Сара Шепард – Невероятные (страница 10)
– Уверена, что это хорошая идея? – громко спросила Эмили.
– Все нормально. – В ушах Эбби покачивались серьги в форме колец. – Мама с папой укладываются спать в восемь, как часы. Они же привыкли вставать в четыре утра.
– Мы давно так делаем, и нас еще ни разу не поймали, – заверил Эмили Мэтт.
Неожиданно на горизонте появился серебристый пикап, за которым тянулся шлейф пыли. Грузовичок медленно подкатил к ним и затормозил. Из кабины звучала песня в ритме хип-хоп, вроде бы знакомая, но Эмили никак не могла вспомнить ни ее названия, ни исполнителя; доносился запах ментоловых сигарет. Темноволосый парень, похожий на Ноэля Кана, помахал ее кузине и кузенам и улыбнулся Эмили.
– Так-та-а-а-к… это ваша кузина?
– Точно, – подтвердила Эбби. – Из Пенсильвании. Эмили, это Дайсон.
– Залезайте. – Дайсон похлопал по сиденью.
Эбби с Эмили сели в кабину, Джон с Мэттом забрались в кузов. Когда они покатили прочь, Эмили разок оглянулась на исчезающий вдалеке дом, и ею овладело беспокойство.
– И что же привело тебя в очаровательный Аддамс? – Дайсон со скрежетом переключил скорость.
Эмили покосилась на Эбби.
– Родители отправили.
– В ссылку?
– Точно, – вмешалась Эбби. – Я слышала, ты настоящая оторва, Эмили.
Она пояснила Дайсону:
– Эмили очень рисковая.
Эмили подавила смешок. В присутствии Эбби она ничего предосудительного не совершала, разве что лишнее печенье украдкой съела на десерт. Интересно, знают ли ее двоюродные братья и сестра, за что на самом деле родители выслали ее сюда. Скорей всего, нет: лесбиянка – ругательное слово, за которое надо платить штраф.
За несколько минут они доехали по неровной дороге до большого оранжевого силосохранилища и припарковались на траве возле машины с надписью на бампере: «Увижу сиськи – тормозну». Два бледных парня, вывалившись из красного пикапа, в знак приветствия стукнулись кулаками с парочкой дюжих светловолосых парней, выбравшихся из черного «доджа». Эмили усмехнулась. Она всегда считала, что слово «кукурузники» в отношении жителей Айовы – речевой штамп, но теперь убедилась, что это абсолютно точное описание.
Эбби стиснула руку Эмили.
– Здесь на четырех парней по одной девчонке, – шепнула она. – Так что ты сегодня без кавалера не останешься. Я всегда нахожу, с кем зажечь.
Значит, Эбби про нее ничего не известно.
– О. Прекрасно.
Эмили попыталась улыбнуться. Подмигнув ей, Эбби спрыгнула с пикапа. Эмили последовала за остальными к силосохранилищу. В воздухе витали запахи духов
Эбби, уже где-то раздобывшая пиво, подвела к Эмили нескольких парней. С прямыми волосами, худощавыми лицами и ослепительно белыми зубами, они даже в Роузвуде пользовались бы популярностью.
– Бретт, Тодд, Шави… это моя кузина Эмили. Из Пенсильвании.
– Привет, – поздоровалась Эмили, пожимая парням руки.
– Пенсильва-а-ния. – Парни одобрительно закивали, словно Эбби сказала, что Эмили из Страны грязного секса.
Эбби ушла с одним из парней, а Эмили отправилась за пивом. Пристроилась в очередь за белобрысой парочкой, обжимавшейся у всех на виду. Диджей поставил песню Тимбалэнда[23], от которого и в Роузвуде все балдели. Вообще-то молодежь Айовы мало чем отличалась от ребят в ее школе. Девчонки носили джинсовые юбки и обувь на танкетке, парни ходили в просторных толстовках с капюшоном и мешковатых джинсах и, похоже, не прочь были поэкспериментировать с растительностью на лице. Интересно, в какую школу они все ходят, думала Эмили, или их тоже родители посадили на домашнее обучение?
– Это ты новенькая?
