Сара Шпринц – Что, если мы останемся (страница 51)

Он вышел, и я не успела ответить. Эммет сидел на стуле с дедушкой. Я разом почувствовала себя здесь лишней. Словно незваный гость в ситуации, когда Эммет должен быть рядом со своей семьей.

Я поймала себя на том, как смотрю на дверь. Трусливая, существенная, часть меня уговаривала не входить. Туда, где зубастый страх и удушающая неопределенность подчиняли себе. Где мне не пришлось бы видеть беспомощное лицо Эммета.

Не знаю, как долго я в нерешительности стояла в этой комнате, пока не включилась моя другая половина. Она была маленькой и хрупкой, неуверенной и боязливой, но одновременно верной и полной безусловной любви к этому парню.

Эммет посмотрел на меня, когда я неуверенно подошла к ним. Его брат и дедушка тоже посмотрели на меня.

Я хотела произвести хорошее впечатление, хотя понимала, что сейчас это не главное.

– Ох, дедушка. – Эммет взял меня за руку. – Это…

– Эмбер, – пришла я ему на помощь и протянула руку дедушке. – Подруга Эммета.

Я удивилась, с какой легкостью эти слова сорвались с моих губ. Несмотря на изматывающую неопределенность момента, лицо Эммета просияло.

– Мне жаль, что это случилось, мистер Сорикетти.

– Спасибо, дитя. Пожалуйста, называй меня Рэй. – У него было теплое и крепкое рукопожатие и спокойный голос. Жизненные невзгоды отпечатались на его лице глубокими морщинами. Рэй внимательно посмотрел на меня. Карими, такими же, как у Эммета, глазами. И мне сразу стало спокойно в его присутствии.

– Спасибо вам. Зак, и тебе привет. – Я улыбнулась ему и села рядом с Эмметом. – Сэм в операционной, – сказала я ему.

– О’кей. – Эммет обеими руками потер лицо, а потом заговорил с дедушкой: – Расскажи, как это произошло.

Оказалось, Марджори, как всегда, прилегла после обеда, но спала дольше, чем обычно. Когда Рэй ее разбудил, она не почувствовала левую сторону тела, затем выяснилось, что она и говорить не может, тогда он и позвонил 911.

– Хорошо, хорошо, это ты правильно сделал, – повторял Эммет. – Она здесь в надежных руках. Она справится.

Комок у меня в горле стал с кулак, и с каждой минутой тревога усиливалась. Чем дольше Сэм отсутствовал, тем сильнее был страх.

– Где Джейд? – без всякой связи спросил Зак.

– У подружки. Она пошла к ней после тренировки, около восьми я должен был за ней заехать. Когда вы позвонили, я решил оставить ее там.

– Я могу забрать ее позже, Эммет, – сказала я, положив руку ему на колено.

Он благодарно кивнул. Через мгновение он взглянул на дверь и тут же вскочил. Сэм возвращался. Пока он шел к нам, я пыталась что-нибудь разглядеть в его лице, но ничегошеньки не поняла. Он смотрел то на Эммета, то на его дедушку.

– Мистер Сорикетти? Меня зовут Сэм Эверет, я врач соседнего отделения и друг Эммета. Я как раз узнавал о состоянии вашей жены.

– Пожалуйста, доктор, расскажите! – Дедушка Эммета смотрел на Сэма уважительно и одновременно с недоверием. Я заметила, что Сэм помедлил, услышав такое обращение к себе. И, словно ему трудно отказаться от привычного «я студент», он закусил нижнюю губу. Потом пододвинул для себя стул.

– У вашей жены образовался тромб в артерии головного мозга, он и перекрыл доступ кислорода к тканям и вызвал инсульт. Коллеги удалили тромб, и ее переводят сейчас в палату интенсивной терапии.

Эммет стиснул зубы. Недолго думая, я взяла его за руку.

– В палату интенсивной терапии? То есть все плохо? – Рэй не сводил глаз с Сэма, и я не переставала удивляться, каким образом он оставался настолько спокойным. Даже в такой ситуации ему удавалось внушить окружающим, что все наладится. Он, похоже, был создан для того, чтобы разгребать это дерьмо.

– Состояние Марджори серьезное, – не стал ходить вокруг да около Сэм. – Но вы вовремя спохватились и правильно сделали, что позвонили. Пока нельзя сказать, до конца ли восстановятся функции мозга, но мои коллеги дают неплохой прогноз. Кровообращение стабильное, в случае чего, в реанимации сразу проведут необходимые мероприятия. То есть, скорее, это перестраховка. – Сэм посмотрел на Рэя. – Я более-менее понятно разъяснил?

– Да, спасибо, доктор. Большое спасибо.

– Вам тоже все ясно? – Сэм посмотрел на нас.

