Саша Фишер – 90-е: Шоу должно продолжаться 7 (страница 9)

— Вторую бутылку допил? — уточнил я, прикидывая направление, в котором нам нужно двигаться. По карте вроде недалеко, за полчаса должны дойти.

— И третью начал, ага, — хмыкнула Ева. — Зря потратили время, да?

Я молча улыбнулся и обнял девушку.

— А что это ты так загадочно улыбаешься? — прищурилась Ева. — Между прочим, я уже близка к тому, чтобы устроить тебе сцену ревности. Чем вы занимались в спальне? Что-то я не слышала грохота молотка или прочих звуков ремонта…

— Ну, я не считаю, что мы зря сходили, — усмехнулся я. И выдержал небольшую паузу. — Ладно-ладно, я тебя просто поддразнивал! Сейчас все расскажу по дороге.

До «Юбилейного» мы добрались с опозданием минут на пять. Коварная Петроградка с ее запутанными улицами под сомнительными прямыми углами сначала завела нас не совсем туда, куда я рассчитывал, и в конце нам уже пришлось почти бежать.

Но, к счастью, особой пунктуальностью устроители фестиваля не страдали, так что до начала явно было еще далеко.

Всю площадь перед монументально-безликим спорткомплексом была заполнена людьми. От количества собранных в одном месте длинноволосых парней рябило в глазах. Шапками питерские неформалы и фанаты рок-музыки пренебрегали, так что весь их неформальный вид был напоказ — налобные повязки, косички, вплетенные в волосы бусины и какие-то прочие украшения. На поребриках терзали гитары, невзирая на пронизывающий ветер. Некоторые кучкующиеся компашки делились способами бесплатного прохода на фест и хвастались качеством поддельных билетов.

И со всех сторон люди продолжали и продолжали стекаться. Станцию метро по соседству еще не открыли, так что добирались любители рок-музыки как придется. И не волнами, а сплошным потоком.

Среди всех видов неформалов попадались и вполне обычные на вид люди. В основном молодые, типа студентов и школьников, но встречались и весьма в годах. Они бросались в глаза, потому что на общем фоне их было маловато.

Масштаб, конечно, был не в пример патриархальному и консервативному Новокиневску. Там патлатая публика была все-таки в меньшинстве. Даже в местах «гнездования» неформалов их было на самом деле не очень много. А здесь…

— И куда нам теперь? — спросила Ева, сжав мою руку покрепче.

— Давай для начала попробуем в лоб, — предложил я, и мы нырнули в человеческий поток, пахнущий табаком, травкой и дешевым алкоголем.

Все спорткомплексы, даже самые странные на вид снаружи, изнутри похожи друг на друга. Все утилитарно, функционально и подчинено только одной цели — вместить в себя как можно больше людей. В общем-то, этот самый «Юбилейный», как только мы безо всяких сложностей миновали заслон проверяющих билеты, стал почти один в один похож на новокиневский дворец спорта. Гардеробы, входы в разные сектора, доминирующий серый. Ну и как специфика мероприятия — множество самопальных лотков с кассетами и винилом.

Ощущение грандиозности сразу куда-то делось. Подумалось даже, что в нашей «Фазенде», пожалуй что, атмосфера рок-концертов ощущается как-то острее даже. А здесь… Ну, как будто просто на массовое мероприятие пришел. А патлатая публика… Ну так я-то тоже патлатый!

Но с другой стороны, масштаб… Я мысленно провел подсчет. Все-таки, размер площадки — это критично важное дело в концертах. Не очень сложно устроить десяток-другой концертов на базе всяких там крохотных ДК и сельских клубов. Вот только выхлоп с каждого из них будет в разы меньше, чем с одного вот такого. Ну да, привет, Капитан Очевидность, конечно же. Но с другой стороны, чтобы замахнуться на дворец спорта, нужно сначала устроить эти самые мелкие концерты.

Я мысленно поставил себе галочку плотнее заняться сольным концертом «ангелочков», и мы направились искать проход в служебную часть.

После пререканий с тупящими охранниками, и громогласными призывами кого-нибудь, имеющего отношение к организации, к нам наконец выскочил патлатый замотанный юноша, сжимающий конторского вида папку. Долго разглядывал предъявленную бумажку, обнюхивал ее. Разве что на зуб не попробовал. Но в конце концов, когда его громко окликнули из-за черной ширмы, махнул рукой охране, и нас пропустили в святая-святых, так сказать. Техническое закулисье.

Так. Теперь остался последний квест. Найти среди этого коктейля суеты и праздности моих «ангелочков». Потому что по ощущению народу здесь было вот ничуть не меньше, чем в той части, которую мы с Евой только что покинули. Субъективно, конечно, тут просто коридоры уже. Но протискиваться все равно приходилось так же.

Не особо мудрствуя, я просто принялся заглядывать во все двери подряд и спрашивать.

— Велиал! — раздался вопль Бегемота где-то на четвертой двери. Он выскочил из-за поворота, вид имел растрепанный, но уже при параде — в кожаном жилете, плаще и даже рогах на голове. Грим, правда, слегка размазался.

