Сара Шпринц – Что, если мы останемся (страница 55)

Какое-то время Эммет просто молча на меня смотрел.

– Хм, об этом я совсем не подумал, – сказал он.

– Но я не буду скрывать от них наши отношения, если тебе это неприятно.

– Нет, я думаю, ты права.

– Решай сам, ладно?

Эммет кивнул.

– Может, после курсового проекта?

– Мы сдаем его в твой день рождения, – сказала я. Услышав мои слова, Эммет усмехнулся.

– А ты откуда знаешь?

– Лори подсказала.

– Ах вот как. Но вообще да, дедлайн в этот день. Прямо джекпот, правда?

– Я уверена, это принесет удачу.

– В любом случае я давно так не ждал своего дня рождения.

– Скоро, малыш. А потом начнется лето.

Эммет улыбнулся, а я изо всех сил старалась не выдать себя предательской ухмылочкой. Если б он знал, если б он только знал…

Я чмокнула его в нос, а потом мы вместе склонились над моим ноутбуком.

Весь вечер перед сдачей мы вчетвером судорожно вносили последние изменения в свой почти готовый макет, от изнеможения уснули прямо в аудитории, а когда среди ночи проснулись, то откупорили бутылку вина и подняли бокалы с Леа и Адамом. В честь двадцать второго дня рождения Эммета, а также за скорейшее окончание работы.

Я едва стояла на ногах, когда ровно в десять утра мы предстали со своей презентацией перед строгим взглядом моего отца. Мне было все равно, что я уже сутки не переодевалась, и лишь кое-как стряхнула со своих черных брюк остатки пенопласта. Даже Эммет выглядел слегка неопрятно, что говорило о многом – хотя в день сдачи проекта все студенты выглядели так, будто последнюю неделю спали на улице.

Я не помню, какими словами папа хвалил наш инновационный проект, аккуратное исполнение и запоминающийся дизайн. Я помню лишь, как Эммет вздохнул с облегчением, увидев нашу оценку. 96 баллов. С большим отрывом лучший результат за все мои годы учебы. Вознаграждение за все бессонные ночи и работу без выходных. Но что еще важнее: Эммет обеспечил себе стипендию на следующий семестр.

Мы с невозмутимым видом дождались окончания беседы, поблагодарили папу, но, едва выйдя из его кабинета, завопили от радости. Вместе с Леа и Адамом мы отправились на парковку. Едва мы отошли на достаточное расстояние от кампуса, Эммет поднял меня на руки и начал кружить и целовать со всей страстью. Я запустила пальцы ему в волосы и в этот момент испытала невероятную гордость за Эммета, Леа и Адама. И да, за себя тоже.

– Мы сделали это, мы смогли, – прошептал Эммет между поцелуями, а я, улыбнувшись, кивнула.

Я чувствовала себя легко и свободно, пока мы на парковке фотографировали свой макет, чтобы навечно запечатлеть результат нашей кропотливой работы, которая отняла столько недель. А потом Эммет и Адам в последний раз подняли лист ДСП с нашим проектом. Я, затаив дыхание, провожала взглядом мост, изогнутые фасады, крошечные деревья и человечков, прежде чем наш Париж навсегда исчез на дне мусорного контейнера.

Стоя вчетвером вокруг металлического контейнера, мы, не сговариваясь, решили почтить память макета минутой молчания. Странно было вот так расставаться с тем, что неделями занимало все наши мысли. Июльским утром в полупустом кампусе, потому что у большинства студентов уже начались летние каникулы. Солнце слепило мои усталые глаза, свежий ветер с Тихого океана гладил меня по плечам. А потом я почувствовала прикосновение Эммета, который вновь прижал меня к себе.

Я уронила голову ему на грудь и посмотрела на него снизу вверх. Он выглядел изможденным, но улыбался. Эммет заключил меня в объятия, и, черт возьми, в этот момент мне хотелось всему миру рассказать о своем счастье.

Мы всего на несколько часов простились с ребятами, потому что они были приглашены на небольшую вечеринку у Эммета дома.

Мои глаза жгло, пока Эммет вез нас домой по оживленным улицам города. Когда он открыл дверь, моя голова была ватной и тяжелой одновременно.

