Саша Арсланова – Осинка. Чужая сила (страница 25)
– Может, потому что моя сила тоже Эйру понадобится? – ответила.
Волнина раздраженно засопела. А потом сказала:
– В любом случае долго скучать нам не придется. Я слышала, Ройс говорил: потомки Земли и Огня уже ждут.
– Почему-то мне это не очень нравится, – засомневалась я. – А вдруг они нас убьют? А кровь смешают?
– Не говори глупости, – прикрикнула Волнина, но все равно с тревогой посмотрела на Ройса. – Он бы не стал.
Я тяжко вздохнула, а она сникла и отвернулась:
– Он мне защиту обещал.
Что ж, вот и поговорили.
Мне защиту не обещал никто. Только Рэнн со своими непонятными желаниями поглядывал на нас с другого конца корабля. Да преследовали хмурые взгляды вождя.
Глава 24
В месте переправы Ключиница разливалась очень широко, мы плыли целый день, а берегов Элии видно не было. Я маялась на одном месте. Волнина могла поспать, мне же теперь – только лежать и думать.
Несколько раз подходил Рэнн, справлялся, все ли в порядке, приносил еду. Предложил свою кровь, но я только пытливо посмотрела в его глаза и отказалась. Кровь Рэнна мне пробовать не хотелось. Как, впрочем, и остальных членов команды.
Я до одури, до помешательства, до безумия хотела впиться зубами в Ройса. Поэтому сидела, уперев лоб в мокрые доски борта, сжав челюсть, и не дышала. Стоило обернуться на вождя – и я еле удерживала себя на месте. Как там Рэнн сказал? Только кровь Ройса мне как лекарство? Поэтому меня так тянет к нему?
А Ройс, как нарочно, все время был на виду. Да и где ему на корабле прятаться?..
Ночь вступала в свои права. Волнина, обернувшись плащом, посапывала под скамейкой. Я же считала удары ее сердца, и пыталась усмирить Тьму внутри. Она поднималась из глубины, оттесняя недовольные стихи в стороны. Она заполняла меня, смотрела из глаз. И я уже не хотела ей сопротивляться.
Я приподнялась и огляделась – часть команды вповалку спала на своих местах. Рэнн тоже лежал где-то неподалеку, я могла расслышать его мерное тяжелое дыхание. А Ройс стоял на носу драккара, внимательно всматриваясь в темень воды. Интересно, ему тоже не нужно спать?
И я тихо поднялась, стараясь не привлекать внимания. Мотнула головой, на мгновение останавливая себя, но Тьма уже рвалась наружу.
У меня не получилось подойти незаметно. Ройс, не оборачиваясь, негромко произнес, но мне хватило, чтобы услышать:
– Рэнн сказал, тебе может понадобиться кровь.
Я замерла на месте, засомневалась:
– Я… Нет, я могу и так… Но…
Ройс перебил мой лепет:
– Ты только сживаешься со своей новой сутью, и моя кровь сейчас для тебя слаще всего. Здесь, на корабле, во мне больше всего Тьмы, – он обернулся, а у меня скрутило внутренности от жажды.
– У нас молодых демонов, когда в них просыпается голод, держат дома, не выпускают на улицу и дают родственную кровь. Она помогает успокоиться, примириться с обличием, – он усмехнулся. – По крайней мере, в семьях полукровок. Чистокровные в свои тайны не посвящают.
Я посмотрела ему в глаза и уже не могла оторваться. Тьма начала бесноваться внутри, требовать выхода. Я задыхалась и уже не хотела себя останавливать.
А Ройс, усмехнувшись, подался ко мне. Обхватил руками, завернул в свой плащ, чтобы скрыть от посторонних глаз и приказал:
– Пей. Я остановлю тебя, когда будет довольно.
И, не думая, раздувая от наслаждения ноздри, я прокусила его шею. Кровь, такая вкусная, такая сытная, хлынула потоком. Кажется, я даже стонала, когда чувствовала горячий поток по своему телу, каждая клеточка будто оживала. Наполнялась теплом и чувствительностью. Сначала я почувствовала холод, потом боль от стальных пальцев, держащих меня за предплечья, а потом резко отпрянула, ощутив токи жизни в моем мертвом теле.
Несколько мгновений я просто смотрела на то, как затягиваются раны на шее Ройса. Он отпустил меня и старательно вытер испачканную кожу платком. А я, оглушенная, снова пыталась ощутить себя в этом мире живым человеком. Кажется, даже корабельная болезнь проснулась. Я слышала про такую от брата. Но вождь не дал мне времени опомниться.
– Ну что, снова живая? – усмехнулся он, а потом сделал то, чего я не могла ожидать.
– Твоя очередь, – нетерпеливо проговорил он и, притянув к себе, жадно прокусил мою кожу.
Больно! Но он не пил кровь. Он кусал мою шею, жадно шаря по телу руками. Опешив, я сначала даже не пыталась вырваться. Я снова ощущала боль и жар, и мне опять нужно было дышать! И когда я попыталась сделать вдох, Ройс впился мне в губы, оттягивая голову за косу назад. И тут же коса пропала, уступив место коротким кудрявым прядям.
