Сара Зеттел – Наследие чародея (страница 66)
— Возможно, вам лучше остаться, — возразил Сакра. — Этот человек знал вашего отца…
Бриджит не удостоила его взглядом. Она была занята тем, что сосредоточенно складывала шаль так, чтобы ее можно было нести за чистые края.
— Что мне за дело?
— И вашу мать.
Мама… Она пробыла с ней так недолго и с таким трудом пыталась пробиться через холод, которым Бриджит себя окутала, найти путь к ее сердцу. Мама, которая не хотела ее оставлять, однако ей пришлось это сделать. И все же она вернулась, она пыталась объяснить, пыталась предупредить ее.
Бриджит расправила плечи и, избегая смотреть Сакре в лицо, проронила:
— Думаю, на сегодня с меня достаточно. Я и так узнала больше, чем хотела. В том числе и о своей матери. Благодарю вас. — Она решительно направилась к двери, мечтая как можно скорее сбежать отсюда.
— Госпожа Бриджит, прошу вас, останьтесь! — крикнул Сакра ей вдогонку.
— Зачем?
— Я очень хочу, чтобы вы послушали то, о чем здесь будет говориться, — ответил он. — А еще потому, что лорд-мастер Пешек — пожилой человек, которого одолевают сомнения, и если он увидит вас, это его успокоит.
Сакра помолчал, а затем продолжил:
— Я хочу, чтобы вы знали: несмотря ни на что, я ваш друг, и если вам понадобится моя помощь, я сделаю все, что в моих силах.
У Бриджит комок подступил к горлу. Она осторожно положила шаль на стул и взглянула на Сакру. И постепенно поняла, чего же в нем не хватает. Когда она смотрела на Сакру, оба ее глаза видели одно и то же. Не было ни отражений, ни искажений, ничего скрытого — того, что она могла заметить левым глазом. Пристально вглядываясь, Бриджит подошла ближе, но ничего не увидела, кроме человека с карими осенними глазами и выражением безграничного терпения на лице. Она уже стояла так близко, что могла дотронуться до него рукой, но все равно видела в его глазах только кристальную честность. Боже всемогущий, как же давно это было, сколько лет прошло с тех пор, как ей предлагали такую роскошь — честность и дружбу, не смешанную с жалостью? Да и преподносил ли ей кто-нибудь такой драгоценный дар за всю жизнь?
— Прошу прощения. Господин, — раздался чей-то голос. — Госпожа.
Бриджит и Сакра замерли, словно парочка провинившихся школьников, пойманных за сараем. Из-за слез, застилавших Бриджит глаза, и чувств, переполнявших ее сердце, она едва различала стоявшую в дверях фигуру.
— Лорд-мастер. — Сакра поклонился.
Человек согнулся в ответном жесте и только после этого подошел ближе. Свет звезд становился все более рассеянным, но когда Бриджит вытерла глаза, она все же смогла разглядеть, что перед ней стоит сухопарый человек с лицом, выражающим сдержанность. Когда-то он был красив, подумала Бриджит, но заботы прорезали на его лице слишком много морщин.
— Спасибо, что пришли, лорд-мастер Пешек, — сказал Сакра.
— Вы сказали, что у вас есть для меня важные известия, — отозвался лорд-мастер Пешек, не сводя глаз с Бриджит. — Прошу прощения, госпожа, я…
Сакра прервал его. Теперь он был чрезвычайно скован, Бриджит почти физически ощущала исходившее от него напряжение.
— Лорд-мастер Пешек, сын Пачалка, внук Урсулы, — представил он. — А это — Бриджит Лофтфилд Ледерли, дочь Аваназия, внучка Финора.
Лорд-мастер пошатнулся, словно от удара. Он ухватился за угол ближайшего стола, и даже в тусклом свете Бриджит увидела, как побелели костяшки его пальцев.
Сакра обернулся к Бриджит, и она поняла, что должна что-то сказать.
— Как поживаете, сударь?
— Святые предки… — выдохнул Пешек. — Мы и не думали… Мы и не знали, что она смогла сделать это там…
Он поклонился, все еще дрожа:
— Я счастлив приветствовать вас, госпожа Бриджит.
— Благодарю.
Пешек, видимо, решил не подвергать излишнему риску свое немолодое сердце и присел на стул. Затем вытер лоб широкой ладонью и снова глянул на Бриджит, словно не веря своим глазам. Однако выдерживать на себе его взгляд было легко: он был какой-то мягкий и доброта в нем соседствовала с изумлением.
— Как же случилось, что вы оказались именно здесь и именно сейчас? Неужели…
— Ее привез Калами, — ответил за Бриджит Сакра, прохаживаясь вдоль стола.
— Калами? — Глаза Пешека округлились. — Но почему же тогда она с вами?
Губы Бриджит изогнулись в усмешке, и она принялась без нужды оправлять юбку.
