Сарина Боуэн – Хороший мальчик (страница 56)

С поездки прошло уже две недели, и я опять в квартире Блейка. Черт, я бываю здесь так часто, что кажется, я тут живу. Мужчина, похоже, не против, что я захватила его берлогу. Просто здесь так… просторно. Моя комната крошечная, и теперь в ней еще сложнее уединиться, потому что Вайолет… кое с кем встречается. Я поверить не могла, когда по возвращении узнала про нее и Кита Чана, нашего однокурсника. Видимо, она наконец-то начинает расслабляться и все меньше безостановочно думать об учебе.

А еще здесь Блейк. Я могу заниматься самообманом, утверждая, что меня привлекает план квартиры, но на самом деле это делает крупный парень на другом конце дивана.

Украдкой бросаю на него взгляд, но он не замечает, потому что сосредоточен на экране телевизора. Я изучаю его крепкую челюсть и суровые скулы. В уголках рта у него морщинки от смеха, и я чувствую, как от одного взгляда на это у меня самой губы растягиваются в улыбке.

Я всегда говорила, что буду с кем-то глубоким и артистичным. Однако улыбаться, как идиотку, меня заставляет этот веселый хоккеист размером с Голиафа[50].

Кто ж знал?

– Пупсик, – ворчит Блейк, сидя в нескольких метрах от меня. – Я возбужден.

Хихикаю.

– Знаю, большой мальчик, но побудь крепким орешком. Оставайся на месте, пока не появится сюрприз.

Он хлопает себя по паху.

– А может, я сам устрою тебе сюрприз?

– Нет. – Я показываю на экран. – Сиди тихо и смотри игру.

От его преувеличенно сердитого выдоха я с трудом сдерживаю улыбку. Он пытается сорвать с меня одежду с того самого момента, как я сюда приехала. Но я жду доставку и не хочу, чтобы нас прервал дверной звонок. Конечно, просить Блейка держать ширинку застегнутой – это как просить собаку не лизать свои яйца, поэтому я до поры до времени сослала его на дальний конец дивана.

– Игра закончилась, – жалуется он.

Я бросаю взгляд на телевизор и понимаю, что он прав. Игру чикагской команды сменили новости.

– Тогда посмотри что-нибудь другое.

– Ладно. Сними одежду, и я буду любоваться тобой.

– Блейк.

– Что?

– Я вот-вот устрою лучший сюрприз в твоей жизни, – сообщаю я ему. – Все, что от тебя требуется, – это перестать ныть, как дошкольник.

Он поднимается с дивана.

– Хорошо. Тогда я иду в душ. – Он поднимает бровь. – И, может быть, там я потрясу своим змеем – как тебе?

– Если это тебя заткнет, то я только за. – Машу рукой в направлении прихожей. – Иди. Я присоединюсь, если доставка приедет до того, как ты выйдешь.

– С тобой скучно, малышка Джей.

Его громкие шаги оповещают о том, что он действительно уходит. Может быть, он сейчас и дуется, но он сразу же перестанет, когда увидит, что я ему приготовила. Я дрожу от предвкушения уже три дня.

Я слышу приглушенный звук текущей воды и одобрительно киваю. Хорошо. После того как в дверь позвонят, мы вряд ли сегодня вообще займемся сексом.

Тук-тук.

Я резко поворачиваю голову к двери. Какого черта? Никто не попадает в это здание, пока его не впустят по домофону. Консьерж в лобби следит за этим. К тому же курьер должен написать, когда будет внизу.

Я настороженно поднимаюсь на ноги и иду в прихожую. В двери нет глазка, поэтому я не убираю цепочку, когда слегка приоткрываю дверь.

В горле застревает воздух, когда я вижу Молли.

Ее красивое лицо мрачнеет, как только она встречается со мной взглядом. На нем появляется смесь шока, гнева и раздражения.

– Что ты тут делаешь? – спрашивает она.

Я заставляю себя оставаться спокойной.

– Кажется, более важный вопрос – что тут делаешь ты? И как ты сюда поднялась?

Молли поджимает губы.

– Можешь, пожалуйста, убрать цепочку? Это грубо.

То есть я тут грубая? Ха. И все же я открываю дверь немного шире. Но внутрь не приглашаю.

– Консьерж сказал, что мне можно подняться, – объясняет Молли, отводя взгляд. – Я сказала ему, что знаю Блейка.

О боже. Видимо, этот новенький. Никто из тех, кто проработал в этом роскошном здании больше дня, никогда не впустил бы в лифт гостей, не согласовав это с хозяевами. Уверена, что ежедневно тут появляется сотня фанаток, утверждающих, что знают Блейка или Уэса.

Я делаю мысленную заметку: надо сказать Блейку, чтобы он поговорил с этим парнем.

– Он здесь? – спрашивает она, заглядывая мне за спину.

– Он в душе.

Бывшая Блейка закусывает губу.

– О. Понятно. А ты что?

– А что я? – Не могу удержаться от саркастичной реплики. – Нет, Молли, я не в душе.

В ее взгляде вспыхивает раздражение.

– Мне надо поговорить с Блейком. Можно я войду и подожду его?

Я с секунду изучаю ее, а потом скептичным тоном отвечаю:

– Без обид, но сомневаюсь, что Блейк будет рад выйти из душа и увидеть тебя на диване. Почему бы тебе не позвонить ему?

Она хмурится, и это ей не идет.

– Потому что он не отвечает. – Она поправляет ремешок черной кожаной сумочки. – Слушай, мне надо с ним поговорить.

– Зачем? – прямо спрашиваю я.

Молли явно не нравится, что ей задают вопросы. Она мрачнеет еще сильнее.

– Тебя это не касается, Джанет.

– Джесс, – жестко говорю я. – И это тебе уже известно. Уверена, что ты пытаешься меня унизить или сделать еще какую-то хрень, неправильно называя. Однако это не действует. Можешь называть Джанет, Джеки или Джулией, мать твою, Чайлд. Это не изменит того факта, что я девушка Блейка.

Боже, наверное, пора уже закрыть рот, но по какой-то причине я не могу перестать говорить. Вид этой женщины, у которой был самый великолепный мужчина на свете и которая врала ему, бесит.

– Он хранил твой секрет пять лет, – тихо говорю я. – Он позволил семье думать о нем самое худшее. Ты была мученицей, хотя разбила ему сердце. Он сделал это, потому что твоя репутация была для него важнее.

Молли хватает приличия вздрогнуть.

– Но ты этого не стоишь, – честно говорю я. – И ты не заслуживаешь даже быть с ним в одной комнате. Ты здесь, чтобы извиниться? Попытаться завоевать прощение, чтобы он поговорил с Бренной? Чтобы подруга перестала считать тебя монстром?

У нее краснеют щеки.

– Ты вообще понимаешь, как это несправедливо? – Мой голос смягчается. – Я не дам тебе втянуть его обратно в эту свою хрень. Я скажу, что ты заходила, и передам сообщение. Если же он спросит мое мнение, отвечу, что ты не стоишь его времени.

– Джесс, – умоляет она с безысходностью. По всей видимости, она в отчаянии, если обращается по имени. – Ты должна сделать это. Иначе я скажу ВАГсу, что ты охотница за деньгами, и они перестанут с тобой общаться.

– Флаг тебе в руки. Мне плевать на членство в каком-то клубе, даже если там и делают прекрасные дайкири. Ты причинила боль Блейку. Я не дам тебе сделать это еще раз. Поэтому неси свою плаксивую лживую задницу в лифт и оставь ему сообщение. Я ни за что не дам тебе и шагу ступить в эту квартиру!

Она открывает рот, чтобы протестовать, но я закрываю дверь. И на всякий случай запираю.

Может быть, я переборщила и это разозлит Блейка, но…

– Спасибо.