Сарина Боуэн – Мы (страница 39)
Джейми стоит, склонившись над большой сумкой.
– Бэби? – повторяю я.
Он вздрагивает и сразу же выпрямляется.
– Привет. – В его голосе хрипотца. – Не услышал, как ты зашел.
– Куда ты? – оторопело говорю я.
– Домой, – отвечает он и быстро прибавляет: – Повидаться с семьей. Помнишь, я говорил, что мне не помешало бы побыть в Калифорнии. На работу мне пока что нельзя. Вот и подумал, почему бы не съездить.
– А… – Здесь что-то не так. Я вижу, как его лицо заливается краской. – А меня ты собирался предупредить? Ты хотя бы планировал
– Да, – говорит он. – Конечно. Я знал, что к этому времени ты вернешься домой.
В голове воет сирена тревоги. Джейми стоит в паре шагов – поза неловкая, руки в карманах. До него у меня не было отношений. Но я знаю, что так быть не должно.
– Мы что, расстаемся? – вырывается у меня.
На его лице мелькает испуг, словно он не ожидал, что я произнесу это вслух.
– Нет, – произносит он после крошечной, но все-таки паузы. – Нет. Это обычный отпуск. Мне… – Он откашливается. – Мне просто нужно повидаться с семьей.
Но я слышу другое.
Мое сердце грохочет в ушах. Что мне делать? Наорать на него? Я не знаю, что ему нужно. Если б знал, то сделал бы все. Громкая и напористая демонстрация моей любви к нему может быть вариантом.
Но вдруг ему и правда необходима эта поездка? Вдруг солнечный свет излечит его? Неуверенность держит меня приклеенным к полу, в горле внезапно становится больно и горячо. Я беру с тумбочки чашку с водой и выпиваю ее, гадая, что же сказать.
На кровати звонит его телефон. Он подбирает его и отвечает.
– Спасибо, – произносит через минуту. И все.
– Кто это был? – квакаю я.
– Служба такси. Через десять минут приедет машина.
Я подавляю дрожь.
– Если тебя нужно отвезти в аэропорт, почему ты не попросил меня? –
Выражение его лица снова становится виноватым.
– Не знаю, – говорит он, рассматривая свои ботинки. – Просто подумал, что так будет проще.
Он прав. Потому что я наверняка закатил бы в аэропорту сцену. Я близок к этому прямо сейчас.
– Каннинг, я не хочу, чтобы ты уезжал.
Джейми съеживается.
– Мне надо… – он давится словом, – надо просто попробовать кое-что, хорошо? – Когда он поднимает глаза, в них стоят слезы.
Моя паника разрастается в полную силу. На ватных ногах я подхожу к нему. Обнимаю. Он тоже обнимает меня, и стенки моего горла смыкаются окончательно.
Блядь.
Поэтому я беру себя в руки и делаю то, что должен.
– Береги себя, – шепчу я ему. – Ты для меня дико важен.
Обняв меня еще чуточку крепче, он делает судорожный вдох.
– Ты тоже себя береги.
Окей. Я смогу это сделать.
– Я люблю тебя, – говорю я и отступаю на полшага назад.
– Я тебя тоже, – бормочет он.
Но в глаза мне не смотрит.
Блядь.
Блядь.
Блядь.
Он собирает с кровати последние вещи и рассовывает их по свободным местам. Ему приходит смс от таксиста – машина уже внизу.
Замечательно…
Я провожаю его до двери. Целую в щеку и еще раз обнимаю.
А потом отпускаю его в коридор. Одного. Если я побегу за ним вниз, то лишь выставлю себя дураком.
И тогда я прижимаюсь лбом к холодной стали двери и слушаю звук его удаляющихся шагов.
Я заново проговариваю все у себя в голове. Он захотел повидаться с родителями. Мы не расстались. Он сказал, это отпуск.
Но почему я чувствую себя так, словно позволил сердцу выпрыгнуть у меня из груди и уехать в аэропорт?
Глава 25
Вес
После победы над «Миннесотой» я тяжело опускаюсь на первый ряд сидений автобуса. Мне бы радоваться, как парни вокруг, но я уже второй день морально убит. Сегодня это было заметно даже на льду. Я не забил ни одного гола. Не сделал ни одной передачи. Я отдал матчу все силы, но призвать магию так и не смог.
Всю магию увез с собой Джейми.
Чушь. Он ушел от меня.
В автобус поднимается Лемминг и случайно сталкивается со мной взглядом. Случайно – потому что он сразу же отворачивается и проходит мимо свободного места рядом со мной.
Да, не все мои одноклубники в экстазе от идеи сесть с геем. Как оказалось, то, что мы с Леммингом оба из Бостона, значит не так уж и много.
Через десять минут автобус останавливается около пятизвездочного отеля в центре Сент-Пола, и я вместе со всеми выгружаюсь на улицу и в мрачном настроении ухожу к себе в номер. Там снимаю костюм и надеваю худи и треники, но пустота люкса сводит с ума, и потому я решаю спуститься в бар. Эриксон и кто-то еще планировали пойти в стриптиз-клуб. Они звали с собой и меня, но не особенно удивились, когда я отказался. Видимо, начали привыкать к моей антисоциальной сварливости.
Я спускаюсь на лифте в лобби. Мне плевать, что я выгляжу, как неряха. Да, в поездках и на послематчевых пресс-конференциях нам полагается быть в костюмах, но сейчас камеры на меня не нацелены, и если мне хочется выпить в чертовых трениках, то, черт побери, я это сделаю.
Сев за длинной, сияющей стойкой, я заказываю виски, и бармен молниеносно доставляет его. Видимо, рассмотрел в моем взгляде отчаяние. К счастью, он не пытается подбодрить меня или завести разговор по душам.
Сделав глоток, я достаю телефон и проверяю, нет ли сообщений от Джейми. Их нет. Разочарование обжигает сильнее, чем алкоголь. Он позвонил всего один раз, когда прилетел в Сан-Франциско, после чего я получил от него только пару «У меня все нормально, у родителей тоже» и все.
Кто знает, может, сейчас он репетирует прощальную речь для разрыва со мной.
Мое сердце раскалывается напополам. Я опрокидываю в себя все, что осталось в бокале, и заказываю еще. Бармен с сочувствием на лице приносит мне новую порцию виски.
Просидев минут пять в мучительной тишине, я снова беру телефон и дрожащими пальцами нахожу номер Синди. В Сент-Поле почти полночь, но на Западном побережье еще десять часов.
Мама Джейми сразу же отвечает.
– Здравствуй, милый! Ты почему не в постели? Наверняка устал после такой напряженной игры!