Он хрипло рассмеялся:
– Ты знаешь, что краше твоего настоящего облика ничего нет в этом мире?
Ройс чуть отстранился, не отпуская меня:
– Твои волосы похожи на наши горные кряжи, светлые вершины на темных склонах, – он медленно перебирал локоны, пропуская их сквозь пальцы, а я испуганно застыла на месте. – Кто же тебя создал такой совершенной? Даже истинные демоны склонятся перед такой императрицей.
– Какой императрицей? – я продолжала делать резкие вдохи и выдохи, никак не могла уловить ритм. Что там говорил Ройс, доходило до меня постепенно, пока я не сообразила, что отпускать он меня не собирается.
– Пусти, – уперла я ему в грудь руки, вырываясь. Вождь не стал держать, отпустил, но добавил:
– Тебе нужна будет моя кровь еще дважды до того момента, как сформируется твой облик. Плату за нее ты знаешь, – и отвернулся, как будто не держал сейчас так жадно, как будто не шептал жаркие слова…
И я на негнущихся ногах, оглушенная, пошла обратно, на корму, пробираясь сквозь спящих. Но когда дошла до своего места, натолкнулась на ненавидящий взгляд голубых глаз.
– Подстилка, – зашипела Волнина, вскидываясь. – Сама пошла к нему! Предлагать себя!
Вокруг заворочались мужчины, и она добавила тише:
– Ты еще пожалеешь, что перешла мне дорогу.
– Волнина, всё не так, – я действительно хотела объяснить. Но как я могла?.. И смущенно замолчала. Что ж, она права, я действительно пошла сама, и мне было все равно, какая цена была назначена за кровь, так нужную мне.
Это не было обычным насыщением от крови животного, это была сама жизнь, которая струилась по моему телу. Я не могу от этого отказаться. И даже если придется все повторить, пойду на это снова. Быть живой. Это стоило всего.
– Я так и знала, – процедила Волнина, опуская руки на сырые доски палубы, – Что ж, раз так, я заставлю со мной считаться! Вы пожалеете оба!
Сначала я почувствовала незримую дрожь, как будто пробуждалось что-то темное, опасное. И начал просыпаться страх внутри. Разом заволновалась Ключиница, раскачивая корабль. Засуетилась команда, поднятая грозным окриком вождя, – кто-то укреплял весла, кто-то складывал парус. Волнина склонилась над досками, что-то нашептывая, а к нам широкими прыжками бежал Ройс, ветер трепал его волосы и раздувал плащ. Где-то в этой толчее я увидела Рэнна, но он добраться до нас не мог, в отличие от вождя, перед которым расступались и давали дорогу.
Не глядя на меня, Ройс закричал:
– Вэйв, прекрати это немедленно!
– А то что? – взвилась с палубы Волнина, ее щеки горели, белые губы дрожали от гнева, а руки сжимались в кулаки. – Ты меня обманул! Спутался с этой… – она даже не посмотрела на меня, – и думал, что тебе все сойдет с рук?
В это время на правый борт обрушился сильнейший удар, поваливший нас с ног, смешав всех в кучу малу. Я испуганно барахталась в мужских телах, пытаясь вывернуться, встать на ноги. Ледяная вода намочила и плащ, и куртку под ним, сделав их неподъемными. Кое-как получилось подняться, и я с ужасом разглядела огромную волну, поднимающуюся на горизонте, которая мчалась к нам, постепенно закрывая собой небо.
Кто-то закричал, больно ухватив меня за руку, и я не сразу узнала Рэнна. Он повалил меня под скамью, лег сверху, и новый удар сотряс корабль. Все плыло перед глазами, которые, как и рот, заливало водой, падали рядом воины, некоторых просто сносило волной за борт. Рэнн держал меня очень крепко, подмяв под себя, но я не сопротивлялась. Не будь его рядом, плавала бы сейчас в черной Ключинице. Как не вовремя ко мне вернулась жизнь!
Когда вода схлынула, мы еле поднялись на ноги, чтобы увидеть, как вдалеке снова поднимается река. Откуда столько силы взялось в Волнине?
Соображать в хаосе и разрухе не получалось. Рэнн тянул куда-то в сторону, я же смотрела на Ройса, который схватил подругу за плечо и жестко ей выговаривал. Их будто большая вода не затронула. Вот она вскинула голову, презрительно скривила губы и тихо что-то прошептала, усмехнувшись. Рэнн тянул и тянул, а я не могла оторвать взгляд от враз окаменевшего лица вождя. Он снова что-то сказал и, увидев, как засмеялась Волнина, встряхнул ее, а потом ударил по щеке так, что мотнулась голова.
Река не утихала, новая волна бежала к нам, набирая скорость. И я уже подумала, что эта-то должна завершить начатое, сломать корабль, опустить его на дно, и только краем глаза увидела, как упала на мокрую палубу подруга, а половина ее лица опухала и краснела. Она заскребла по палубе ногтями и тоненько завыла, из носа и губы потекла кровь. И следующий удар лишил ее сознания. Ройс, подняв Волнину за волосы, снова ударил, даже не видя, что она уже не чувствует. А потом достал меч. Я уже видела эту картину! Тогда, на поляне, когда Тахо ко мне пришел!