула дробовик, дернула цевье на себя и выстрелила. Черноволосый мужик в пальто, пытавшийся протиснуться между двумя помостами, упал на землю пыльным мешком. Кажется, это был один из тех, кто привязывал Натаху к столбу.
— Держи ружье, — девушка перекинула мне оружие и быстрым прыжком подскочила к Бюрократу. Он успел что-то протестующе пискнуть, но она уже сграбастала его за ремень брюк и лацкан пиджака и вскинула на плечо. Распрямилась. — Ходу!
Дробовик был пуст. Ну ничего, можно использовать как дубинку.
Улица была не перекрыта. Ну, то есть, там стоял грузовик, но не поперек, а впритирку к стене лабаза. Так что проход остался свободным, только рядом с ним топтался какой-то парень, который даже не успел поднять обрез. Натаха выскочила на него, и снесла с ног одним движением левого локтя. Я перескочил через бесчувственное тело, не особо разбираясь, выжил он после ее удара или нет. На всякий случай пнул обрез в сторону, и он улетел в пыльные лопухи.
— Вон он! — раздался чей-то крик сзади. Бахнул выстрел, потом еще один, но оба куда-то даже не в нашу сторону. Раздался тяжелый топот нескольких пар ног. Натаха припустила еще быстрее. Да как она ухитряется нестись с такой скоростью с Бюрократом на плече?! Он мужик, конечно, субтильный, но роста вполне нормального. Я быстро оглянулся. Преследователей было трое. Бородатый Брежнев и два типа в кожаных пальто. Ничего больше я рассмотреть не успел. Бежали эти гады довольно быстро.