За ней стояла высокая блондинка в полосатой тунике и темных джинсах, широкоплечая и мощная, как профессиональная волейболистка; ее левое ухо украшала змейка из четырех маленьких сережек. Но у нее было очень приятное и открытое круглое лицо, голубые глаза и маленькие милые губки. И возле нее, в отличие от остальных девчонок, которые пришли на тусовку, не терся парень, лапавший ее за грудь.
– М-м, да, – ответила Эмили. – Только сегодня приехала.
– Ты ведь из Пенсильвании? – Девушка отклонилась назад, внимательно разглядывая Эмили. – Я однажды была там. Мы ходили на Гарвард-сквер.
– Ты, должно быть, имеешь в виду Бостон, в Массачусетсе, – поправила ее Эмили. – Гарвард там.
А в Пенсильвании – Филадельфия. Колокол Свободы[24], Бен Франклин[25], все такое.
– О, – сникла девушка. – Выходит, в Пенсильвании я не была. – Она наклонила голову к Эмили. – Слушай, какой конфетой ты хотела бы быть?
– Извини, не поняла. – Эмили озадаченно заморгала.
– Ну вот смотри. – Девушка ткнула ее. – Я, например, была бы «Эм энд эмз».
– Почему? – спросила Эмили.
Девушка кокетливо потупила взор.
– Потому что я таяла бы у тебя во рту. Это же очевидно. – Она снова ткнула Эмили. – Ну а ты какой конфетой хотела бы быть?
Эмили пожала плечами. Более странного вопроса при знакомстве ей еще никто не задавал, но ей это даже понравилось.
– Вот уж никогда не задумывалась об этом. «Тутси ролл»[26]?
Девушка яростно затрясла головой.
– Нет, какая же ты «Тутси ролл»? «Тутси ролл» похожа на большую длинную какашку. А тебе нужно подобрать что-нибудь гораздо сексуальнее.
Эмили почти затаила дыхание. Неужели эта девушка флиртует с ней?
– М-м. Давай-ка сначала познакомимся, а потом уж поговорим о… сексуальных конфетах.
Блондинка протянула ей руку.
– Триста.
– Эмили.
Они обменялись рукопожатием, во время которого Триста, не отрывая глаз от лица Эмили, большим пальцем водила по ее ладони. Может, в Айове это традиционный способ приветствия?
– Пива хочешь? – торопливо спросила Эмили, поворачиваясь к бочке.
– Конечно, – ответила Триста. – Только давай я тебе налью. А то ты, наверное, даже не знаешь, как с насосом управляться.
Эмили наблюдала, как Триста несколько раз надавила на рычаг, и стаканчик медленно наполнился почти непенящимся пивом.
– Спасибо, – поблагодарила Эмили, сделав глоток.
Триста налила себе и повела Эмили к одному из диванов, стоявших вдоль стены.
– Так твоя семья только что сюда переехала?
– Я в гостях у своих кузенов и кузины, поживу у них какое-то время.
Эмили показала на Эбби, танцевавшую с высоким блондином, и на Мэтта с Джоном, куривших в компании миниатюрной рыжеволосой девушки в облегающем розовом свитере и джинсах в облипку.
– Что-то вроде каникул? – спросила Триста, хлопая ресницами.
Эмили не могла понять, действительно ли Триста придвигается к ней все ближе и ближе, или ей это только кажется. Она с трудом сдерживалась, чтобы не коснуться длинных ног Тристы, находившихся в нескольких сантимерах от ее собственных.
– Не совсем, – выпалила она. – Родители вышвырнули меня из дому, потому что я не могла жить по их правилам.
Триста теребила ремешок на своих желто-коричневых ботинках.
– У меня мама такая же. Думает, что сейчас я на концерте хора. Иначе не отпустила бы меня из дому.
– Я тоже лгала своим родителям, если шла куда-то на вечеринку, – призналась Эмили, внезапно испугавшись, что вновь расплачется.
Она попыталась представить, что происходит дома. Ее родные наверняка собрались у телевизора после ужина. Мама, папа и Кэролайн весело переговариваются между собой, довольные, что избавились от извращенки Эмили. От обиды ее даже затошнило.
Триста с сочувствием посмотрела на Эмили, словно догадываясь о ее состоянии.