Саша Черный – Саша Чёрный (страница 101)

«Ваш покорнейший слуга». Отчего ж при всяком споре. Доведенном до конца. Вместо умного отпора Мы с бессилием глупца. Подражая папуасам. Бьем друг друга по мордасам? Бьем, конечно, языком. Но больней, чем кулаком…

ТРАГЕДИЯ

Рожденный быть кассиром в тихой бане Иль агентом по заготовке шпал, Семен Бубнов сверх всяких ожиданий Игрой судьбы в редакторы попал. Огромный стол. Перо и десть бумаги — Сидит Бубнов, задравши кнопку-нос… Не много нужно знаний и отваги. Чтоб ляпать всем: «Возьмем». «Не подошло-с!» Кто в первый раз — скостит наполовину. Кто во второй — на четверть иль на треть… А в третий раз — пришли хоть требушину. Сейчас в набор, не станет и смотреть! Так тридцать лет чернильным папуасом Четвертовал он слово, мысль и вкус, И наконец, опившись как-то квасом. Икнул и помер, вздувшись, словно флюс. В некрологах, средь пышных восклицаний. Никто, конечно, вслух не произнес, Что он, служа кассиром в тихой бане. Наверно, больше б пользы всем принес.

ПЕСНЯ СОТРУДНИКОВ

САТИРИЧЕСКОГО ЖУРНАЛА

Поэт

Погиб свободный смех, А мы живем… Тоска в глазах у всех. Что мы споем?

Все

Убежав от мертвой злобы. Мы смеялись — ой-ли-ла! Открывалось дно трущобы, И чуть-чуть яснела мгла. Но известные утробы Съели юмор — ой-ли-ла! И, исполнен хилой злобы. Юмор стонет, как пила.

Художник

Голова горит от тем. Карандаш остер и тонок. Лишь художник тих и нем. Как спеленатый ребенок…

Юморист

Врешь! Ребенок Из пеленок Буйно рвется и кричит, А художник. Как заложник. Слышит, видит… и молчит.

Поэт

Звени, мой стих, и плачь! Мне хуже всех — Я должен, как палач, Убить свой смех…

Все

«Смеха не надо бояться», В смехе последний оплот: