Саша Арсланова – На службе у смерти (страница 4)

– Но как же? – опешила Яся. – Для записи положено…

– У меня не положено, – отрезал он и замолчал, попивая кофе.

Яся неловко поерзала на месте. По ее плану старичок должен был либо перезаписаться на новую дату, либо просто попрощаться и уйти, но уж никак не сидеть здесь и спокойно распивать кофе.

– Ты, секретарь, вот что мне скажи, – начал вдруг он строго, – твоя мадам Ирэн точно поможет? Есть ли смысл дожидаться?

Яся неуверенно кивнула.

– На самом деле все зависит от вопроса, по которому обращаетесь. Понимаете, все решается в индивидуальном порядке…

– Ну смотри, – перебил ее он, – моя Инга умерла шесть месяцев назад. Я ее похоронил, все как положено.

Он дернул головой, еще сильнее сдвинул брови и продолжил:

– И отпевание было в церкви, и девять дней, в общем, все как надо.

Яся понимающе кивнула.

– А теперь она мне повадилась сниться каждую ночь и кричать! – Он рубанул ладонью в воздухе.

– И чего кричит? – заинтересованно спросила Яся.

– Точно не знаю, – ответил он и замолчал. – Потому и пришел, думал, мадам Ирэн с ней пообщается, поможет понять. Жена все говорит и говорит, а я не слышу! А еще вроде как боится. Хотя чего ей там бояться? А?

– Интересно как, – пробормотала Яся, допивая свой чай. В голове немножко мутилось, видимо, из-за жары. – Господин Гонча…

– Герман Дмитрич я, – перебил ее старик.

– Герман Дмитриевич, – попросила Яся, – давайте так поступим, я все запишу, передам мадам Ирэн, а вы мне номер телефона свой оставьте, я, в свою очередь, обещаю, что не буду передавать его жуликам. Просто перезвоню, когда появится ясность.

Он некоторое время внимательно ее рассматривал, видно, сомневаясь, можно ли доверять секретарю гадалки, но все же решился. Кивнул, и Яся раскрыла ежедневник.

То, что произошло потом, Яся ничем, кроме теплового удара и своей впечатлительности, объяснить не могла. Комната потемнела, перед глазами стало мутно, будто она смотрела через запотевшее стекло, и там, с другой стороны, к этому стеклу прижала ладони высокая худая женщина с забранными в хвост темными волосами.

– Морана требует оплаты, – зашептала женщина, в ужасе перебирая руками по невидимой преграде. – Скажи Герману, что она помнит! Скажи ему!

Яся вздрогнула, недоуменно моргнув, и комната снова вернула свои прежние очертания.

– Готова писать? – сварливо спросил Герман. – Или так и будешь ворон считать?

Яся кивнула и старательно записала в ежедневник номер, а потом неожиданно для себя спросила:

– А у вас есть фотография жены?

Герман Дмитриевич полез во внутренний карман пиджака, достал старый потертый бумажник и вытащил маленькую цветную фотографию.

Яся посмотрела на портрет, вежливо кивнула и встала проводить гостя. И только когда закрыла за ним дверь, зашла в ванную комнату, пустила холодную воду и сунула под кран голову, не заботясь о том, что намочит одежду. Нужно было охладиться и понять, почему у женщины за стеклом было лицо Инги Гончаренко. И кто такая эта Морана, которая требует какой-то оплаты.

Глава 4

Яся сидела на бортике старой пожелтевшей ванны и смотрела, как капает вода с мокрых волос на лацканы пиджака. Пользоваться чужими полотенцами она брезговала и теперь торговалась с собой, стоит ли поискать чистые в многочисленных ящиках и шкафчиках, заполонивших собой гостиную, или оставить как есть? Подумав, что волосы отлично высохнут и сами, она медленно поднялась, придерживаясь за стену. К счастью, голова уже совсем не кружилась.

Она смахнула со лба капли и отправилась в комнату. Судя по времени, до завтрака, состоящего из гречки, оставался час, и этот час нужно было чем-то занять. Она походила вдоль окон, выглядывая во двор, где поутру никого не было, порассматривала полки шкафов, поправляя стопки старых газет и перекладывая какие-то мешочки и камушки, а потом все-таки решилась. Клининг клинингом, но его еще вызвать нужно и заплатить, а Яся же прямо сейчас здесь страдала без дела, так почему бы по-быстенькому не сделать небольшую влажную уборку? Просто, чтобы дышалось легче? Тем более, пока она сидела на краешке ванны, видела и ведро со шваброй, и тряпки.

Она сняла пиджак, повесила его на спинку стула и пошла за тряпкой. Сначала вытрет пыль, потом помоет полы. При такой жаре уже посвежее будет.

Дверной звонок пиликнул, когда Яся стояла на коленях, подтянув строгую узкую юбку до середины бедра, и шуровала шваброй под скамейкой для обуви, где, похоже, не вытирали грязь с прошлого века. Посетитель не стал дожидаться ответа: дверь скрипнула, отворяясь, и Яся быстро потянула швабру на себя. Гость охнул, получив черенком куда-то в область колена, и смачно выругался. Так смачно, что Яся себя тут же дома почувствовала, в родном поселке. Было в его ругани что-то знакомо-южное, не то что в этих чопорных столицах.