— Похоже, Вэлин Калами опустил кое-какие детали, рассказывая мне о ситуации, которая здесь сложилась.
Подняв глаза, Бриджит увидела, что Пешек улыбается. Улыбка озаряла все его лицо, и Бриджит убедилась, что первое впечатление было верным: когда-то лорд-мастер и впрямь был исключительно красивым мужчиной.
— Говорите вы точь-в-точь как ваша матушка.
— Я не знала свою мать. Она умерла при моем рождении.
При этих словах Пешек прикрыл глаза и коснулся губами сустава указательного пальца. Это напомнило Бриджит католический обычай — перекреститься, когда говорят о покойнике.
— Я это подозревал, — сказал Пешек. — Иначе она ни за что не осталась бы там.
Он сокрушенно покачал головой:
— Мне очень жаль.
— Спасибо, — быстро отозвалась Бриджит, чтобы остановить поток сочувственных слов, потому что в один ужасный момент ей хотелось сказать: «А мне нет».
— Она… Я… — Бриджит надула щеки и шумно выдохнула. Нет, это просто смешно. Ну давай, скажи это! Здесь можно говорить что угодно, и тебе поверят. — Лорд-мастер Пешек, ко мне являлась ее тень. И она велела передать вам, что вы все сделали правильно.
Пешек закрыл глаза и испустил долгий, глубокий вздох.
— Благодарю вас, госпожа, — сказал он. — А ведь я уже начал терять уверенность в цели.
— Поверьте, я вас прекрасно понимаю. —
Сакра уперся ладонями в стол и наклонился вперед.
— Вы должны знать, лорд-мастер, что Уло вас предал. Императрице стало известно, что вы поддержали Храбана в его начинании.
Бриджит не ожидала, что в ее присутствии Сакра станет произносить такие откровения. С другой стороны, он ведь сам хотел, чтобы она осталась. Бриджит сознавала, что можно прямо сейчас идти к Калами и выступить новым свидетелем того, что, по всей видимости, являлось заговором. И Сакра понимает это так же отчетливо, как она сама. Она сознательно предоставил ей власть — не только над собой, но и над своими союзниками.
В то время как эти мысли проносились в голове Бриджит, краска сползла с лица Пешека. Свет улыбки тоже померк, лицо его стало просто лицом усталого старика.
— Что ж, — сказал он, запустив пятерню в седые волосы. — Чего же еще ожидать от сына Обана! Про его отца можно много чего сказать, но никто не скажет, что он был образцом храбрости. — Он задумчиво покачал головой и опустил руку на стол. Бриджит заметила, как дрожат его пальцы. — Полагаю, Храбан думал, что в его положении нельзя быть слишком разборчивым. Многие по-прежнему любят и боятся императрицу Медеан. — Его голос стал жестким. — Что вы и ваша госпожа собираетесь предпринять насчет этой измены?
— Все уже сделано. Уло мертв.
Пешек притих. У Бриджит появилось зловещее ощущение, что старик оценивает находящиеся в комнате вещи на предмет их использования в качестве оружия.
— Теперь вы можете уехать, лорд-мастер, — серьезно сказал Сакра, но Бриджит заметила, как пристально он при этом смотрел Пешека. — Лорду Храбану уже сообщили, чтобы он готовил людей. К концу праздников мы так или иначе покончим с правлением Медеан.
— Дворцовый переворот посреди зимы? — Пешека словно подменили: взгляд его стал расчетливым и переместился с Сакры на столешницу. Бог его знает, что он там увидел, но вполне возможно, что это была карта. Если Пешек знал ее… родителей, то он мог быть солдатом в той стародавней войне.
— План не самый плохой, — признал он. Несколько секунд он молча барабанил пальцами по столу. — Но вам,
Он вскинул голову, и его глаза горько блеснули:
— Позовет на помощь своего папочку? Все будут от этого просто в восторге. Особенно южные земли.
Сакра опять скромно улыбнулся. К своему удивлению, Бриджит обнаружила, что ей начинает нравиться эта улыбка. Она могла принадлежать только человеку, который понимает абсурдность своего положения так же ясно, как и его неумолимую серьезность.
— Можно только удивляться, как вы, с таким отношением, вообще согласились поддержать это предприятие.
— Можно, — сухо ответил Пешек и провел рукой по столу, словно стирая то, что он там видел. — Наверное, я сделал это потому, что надеялся убедить Медеан, — задумчиво добавил он, глядя на свою ладонь. — Наверное, я надеялся…
Но вместо того чтобы закончить предложение, он лишь опять покачал головой.
Однако Сакра, похоже, не собирался оставлять лорд-мастера в покое.
— Так на что вы надеялись?
— Я надеялся, что смогу открыть ей глаза на опасность, которой она подвергает себя и Изавальту.