Саша Фишер – 90-е: Шоу должно продолжаться – 11 (страница 2)

– Блин, ну Вееелиал… – заныла Надя.

– Кому сказал, помалкивай! – я выдал Наде щелбан и сунул чашку в руки. Она показала мне язык, вздохнула, но горячее питье выпила.

– Теперь твоя очередь, – я снова наполнил чашку и протянул Астароту.

– Как мы отыграли? – спросил он.

– Молча пей! – рыкнул я. – Отлично отыграли. Даже в чем-то гениально. Уроки вам точно на пользу идут.

– Блин, мне эти распевки сначала такой фигней показались! – ухмыльнулся Астарот. – Даже перед соседями стыдно было, вою какую-то фигню!

Астарот закашлялся, и я выдал ему легонького леща.

– Молча! – прикрикнул я.

Астарот заткнулся и послушно выпил чай тоже.

– Тссс! – я приложил палец к губам. – Помолчите хотя бы минут пятнадцать, серьезно.

Надя открыла, было, рот. Но ничего не сказала, только вздохнула. Я поддался внезапному порыву и обнял их обоих.

– Отработали просто огненно! – сказал я. – Уровень уже какой-то другой, честное слово. Но вы реально сейчас помолчите лучше. Понимаю, что хочется чего-то наговорить, но ваши золотые голоса вам очень скоро понадобятся. Еще по кружечке?

– Все, мы всех выгнали, – радостно отрапортовала Ева. – Дверь заперта, Мише скормила полстандарта валерьянки. Думала, он в обморок упадет. Сейчас его там Света успокаивает.

– Истерика-таки случилась? – усмехнулся я.

– Почти, – фыркнула Ева. – Он там чуть орать не начал, когда люди на крыльце закурили. Еле оттащила.

Надя снова открыла рот, но я бдительно следил, так что своевременно закрыл ей его ладошкой.

– Последи, чтобы наши два соловья сидели молча и пили чай, – сказал я и вручил Еве термос. – Пойду выдам нашему научному сотруднику еще немного успокаивающего средства.

Мишу я нашел в обществе Светы, которая обнимала его за плечи и гладила по голове. И Наташи, которая сидела перед его стулом на полу и немигающим взглядом смотрела на него. Чем, кажется, ужасно его пугала.

– Мишаня, дай краба! – сказал я и потрепал Мишу по плечу. – Ты держался молодцом, я тобой горжусь! Светик, иди Еве помоги, чтобы наши певцы не начали трындеть раньше времени. Разрешаю их даже немного бить.

– Как скажешь, босс, – Света хихикнула, отпустила мишину голову и встала.

– Вееелиал, убеди его еще раз звезды включить, – сказала Наташа умоляющим тоном.

– Цыц, не пугай Мишаню, он у нас один такой, – сказал я и плюхнулся на стул рядом с научным сотрудником. – Ну что, ты как?

– Н-н-нормально, – ответил он, косясь на Наташу, которая так и сидела перед ним на полу, обняв свои острые коленки.

– Деньги, – сказал я. – Я пришел дать тебе денег. Ты готов?

– А я думал, что… – Миша поежился. Да уж, нервный он все-таки.

– Короче, вот держи, – сказал я. – Тут сумма, на которую мы с тобой договаривались. И вот еще чуть-чуть, чисто нервишки подлечить. Коньячка себе купи, что ли. Ну или цветов девушке. И давай, командуй, в чем тебе помочь надо. Порядок навести, по местам все расставить…

– Звезды еще раз включить… – в тон мне продолжила Наташа. – Блин, ну, Миша, это же нормально! Мы ведь только что устроили тут легендарный концерт! Тебе жалко что ли? О! Стоп!

Наташа сунула руку в шляпу.

– Мне же так много накидали, может тебе еще денег дать? – спросила она. – Ну, типа премия, и все такое. Только ты включишь звезды еще раз, ладно?

– Вы… вы серьезно сейчас? – Миша наконец решился посмотреть на Наташу прямо.

– А ты думал мы шуточки шутим? – Наташа дернулась ему навстречу и распахнула глаза еще шире. Тот отшатнулся, чуть об стену головой не ударился, но я успел подставить руку.

Наташа захихикала.

– Блин, Вееелиал, ну какой он смешной! – она посмотрела на меня. – Он что, думал, что мы его обманули? Типа, концерт устроили, а денег не дадим?

– Я… Извините… – Миша опустил голову и густо покраснел. – Когда все собрались, я как-то… Такие люди пришли, я даже не сразу поверил…

– Все позади, Мишаня, было приятно иметь с тобой дело, – сказал я и пожал ему руку. – Наташ, составь там ему гороскоп на паре-тройке случайных купюр.

– Пусть сначала звезды включит! – Наташа убрала руку со шляпой за спину.

– Давай-давай, не будь жопой, – засмеялся я.