– Ты что творишь? – обиженно спросил ее недавний знакомец, потирая ногу. Как его?.. Яся нахмурила лоб. Максим.

– А ты глаза разуй и увидишь, – почему-то обиделась она и стала неловко подниматься с колен.

Максим замолк, разглядывая то ли ее, то ли темный коридор, а потом развернулся и захлопнул дверь в подъезд. По волосам Яси пробежал ледяной ветерок, будто кто кондиционер включил. Она блаженно прикрыла глаза. Может, оставить входную дверь открытой? Сквозняков она в жизни не боялась, чего не скажешь об изнуряющей жаре.

– Тебя понизили, что ли? Ты ж вроде секретарь или кто там? Администратор? Не справилась? Согласен, тяжелая работа гостей встречать и телефоны записывать. – Парень засунул большие пальцы в карманы шорт и прислонился к стене, продолжая насмешливо глядеть на Ясю.

– Чего надо? – грубо ответила она и потянулась к ведру с грязной водой. Мыть полы расхотелось совершенно. Не то чтобы ее сильно интересовало мнение этого грубияна, просто он так говорил, будто она что-то стыдное делала.

– Я в прошлый раз еще объяснял, – ответил он, следуя за Ясей в ванную. – Мне твоя мадам Ирэн позарез нужна.

– Так я еще в прошлый раз сказала, что она в отпуске. – Она прополоскала тряпку и повесила ее на бортик ванны сушиться.

– А клиент? – насмешливо спросил парень, подпирая дверной косяк.

Яся вымыла руки, пригладила перед маленьким зеркалом волосы, заправила за уши выбившиеся из хвоста пряди, а потом, сдвинув Максима в сторону, вышла из ванной.

– Клиент же приходил, – напомнил он, следуя за ней, – и пробыл тут не менее получаса. Что-то не сходится! Сказать человеку, что тот зря пришел, – достаточно пары минут.

Яся молча прошагала на кухню и включила кофеварку. Посетители посетителями, но у нее долгожданный завтрак на подходе. И даже этот Максим его не испортит.

А тот вдруг замолчал, заинтересованно разглядывая содержимое шкафчиков, изумленно присвистнул и подмигнул Ясе:

– Сокровища охраняешь?

– Слушай, – устало ответила она, доставая из сумки контейнер с гречкой и усаживаясь на табуретку у маленького столика. – Я же все тебе сказала. И телефон записала, обещала позвонить, как будет информация.

Тут Яся смутилась, вспомнив, что Максим вообще-то тоже потенциальный клиент, а она с ним бесцеремонно на «ты». Но что уж теперь. Она мотнула головой. Ничего, этот вроде не из обидчивых.

– А тот дедок что тогда?

– Посидел, кофе попил, ушел, – жуя, ответила она, а потом сощурилась. – А ты следил, что ли?

– Ага, – не стал отпираться тот. – Кофе?

Яся некоторое время его рассматривала – ни стыда, ни совести на наглом улыбающимся лице, а потом пожала плечами. Ей-то что? Хочется ему следить за квартирой – пусть. Ей так даже чуть спокойнее. Мало ли какие посетители могут быть. С Германом Дмитриевичем ей повезло, не факт, что все такие порядочные будут.

– Давай.

– Что давай? – удивился он.

– Кофе. Ты ж предлагал.

– Я? – Он уселся на вторую табуретку и откинулся спиной на стену. – Я не предлагал, я просил.

– Вот ты!..

– Что я? – перебил Макс. – Я вообще-то не дома тут, чтоб хозяйничать, а тебе деньги платят за то, чтобы ты людям кофе делала.

– Да что ты вообще понимаешь в моей работе! – начала закипать Яся.

– Так просвети меня.

Яся возмущенно открыла рот и тут же его захлопнула. Действительно. Кофе варить – ее работа. А объяснять что-то этому избалованному мальчику она не станет. Поэтому она молча доела гречку, поднялась и также молча принялась варить кофе. Даже кусочек сахара на блюдце положила для красоты. А потом вежливо улыбнулась, убрала пустой контейнер в сумку, протерла стол и вышла из кухни.

– Эй, ты обиделась, что ли? – Максим пошел следом, попивая кофе, оставив на кухонном столе и блюдце, и злополучный сахар.

– Конечно нет! У секретарей по должностным обязанностям не положено обижаться, – едко ответила она. – Чем еще могу быть вам полезной?

– Да ладно тебе, не обижайся, я не со зла. – Парень следовал за Ясей по пятам и, когда она уселась за стол, устроился напротив.

– Послушай..те, – устало сказала она. – Вам чего надо от меня? Нет тут вашей мадам Ирэн, и я не знаю, когда она придет. Я у нее вообще первый день работаю!

– Как первый? – удивился тот. – Ты ж вчера еще тут была.

– Я вчера успешно прошла собеседование, – ответила Яся грустно. – Теперь вот…

Она обвела руками захламленную комнату.