Сарко Ли – Экспедиция жизни и смерти (страница 37)
– Разве вчера вечером уже так было?
– Дарк! Что за имидж?
– Эк тебя!.. – сыпалось со всех сторон. Мару постарался сделать удивленный вид и приблизился к обступившим Дарка товарищам.
– Ого! – громко сказал он. Пострадавший тут же повернулся к нему. Его матовые белые волосы, редкие и тонкие, как и положено, были заплетены в множество тонких аккуратных косичек. Издалека этого даже не было заметно, просто казалось, что волосы отчего-то стали жестче и ровнее.
– Оригинальная шутка, – признал Дарк, обращаясь одновременно ко всем друидам.
Мартина стрельнула глазами в Мару. «Мыши», – одними губами сообщил ей он. Девушка прыснула и поспешила удалиться, чтобы никто не разглядел в ее глазах тень догадки.
Дарк вел себя совершенно спокойно, ничем не показывая, что шалость его хоть как-то задела. Все довольно быстро забылось, тем более что парень почти всегда ходил, накинув на голову черный капюшон. Мару был доволен – вроде и своих поддержал, выполнил пусть несуразную, но просьбу, и бледных не обидел.
Но во время обеда радость его как рукой сняло.
Дарк откинул капюшон.
– Э-э… – сказал Игнис. И это растерянное «Э-э…» от лучшего друга Дарка означало лишь то, что некромант сотворил страшное тайно от всех.
Мару побледнел.
– Дарк, а где волосы? – осторожно спросила Мин, разглядывая парня с интересом. Голый череп его ничуть не портил, скорее придавая экстравагантный вид. Мартина смотрела с ужасом, возможно, осознавая последствия. Дарк спокойно отрезал кусок хлеба.
– Они… отвалились? – спросил Аксель.
– Да нет, я их лезвием соскреб, – миролюбиво отозвался Дарк. – Что, неровно?
Наверное, лишь по большой случайности он при этом поднял глаза именно на Мару. Друид сглотнул.
– А… э-э… что ж не расплел? Мог нас попросить, мы, это… подключили бы зверей… мышей, к примеру, – уже совсем тихо и сбивчиво заговорил он.
– Зачем? Разве так не красиво?
Вопрос повис в воздухе. Некроманты равно ценили и тонкие волосы, струящиеся по шее, и короткие стрижки, и полное отсутствие растительности, и Дарк это прекрасно знал. Друиды же, напротив, считали безволосость признаком слабости, потерять волосы даже для мужчины было большой печалью. Впрочем, Дарку было не особенно интересно их мнение, вопрос он задавал изначально риторический.
– Сколько я тебя знаю, но таким не видела, – Китара склонила голову к плечу и рассматривала друга. В ее волосах красовался узорный костяной обруч, который вчера смастерил для нее Дарк. – Знаешь, я подумываю сделать себе так же.
Некромант улыбнулся. Лысых девушек он уважал не меньше, чем длинноволосых.
После обеда Игнис уточнил у Дарка, будет ли тот все-таки искать виновного и мстить, на что друг ответил, что их окаменевшие лица с приоткрытыми ртами – уже достаточный ответ.
– Я давно хотел попробовать новый имидж, да все никак не доходили руки. А тут и повод появился. Замучился бы расплетать. Да и волнистость эта друидская… ну ее к черту.
Пробегающий мимо черт обиженно взглянул на некроманта, предлагающего ему пустышку – побрать эфемерную волнистость.
– То-то я смотрю, ты очень спокойный стал, – усмехнулся Игнис. – После вашего наказания с Акселем…
– Я понял, что они ничего серьезного и необратимого не сделают, – пожал плечами Дарк. – Честно говоря, даже как-то самому неловко стало за то, что так негибко мыслю. Откуда у меня к ним такая неприязнь?
– Да, я о том же часто думал, – подтвердил Игнис. – Просто больше нечем было заняться. На самом деле изучать друидов куда интереснее, чем злить их.
– Да… – Дарк перевел взгляд на приближающуюся Мин: – Вот ты-то мне и нужна.
– В чем дело? – Мин бесцеремонно вытянула руку вверх и провела по лысине Дарка пальцами. – Чистая работа! «Богомолом» брил?
– «Богомолом», – кивнул парень. – Присаживайся. Дело к тебе есть. Ты ведь окончила Школу Тела, так? То есть ты можешь совершенно профессионально создавать узоры?
– Умею, – кивнула Мин, и тут ее осенило и она подпрыгнула на бревне. – Ты что, хочешь головной узор?!
– Именно. У меня есть набросок, твоя задача – нарисовать по правилам. Силой я и сам смогу напитать.
