Саша Черный – Саша Чёрный (страница 140)

Обнюхал все каблуки. Гетры, штаны и носки, Потерся о все знакомые ноги…. И вдруг, свернувши с дороги. Клубком по стене — Спираль волнистых движений, — Повернулся ко мне И прыгнул ко мне на колени. Я подумал в припадке амбиции: Конечно, по интуиции Животное это Во мне узнало поэта… Кот понял, что я одинок. Как кит в океане. Что я засел в уголок. Скрестив усталые длани. Потому что мне тяжко… Кот нежно ткнулся в рубашку — Хвост заходил, как лоза, — И взглянул мне с тоскою в глаза… «О друг мой! — склонясь над котом. Шепнул я, краснея. — Прости, что в душе я Тебя обругал равнодушным скотом»… Но кот, повернувши свой стан. Вдруг мордой толкнулся в карман: Там лежало полтавское сало в пакете. Нет больше иллюзий на свете!

«ДЕТСКИЙ ОСТРОВ»

САШИ ЧЕРНОГО

Веселые глазки

В РАЮ

По лиловым дорожкам гуляют газели И апостол Фома с бородою по грудь… Ангелята к апостолу вдруг подлетели: «Что ты, дедушка, бродишь? Расскажи что-нибудь! Как шалил и играл ты, когда был ребенком? Расскажи… Мы тебе испечем пирожок…» Улыбнулся апостол. «Что ж, сядем в сторонке. Под тенистой смоковницей в тесный кружок. Был я мальчик румяный, веселый, как чижик… По канавам спускал корабли из коры. Со стены ребятишки кричали мне: «Рыжик!» Я был рыжий — и бил их, и гнал их с горы. Прибегал я домой весь в грязи, босоножкой. Мать смеялась и терла мочалкой меня. Я пищал, а потом, угостившись лепешкой. Засыпал до румяного, нового дня». «А потом?» — «А потом я учился там в школе. — Все качались и пели, — мне было смешно, И учитель, сердясь, прогонял меня в поле. Он мне слово, я — два, — и скорей за окно… В поле я у ручья забирался под мостик. Рыбок горстью ловил, сразу штук по семи. Ангелята спросили: «За хвостик?» — «За хвостик». Ангелята вздохнули: «Хорошо быть детьми».

ПРИГОТОВИШКА

Длиннохвостая шинель. На щеках румянец. За щекою карамель. За спиною — ранец. Он ученый человек. Знает, что ни спросим: Где стоит гора Казбек? Сколько трижды восемь?