– То есть… это значит, опасность миновала?

Я была уверена, что Сэм тоже услышал, как Эммет пытается подавить дрожь в голосе.

– Пока да. Перед операцией ей дали снотворное. Завтра рано утром картина прояснится.

– Хорошо.

– Хотите зайти к ней?

Рэй и Эммет сразу кивнули.

– Я провожу вас. Лечащий врач ответит на все ваши вопросы. – Сэм посмотрел на Зака.

– Я посижу с Заком, да? – предложила я. – Или мы можем съездить за Джейд.

Эммет посмотрел на меня.

– Ты не обязана.

– Я знаю, но просто хочу что-нибудь сделать.

– Нет, пожалуйста… – Он чуть понизил голос. – Просто побудь здесь.

– Ну хорошо. Я жду тебя здесь.

– Спасибо, – почти одними губами произнес Эммет. Я молча наблюдала, как они с дедом уходят в сопровождении Сэма.

Я не помню, что именно мы обсуждали с Заком, когда Эммет наконец вернулся. Но несмотря на всю необычность ситуации, общение с его младшим братом не доставило мне никаких хлопот. Лицо Эммета все еще сохраняло бледность, но паника ушла. Бабушке, насколько это вообще возможно, стало получше. Сэм устроил Рэя на ночь в больнице, чтобы он был возле жены. Я видела, что и Эммет хотел остаться, но все же мы решили поехать и забрать Джейд.

Сэм зашел еще раз, чтобы сказать, что Лори после смены в закусочной приедет в больницу, так что Эммет может уложить брата и сестру в ее комнате. Понятно, что сегодня эти двое уже падают с ног от усталости.

Пока мы втроем ехали за Джейд, в машине висела гнетущая тишина.

Как мы и ожидали, девочка была очень напугана, и, приехав, к Эммету, все время плакала, несмотря на его утешения, уснула она рядом с ним на диване прямо в гостиной. Хоуп была дома, и мы с ней быстренько приготовили ужин, к которому Эммет и Зак едва прикоснулись.

У меня ком встал в горле, когда Эммет понес свою сестренку наверх в комнату Лори. Мы тем временем убрали со стола, и я включила посудомойку. Вздохнув, я закрыла лицо руками:

– Ну и денек…

Хоуп подошла ко мне и неожиданно обняла:

– Мне кажется, тебе тоже срочно нужны крепкие объятия.

Я закрыла глаза и положила подбородок ей на голову.

– Спасибо.

– Хорошо, что ты здесь. С Эмметом. – Она отстранилась и посмотрела на меня. – Я рада, что у него есть кто-то, кто хорошо на него действует.

От ее слов я ощутила в груди прилив тепла, и холодная тоска, не отпускавшая меня весь день, отошла на второй план.

– Я надеюсь, что хорошо на него действую, – прошептала я.

– Хорошо действуешь, Эмбер. Правда. Я говорю это, не потому что люблю тебя.

Я прижала Хоуп и отпустила.

– Пойду посмотрю, как они там.

– Иди. Я тоже скоро спать. Если что-то нужно, скажи.

– Ты лучшая, Хоуп.

Она улыбнулась, показала руками сердечко и махнула рукой, мол, «иди уже». Я улыбнулась, но с каждой ступенькой моя улыбка сходила на нет. Ноги утопали в светлом ковре, которым был выстлан коридор. Открыв дверь в комнату Лори, я непроизвольно затаила дыхание. Комната была залита мягким светом соляной лампы. Я остановилась.

Эммет лежал вместе с братом и сестренкой. Джейд не отпускала его даже во сне, Зак тоже притулился рядышком. А Эммет… лежал с закрытыми глазами. Момент был настолько трогательным и интимным, что мне хотелось отвести взгляд. Они были так близки, эти трое, что у меня ком подкатил к горлу. Как здорово, наверное, иметь старшего брата, который защитит тебя. Я не могла себе этого представить, но знала, что тоже встану на защиту Эммета. Не важно, перед чем.

Эммет моргнул и посмотрел в мою сторону. Я тихонько подошла ближе, и он осторожно вынул руку из-под Джейд. Ни она, ни Зак не проснулись, пока Эммет вставал и укутывал их одеялом. Он выключил лампу, а я взяла его за руку. Тишина лежала тяжелой давящей пеленой. Мы прикрыли дверь в комнату Лори, пожелали спокойной ночи Хоуп. Наконец, мы оказались одни в крошечной ванной, смежной с комнатой Эммета, молча почистили зубы, с каждой минутой Эммет выглядел все более утомленным. Я поцеловала его, и мы легли в постель. Поцелуи проще слов.

Он обнял меня за талию:

– Спасибо, Эмбер.

– Да брось, – прошептала я.