Сара Шпринц – Что, если мы поверим (страница 21)

Ого!

Круто.

Садия

Здорово, правда?

Хоуп

Фанфик?

Садия

Ты что, конечно, нет!

Она начала работу над новой рукописью и прислала ее агенту.

Я не смогла напечатать ответ, пальцы словно налились свинцом.

Конечно не фанфик… Какой дурак станет отправлять его агентам? Конечно, Джен представила свои новые идеи. Одну из тех, что мы с восторгом придумывали и развивали по ночам.

Наконец-то она решилась, и я за нее очень рада, но мне было больно узнать об этой новости не из первых уст.

Уж не знаю почему, но я вышла из мессенджера и зашла в инстаграм. Секунду поколебавшись, я ввела имя Джен в поисковую строку и открыла ее профиль.

И правда… На предпоследнем фото был виден белый лист бумаги, лежащий между блокнотом и чашкой кофе. Ручка с логотипом агентства закрывала полное имя и адрес Джен, но остальной текст было видно очень хорошо. Договор о сотрудничестве… Агентство Говарда Баркли.

Невероятным волевым усилием я вышла из приложения, не успев прочесть подпись к фотографии. Было трудно подавлять в себе растущую зависть, но еще сложнее было испытывать чувство, что я перестала быть частью ее жизни. Еще несколько месяцев назад я бы первой узнала об успехе Джен. А теперь мое дурацкое подсознание рисовало картины, как Садия и Флинт желают Джен успеха. Как они в нашем бывшем общем чате кричат от радости по поводу договора. Да, они и за меня радовались, когда я рассказала им о «Магнолии», и я понимала, что успех Джен ни в коей мере не умаляет моего. Но почему же мне так сложно об этом помнить?

И я знала ответ на этот вопрос. Он лежал на поверхности. Мне хотелось, чтобы между нами все стало по-прежнему, и осознание, что по-прежнему уже не будет, причиняло мне боль. Физическую боль.

Флинт

Эй!

Я вздрогнула, увидев его сообщение. Флинт написал мне в личку.

Флинт

Я знаю, что ты сейчас следишь за Джен.

Тебе нужно остановиться.

Серьезно, Хоуп.

Хоуп

Я знаю…

Флинт

Ей просто повезло, мы все это понимаем.

Невозможно написать всего одно письмо и сразу получить согласие.

А у тебя предложение от «Магнолии».

Скоро и агентства появятся, вот увидишь.

Хоуп

Наверняка.

Я ненавидела себя за эти односложные ответы. Но я не могла обманывать Флинта.

Флинт

Серьезно, Хоуп.

Все будет хорошо.

Как у тебя в целом дела?

Как семинар в университете?

Хоуп

Семинар отличный.

А вот со Скоттом…

Не успев допечатать, я остановилась и быстро стерла последнее предложение, чтобы ненароком не отправить сообщение. О Скотте я, пожалуй, пока умолчу.

Не знаю почему, но мне хотелось сохранить эту историю в тайне.

Хоуп

А у тебя?

Флинт

Пока все легко.

Я только в середине октября начну готовиться к промежуточной сессии.

Промежуточная сессия, боже мой… О ней-то я и думать забыла. Как минимум до Хеллоуина я игнорировала тот факт, что помимо контрольных и курсовых мне еще нужно было сдавать экзамены. В отличие от Лори и Эммета, которые начинали готовиться к экзаменам уже в самом начале семестра, у нас в первые недели учеба была расслабленной.

Флинт изо всех сил старался меня отвлечь, но, когда ему пришлось попрощаться, чтобы идти на работу, меня вновь захлестнул водоворот мыслей о Джен, причем куда быстрее, чем мне того хотелось.

Ее теперь представляет агентство, а я узнала об этом из чата. Мне было так больно оттого, что я больше не играла никакой роли в ее жизни, а она все еще была важной частью моей.

Наверное, мне стоило встать и как-то отвлечь себя от этих мыслей. Приготовить ужин, посмотреть фильм, почитать новую книгу. Что угодно. Но я понимала, что хаос в голове не даст мне сосредоточиться.

Я открыла новый документ на ноутбуке и начала печатать, потому что это единственный способ вытащить пробку из сливного отверстия и до последней капли опустошить мою разрывающуюся голову.

Too hard to handle.doc

Джен, лучше бы мы никогда не знакомились.

Серьезно. Мне было бы гораздо проще, ведь сейчас ты живешь тем, что мне больше всего нравится. Мы заложницы писательской тусовки, которая слишком мала, чтобы друг друга игнорировать. Ты превратила это в соревнование. Чертова гонка: кто быстрее, кто остроумней, кого больше любят. И ты победила. Поздравляю,

Джен.

Я чувствую себя так же. Прошло сто девяносто четыре дня, а мои чувства все те же. Бессилие, ярость и пустота. Я иду по улицам, вижу на витрине книжного магазина твоего любимого писателя, и моя первая мысль: нужно сделать фото и прислать тебе. Я слышу, как люди говорят о вещах, которые всегда будут связаны с тобой. Я скучаю по нашим разговорам и нашей дружбе.

Но что это за дружба, Джен, если мне приходилось вынуждать тебя встретиться со мной на денек хотя бы три раза в год?

Что это за дружба, когда ты говоришь мне, что тебя бесит, как все считают себя твоей подругой после того, как ты пару раз с ними поговорила? Что это за дружба, если твое внимание я считала наградой, которой должна гордиться? Зачем нужна дружба, которая возносит меня так высоко, что я перестаю видеть землю и начинаю считать, что это навсегда? Потому что мне было слишком хорошо. Дружба с тобой возносила меня выше всего, но и падать было больнее. Дружба с тобой была похожа на бесконечные американские горки, и я постоянно боялась, что ты передумаешь и потеряешь ко мне интерес. Видимо, это была интуиция, потому что в конечном счете все так и вышло. Забавно, не правда ли?

В нашей дружбе не было ничего постоянного, и именно это мне нравилось больше всего. Каждый разговор с тобой одной был лучше, чем десять разговоров с десятью друзьями, вместе взятыми. Все было таким волнующим и мощным, как какая-то игра, где я постоянно открывала следующие уровни. Твое внимание было как трофей, за который приходилось биться с остальными.

Постоянство скучное.

Постоянство бесцветное.

Постоянство тихое.

В нас не было ничего постоянного, мы были взволнованы, непредсказуемы и напряжены до предела.