– Я сейчас включу звезды, – сглотнув, сказал Миша. Скомкал купюры в руках и принялся запихивать их в карман брюк. Мне стало его немного жалко. У парня аж руки трясутся, натурально. Мимолетно захотелось как-то ему помочь что ли… Морально поддержать, там. Подбодрить.

Но я быстро отогнал от себя эту мысль.

Миша явно был из тех, по кому перемены в стране прокатились катком. Разом рухнули все цели в жизни, он явно планировал заниматься наукой, смотреть в телескоп, защищать кандидатские-докторские. Получать премии, ездить на конференции. Встретить старость в профессорской квартире с личным кабинетом и здоровенной библиотекой… А реальность – вот такая. Какая есть. Приходят какие-то патлатые придурки… Деньгами швыряются. Жизни радуются.

А как можно радоваться ТАКОЙ жизни?

– Вы какие-то другие, – сказал Миша уже даже почти нормальным тоном. – Простите еще раз, правда. Просто в прошлый раз тут такая история была… Ну… В общем, со мной договорилась одна женщина на какие-то занятия для своего кружка. А я… А потом, в общем, они пришли, оказались каким-то шизиками, пели тут какие-то псалмы. А потом я подхожу к той женщине, говорю, мол, а как насчет денег? А она мне… Она меня матом покрыла, еще и потом начала что-то насчет проклятья кармического говорить. Мол, я же тоже слушал, значит мне свет истины должен был открыться…

– Ну, за победу оптимизма над жизненным опытом, – поднял я воображаемый тост.

– Кстати, да, надо же выпить! – сказала Наташа и одним движением поднялась с пола в полный рост. Миша снова испуганно отшатнулся. Где-то я его даже понимаю. На неподготовленных людей Наташа может очень шокирующе действовать. – Миша, ты же с нами?

– Здесь нельзя… – проблеял Миша, потом посмотрел на меня, осторожно потрогал рукой карман, в который запихал деньги как попало. Вздохнул. – Ладно, чуть-чуть можно…

– И звезды включи! – Наташа ткнула пальцем в грудь Миши.

– И звезды тоже включу, – Миша кивнул и наконец-то по-нормальному улыбнулся.

Глава 2

– …скажите мне, вот это генератор? – перекрикивая шум, спросила Наташа. Чувак в рабочей робе что-то сказал неразборчиво.

– Вот! – Наташа повернулась к Паше и… черт, эта девушка из «школы» точно мне представлялась, но я благополучно выбросил ее имя из головы.

– И что нам теперь? – спросил Паша. – Придется его перекрикивать?

– Да! – Наташа сделала большие глаза. – Прикол ведущих новостей именно в том, что они могут работать из любой экстремальной ситуации. Валера, давай снимай!

– Мы же голос сорвем! – возразила девушка.

– Только если будете по-тупому орать! – Наташа всплеснула руками. – А для чего у вас курс по сценической речи? Думаете, в театре весь зал будет молчать, да? Вот нифига это не так! Зрители трындят, как стая какаду, шуршат фантиками и топают! А актеров все равно слышно. Понимаете, почему? Что нужно сделать, чтобы связки не сорвать? Ну? Как дышать?

– Животом… – неуверенно ответила девушка.

– Так дышите! – Наташа нависла над двумя студентами. Потом шагнула в сторону и снова махнула Валере. – Давай, снимай!

– Я так не могу, у меня голова кружится, – насупилась девушка.

Дорожные рабочие, наблюдавшие за этой сценой, захихикали. Паша отвернулся и что-то прошипел сквозь зубы.

– А будешь материться, я выкину тебя нафиг из школы, понял? – глаза Наташи сверлили Пашу так, что если бы она была волшебницей, то стопудово прожгли бы две круглых дырки.

«А она крутая, – подумал я, стоя в сторонке. – Ее-то как раз отлично слышно даже сквозь громкий шум дорожных работ».

Она сегодня позвонила мне в девять утра и призвала на помощь в качестве водителя. Судя по голосу, ее прямо с утра кто-то выбесил. И сейчас я как раз понял, кто и чем.

Они с утра записывали выпуск новостей в «Буревестнике». Но сначала Наташе показалось, что выбранные ведущие говорят недостаточно драйвово, а потом она еще и обнаружила, что они как-то неправильно говорят, не так, как их Гертруда учила. А потом она спросила у них, что такое генератор…

В общем, она вызвала меня вместе с машиной. И мы помчали искать дорожные работы. С оглушительно ревущим генератором, разумеется. И пофиг ей было, что эта орущая штука на самом деле компрессор. Очень уж ей хотелось проучить нерадивых студентов. Ну и заставить их применять знания на практике наконец-то.

Паша и девушка, имени которой я не помнил, склонили головы друг к другу и зашептались. Наташа стояла рядом со мной и смотрела на них, скрестив руки на груди. Валера с камерой выжидающе смотрел на Наташу.

– И что, ты правда их выгонишь? – спросил я.