— Здорово, Дюша, — я двинулся ему навстречу. — Вас тут фиг найдешь в этом лабиринте…

— Блин, ты где был вообще?! Пойдем быстрее, там такое… Такое!

Глава 6

— Что, зассал, да, зассал? — растопырив руки в классической позе гопника, перед Астаротом стоял длинноволосый тощий парень в джинсовой безрукавке на голое тело. Астарот же пока еще не сдался, но выглядел прямо скажем, неуверенно. Хотя наезжающий парень прилично так уступал по весовой категории.

— Чего шумим? — я протолкнулся к центру скандала. «Такое» происходило в бльшом зале, набитом музыкантами, которые, как и «ангелочки» своей персональной гримерки не удостоились. И их всех скопом согнали в…, а что это, кстати? Одна стена целиком зеркальная, балетный станок. Похоже, на спортивный или танцевальный зал. Ну да, логично.

— А ты еще что за хрен? — развернул «главный калибр» в мою сторону тощий.

— Да так, погулять вышел, — небрежно усмехнулся я. — Смотрю, а тут ты.

— А, так ты дружбан этого лоха! — тощий оскалился, его бледно-голубые глаза зло сверкнули. — И тебе навесить?

-Ты бы выдохнул, юноша, — хмыкнул я. — Мой знакомый доктор говорит, что агрессору моча может ударить в голову и вызвать мозговой коллапс. Особенно если в мозгу сидит слизень. А ты как раз смотришься так, будто он есть…

Толпящиеся вокруг волосатики начали хихикать. Хрен знает, что случилось у Астарота с этим перцем, но вписываться за него никто особо не спешил. Значит, драка была частной, потом расспрошу, что как. Сейчас только буяна урезоню.

— Ты что там мелешь, блаженный? — скривился он. — Я вообще не с тобой разговаривал!

— Да, мне уже говорили, что я то еще трепло, — с ироничным видом покивал я. — И вечно лезу не в свое дело.

— Ну вот и вали отсюда, пока я тебе хлебало не расколотил! — дернулся вперед тощий. Но пока еще его инстинкт самосохранения не отключился. Надо бы подбросить дровишек в топку.

— У нас с тобой разные весовые категории, пацан, — криво ухмыльнулся я. — А у меня есть правило — дрищей не бью.

Ха! Кулак тощего метнулся в сторону моего лица. Я уклонился и выдал ему под дых на противоходе. Тот хэкнул и сложился пополам.

— Вот что значит, быть нетерпеливым, — я вздохнул и подхватил его подмышки, чтобы он не упал. — Ты не дослушал правило. Я дрищей не бью первым.

— Отпусти, гад… — простонал-выдохнул тощий.

— Да я же чисто заботу проявить, — пожал плечами я, продолжая поддерживать тощего. Огляделся по сторонам. — Парни, вы бы расходились, кому-то же стопудово скоро на сцену.

— Костян! Костян! — из дальнего угла зала к нам вдруг рванулся еще один тощий волосатик. Правда теперь уже не с воинственным видом.

— Костян — это ты? — полюбопытствоввал я у вяло трепыхающегося в моих руках тело.

— Да пошел ты… — прохрипел тощий, пытаясь отдышаться.

— Ну извини, братан, как-то резковато получилось, — сказал я.

Публика начала терять к нам интерес и рассосалась по своим компашкам.

— Я же говорил, что ты зря это все… — приятель притихшего агрессора мыкался вокруг, не зная, что делать. То ли подхватывать своего друга Костяна и уводить от страшного меня, то ли еще что.

— Водички принеси, — хмыкнул я. — Видишь, нехорошо человеку стало.

Я отпустил тощего. Тот уперся руками в колени и остался стоять, согнувшись. Я сел на корточки напротив него и заглянул ему в лицо.

— Ты как, нормально? — спросил я.

— Дддда, — выдавил тот.

— Ну вот и славно, — я похлопал его по плечу. — Я, кстати, Велиал, приятно познакомиться.

— Костян, — сказал тот и сунул мне руку. И я честно ее пожал. — Группа «Тарантас». Из Нижнего Новгорода.

— «Ангелы С», Новокиневск, — сказал я. — Скоро выступать?

— Мы четвертые, — хрипло проговорил Костян и попытался распрямиться.

— Значит успеешь отдышаться, — усмехнулся я. — Все, замяли?

— Замяли, — неохотно проговорил тот и зыркнул в сторону Астарота. — Ты нормальный мужик, не то, что этот твой…

— Удачи, — я снова хлопнул его по плечу и повернулся к своим «ангелочкам». Астарот стоял, насупившись, и на меня не смотрел. Грим на щеке был смазан, но набухающий фофан на скуле все еще неплохо маскировал. Глаза Кристины метали молнии, она прямо как мать драконов смотрелась, не меньше. Кирюха выглядел растерянным, Макс… Макс — как всегда. Чуть отстраненным, но болел явно за своих. Надя стояла дальше всех, рядом с зеркалом, опершись на балетный станок. А Бельфегора вообще не было.

— Ну что, орлы, кто мне расскажет, какого хрена тут случилось? — веселым шепотом проговорил я.