Лори и Хоуп встретили нас в кухне и сразу бросились к Эммету. Они уже начали готовить еду на вечер, и я с улыбкой наблюдала, как они кинулись его обнимать и поздравлять. Конечно же, им было интересно узнать, как прошла презентация, и, конечно же, они завизжали, услышав наши результаты.

– Вы сегодня вообще спали? – спросила Лори.

Эммет засмеялся:

– По крайней мере, я этого не помню.

– Часа два за всю ночь. Он вчера уснул за ноутбуком, – сказала я, обняв Эммета за талию.

– Господи, – засмеялась Лори, – бегом спать! Чтоб к вечеру были как огурчики.

– Вам нужна помощь на кухне? – спросил Эммет, а Хоуп злобно сверкнула на него глазами.

– Тебе ремня дать по случаю дня рождения?!

– Эмбер, уложи его в постель!

Эммет засмеялся и не стал сопротивляться, когда я потянула его за руку.

– Да, у нее есть опыт в этом деле! – Хоуп, смеясь, прикусила нижнюю губу.

– Я вас ненавижу! – смеясь, крикнул Эммет, пока мы спускались по лестнице. Мы решили принять душ позже, а я на секунду засомневалась, подойдет ли этот момент для того, что уже несколько дней вызывало чувство тревоги в животе. Эммет разделся и притянул меня к себе на кровать. Уже лежа, он с почти закрытыми глазами убрал прядь волос с моего лица.

– Можешь еще пять минут не спать? Или хочешь получить подарок потом?

Он снова открыл глаза. Эммет улыбался той теплой улыбкой, от которой я сразу таяла.

– Спрашиваешь! – Он провел рукой по моему телу, и у меня по коже побежали мурашки.

Я быстро нагнулась, поцеловала его и покрепче схватилась за угловатый макет, который я держала за спиной. Когда я протянула его Эммету вместе с пачкой M&M’s, он замер. Мы сели на кровать. Эммет взял мой макет в руки так осторожно, как будто он был самым ценным, что ему доводилось держать.

– Что это? – спросил он, крутя макет в руках.

– Это здание на пилонах, а не на ходулях. – Улыбка тронула его губы, и я поняла, что он вспомнил. – По французскому образцу. Как ты говорил.

Эммет посмотрел на меня вопрошающим взглядом.

– Это здание расположено в Париже.

– Да? – кажется, он считает меня ненормальной. – А шоколад что означает?

– Happy Birthday, – прошептала я, а затем достала из сумочки два посадочных талона, – М&М едут в Париж.

Эммет перевел взгляд с моего лица на билеты, затем на макет, а затем снова на меня.

– Эмбер, – начал он взволнованным голосом, – если это шутка…

– Я не шучу.

Эммет открыл рот, но ничего не сказал. Уставился сначала на билеты, потом на меня.

– Это слишком дорого, я не могу…

– Билеты горящие, стоили просто до смешного дешево. А на отель скинулись ребята. Это общий подарок, понимаешь?

– Но…

– Полетели со мной в Париж, – прошептала я, и тут его губы накрыли мои.

– Ты с ума сошла? – выдохнул он между поцелуями.

– Нет, мое ментальное здоровье как никогда стабильно. И только попробуй сказать, что не можешь принять подарок!

Эммет посмотрел на меня. Я увидела внутреннюю борьбу в его темных глазах. Я знала, как тяжело ему принять мой подарок. Я знала, что это, пожалуй, слишком, но мне так хотелось исполнить его мечту. Во что бы то ни стало.

Он молча покачал головой, ни на секунду не отрывая от меня взгляда. Усталость в его глазах как рукой сняло. На губах появилась эта невероятная улыбка. Эммет лег на спину, потянув меня за собой.

– Мы летим в Париж? – спросил он.

Я кивнула и провела кончиком пальца по его переносице.

– Малыш, мы летим в Париж.

Глава 27

Я не знала, что Эммет впервые летит на самолете. Еще долгое время после взлета он не отлипал от иллюминатора «Боинга», завороженно глядя в окно. Лишь когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, а самолет оставил позади материковую часть Северной Америки, он, устав от новых впечатлений дня, закемарил у меня на плече. Я не спала. Все десять часов полета я не сомкнула глаз, вспоминая, как сидела здесь в прошлый раз. Это было много лет назад, но отрывки фраз на французском, которые я услышала перед посадкой, все равно вызвали во мне нервную дрожь и словно вернули в прошлое.