Сара Вульф – Прекрасные и Порочные (страница 15)
– Болела. Видишь ли, есть такая вещь, как иммунная система...
Он поднимает руку и трет глаза.
– Хорошо, прекрати. Закрой все свои системы. И просто. Прекрати. Разговаривать.
– Почему?
– Это раздражает.
– Раньше меня это никогда не останавливало!
– Почему ты вообще за мной следила?
– Мне было... любопытно?
– Попробуй еще раз.
– Хочешь, чтобы я была честной?
– Предпочтительно да, поэтому прекрати тратить моё время.
– Мы воюем. А войны не требуют честности. Кстати, как тебе временное отстранение?
– Замечательно, спасибо, – его голос наполняется едким сарказмом. – Меня наняли семь новых клиентов, так что за эту неделю я заработал дополнительную тысячу.
– Впечатляет! Они столько платят за твой член или за офигенно убогие комплименты? Оу, или это оплачивается отдельно? Если так, то выпиши мне счет! Я хочу наслаждаться твоими серенадами вместе с ними, пока буду давиться собственной желчью.
Он смотрит вниз на банку с глазурью у меня в руках.
– Ты ешь это прямо из банки?
– Ты король глупых вопросов? – выпаливаю я. – Конечно ем! Глазурь – это же пища богов! Господи, если ты, конечно, вообще что-то понимаешь в религии. Ты религиозен? У меня такое ощущение, что единственная церковь, к которой ты можешь присоединиться – это церковь самопоклонения. Мое тело – мой храм. Так это работает, парень?
– Что ты несешь? – рычит он. – Ты пустомеля!
– По крайней мере, я не распутница!
Джек закатывает глаза.
– Все не так просто.
– Ммм, действительно? Потому что звучало именно так. Новая веревка и гостиничный номер? По-моему это означает, что или вы займетесь извращенным сексом или собираетесь совместно повеситься.
Хантер вздыхает.
– Ей нравится, когда её связывают, понятно? Не мне. Мне такое не нравится, ясно? Это моя работа. Поэтому отвали и отправляйся на свою вечеринку для малолеток, на которую ты изначально собиралась.
– Как ты узнал, что я собираюсь на вечеринку?
– Квитанция на красные пластиковые стаканчики торчит из твоей куртки. Подводка для глаз. Девушка рисует такие стрелки только тогда, когда планирует напиться.
– Туше! Ты умнее, чем я думала.
– А ты раздражаешь сильнее, чем я изначально предполагал. Если бы знал, что ты будешь меня преследовать как и все остальные, то никогда бы тебя не поцеловал даже в отместку.
– Серьезно, ты всех так целуешь! Ничего особенного?
– Точно. Ничего особенного. Поэтому отвали, оставь меня в покое.
Он разворачивается и уходит, а я как сумасшедшая машу ему в спину, подпрыгивая на месте.
– Пока, лузер! Постарайся не обложаться17! Хотя догадываюсь, тебе за это уже заплатили, да?
Он показывает мне через плечо средний палец, но от этого я смеюсь еще громче и поздравляю саму себя. Я в первый раз увидела его действительно возмущенным. До этого было только много холодного сарказма и каменных взглядов. Но в этот раз я забралась ему под кожу. Я, Айсис Блейк, забралась под его заледеневшую кожу. Всю дорогу к машине и на вечеринку я ору триумфальную песню Кэти Перри. Мне даже не нравится Кэти Перри. Но моя победа так сладка, что даже бессмысленная поп-музыка звучит, как военные трубы римских гладиаторов, в любом случае, я всё равно кричу вместе с ними!
-6-
Лужайка перед домом Кайлы вся заставлена машинами. Я втискиваю свой Жук между деревом и БМВ, затем спешу в тепло освященного дома.
– Я принесла подарки! – кричу я сквозь уже грохочущую музыку. Здесь, должно быть, около сотни людей, если не больше. Как там сказала Кайла? Небольшая тусовка?! Пфффф. Я могла бы зарядить небольшой реактивный самолет энергией от человеческого тепла, распространившегося по комнате.