– Зачем? Это мои коллеги из Школы оставляют узоры пустыми, у них ведь нет силы, а я некромант, и гораздо лучше будет, если мой рисунок моей энергией и наполнится! Какая разница, все равно он приживется и будет работать на тебя. Ну, какие наметки? Показывай, не томи! Когда делать будем? Сейчас?
– Думаю, после ужина, если ты не против. Значит, так. Вот здесь…
И Дарк принялся подробно объяснять Мин, какой рисунок хочет видеть на своей голове, какие цвета включить и какие заклинания зашифровать. Игнис послушал какое-то время, но потом решил, что позже он все равно все узнает, и отправился к Акселю.
Друид делал зарисовку в своем вездесущем блокноте. На колене его сидел крохотный жучок и не шевелился – не иначе как по приказу. Игнис подошел и остановился на некотором расстоянии, не желая прерывать работу.
– Чего тебе? – Аксель отвлекся лишь на секунду, чтобы увидеть некроманта, и продолжил зарисовку.
– Предлагаю порисовать.
– Я этим и занимаюсь. Присоединяйся, если хочешь, – усмехнулся парень.
– Не насекомых. Людей.
– Людей? – Аксель отвлекся. – Надеюсь, не в разрезе?
– Нет. – Игнис достал свой блокнот, в котором он, как ни странно, рисовал не детали некросозданий и не сложные узоры заклинаний, а лица. Он любил портреты. – Хочу прояснить один вопрос.
– Какой? – Аксель заинтересовался, пересадил жучка на травинку, вероятно, решив вернуться к нему позже.
– Мы часто сталкиваемся на почве наших представлений о внешности. Мы для вас – худые, бледные, страшные, ну и что ты там говорил Вилисане на ухо пару дней назад. Вы для нас – тоже не объект зависти. Так вот, я бы хотел прийти к какому-то согласию.
– На ухо я могу говорить все, что хочу.
– Ты прав. Но я вот услышал, и мне совсем не приятно соотносить слово «некрасивый» и моих спутниц. Может быть, тебе сложно поверить, но я считаю их обеих очень привлекательными.
– Соотнеси с ними слово «некросивый», – Аксель выделил звук «о». – Они же некромантки.
– А с вами тогда что соотносить? «Друидолстый»?
– Тьфу ты! Не отделаешься, – Аксель недобро глянул на тощего угловатого некроманта с прямыми, будто иглы, волосами. – Что ты предлагаешь рисовать?
– Рисуй солнечницу. Такую, какую все у вас считают красивой. Я нарисую туманницу. Потом сравним и будем искать привлекательные черты. Хотя бы парочку мы должны найти друг у друга.
Идея была интересной, Аксель согласился сразу же. Игнис не стал ему говорить, что рисовать его подговорил мистер Кадо, мастер интересных психологических уловок и наказаний.
Работали не очень долго, скорее схематично. Аксель неплохо рисовал, поэтому его штрихи были уверенными и не было нужды перерисовывать по десять раз. Игнис, набивший руку на портретах, также управился достаточно скоро. Потом каждый окинул взглядом свой шедевр, улыбнулся, выражая удовлетворение, и вручил блокнот соседу.
Наступила пауза. Нужно было назвать хотя бы несколько черт, которые в рисунке покажутся красивыми.
– Ну…
– Э-э… – почти одновременно начали они. Переглянулись. Друид мужественно подавил внезапно возникшее в голове сочетание «Игнис-дуригнис». Некромант, не догадываясь об этом, отмел в сторону шальную мысль «Аксель-какаксель».
– В общем, довольно гармонично, да…
– Рисуешь здорово…
– Линии… хорошие…
– Да и целый вид…
– Женщина не может быть некрасивой…
– Вот и я считаю…
– Что вы делаете? – из-за дерева показалась Вилисана, и Аксель мгновенно вскочил, выхватывая из рук некроманта блокнот, чтобы девушка не узнала в силуэте себя.
– Рисуем, – спокойно ответил Игнис, глядя теперь уже на живого представителя Солнечных земель. Он-то силуэт сразу узнал, но ни для кого в отряде привязанность Акселя к Вилисане секретом не была, поэтому и шутить не было смысла. Некромант подождал, пока Вилисана подойдет ближе, пока приблизится ее тигрица, и неожиданно отметил: – У тебя цвет глаз красивый. Как насыщенная бирюза. У некромантов так не бывает.
– Да ты художник, – улыбнулась девушка. – Вы об этом говорили? Сейчас Аксель должен бежать сравнивать волосы Китары с невесомой паутинкой, серебрящейся в лунном свете?
– Такое ей каждый второй говорит, – усмехнулся Игнис. – Право, «пакля» была оригинальней.
– Я просто на нее разозлился, – слегка смущенно проговорил друид.