Сваливаю стаканы в кухне, где на стойках уже громоздятся бутылки «Джек Дэниэлс» и «Бакарди». Я ревностно слежу за своей глазурью, медленно поедая её, пока слоняюсь в поисках Кайлы. Как обычно, группа извивающихся танцоров собралась вокруг динамиков, а на каждом стуле и диване встречаются зажимающиеся и целующиеся парочки. Кто-то разбрасывает повсюду рулоны фиолетовых лент, кто-то одел искусственную голову лошади, которая меня пугает, а кто-то пультом от телевизора вытирает с книжной полки рвоту. Я не узнаю и половины людей здесь. Некоторые, должно быть, из Мидвейл Хай. Кайла находится в саду, который представляет собой великолепное собрание решеток, обвитых плющом, и мягко бурлящего фонтана. Кайла выглядит просто бесподобно! Благодаря своему обтягивающему синему топу и белой юбке девушка похожа на загорелую богиню тенниса. Она разговаривает с кем-то из компании Эйвери, но когда замечает меня, то сразу отходит от них и с улыбкой торопится ко мне.
– Привет! Ты это сделала!
– Да, стаканы на кухне.
– Потрясающе! Большое спасибо. Отлично выглядишь.
– Ты тоже. Буду сегодня в состоянии боевой готовности, побью всех ползучих гадов бейсбольной битой, если потребуется.
– Ох, расслабься, – смеется она. – Иди, возьми что-нибудь выпить!
Когда возвращаюсь с колой и ромом, её уже нет. Я оглядываюсь в поисках Кайлы и вижу, что она танцует с каким-то парнем. Он не трется об нее и не пялится на её грудь девяносто девять процентов времени, поэтому он мне нравится. Сейчас. Когда парень встречается со мной взглядом, я показываю двумя пальцами на свои глаза, затем на него, предупреждая, что наблюдаю за ним. И, вау, должно быть, он понял, потому что нервно улыбается мне и кивает. Хороший мальчик.
– Как обычно угрожаешь мужскому населению? – произносит знакомый голос. Я поворачиваюсь и вижу Рена, в повседневной рубашке поло и джинсах. Он крепко держит напиток, солнечно ухмыляясь мне и смотря своим ужасающим настойчивым взглядом.
– Аха. Что с тобой, друган? Почему ты здесь? Ох, знаю! Ты супер крутой През! Ты не сплетничаешь о пьяницах.
– Ну, если бы я сплетничал, то не дружил бы с таким количеством людей, не так ли?
– Ах, понимаю. Ты сильно жаждешь этой игры в популярность.
Он смеется, качая головой.
– Это не жажда популярности, а скорее... как его? Дружелюбие? Я просто люблю нравиться людям.
– Аха. Эта глубоко укоренившаяся потребность в одобрении взращена твоей мамой алкоголичкой или постоянно работающим отцом? Это бы объяснило, почему ты столько работаешь волонтером и пытаешься сделать как можно больше хорошего, потому что никто для тебя ничего не делает.
Он выглядит так, будто я ударила его. Я машу рукой и смеюсь.
– Я пошутила. Я делаю бредовые умозаключения, когда напьюсь.
– Как ты... – он останавливается. – Думаю, я должен прекратить задавать вопросы на данном этапе. Ты и он никогда не перестаете меня удивлять.
Он? Рен имеет в виду Джека? Я показываю на его стакан, чтобы сменить тему.
– Что ты пьешь?
– Виноградный сок.
Я смеюсь.
– Серьезно?
– Серьезно. Сегодня меня назначили «трезвым водителем».
– Аааах, През, – я хлопаю его по спине, и он проливает сок на пол. – Всегда такой правильный. Тебе необходимо научиться жить!
– А я что делаю?! Я постоянно живу!
– Да, но ты живешь для других людей и их дерьма. У тебя нет времени на себя. Вскоре ты начнешь обижаться на всех, если так и продолжишь делать всё для них, а не для себя!