Сара Шепард – Лживая игра (страница 24)

— Мне и здесь хорошо, Саттон.

— Как хочешь.

Я беру Айфон Мэделин с соседнего камня.

— Время для фото! Соберитесь все вместе!

Мы все втискиваемся в кадр, и я запечатляю момент.

— Хорошо, но не великолепно, — говорю я, смотря на результат.

— Мэдс, ты опять состроила личико королевы красоты.

Я обрамляю лицо руками и изображаю улыбку а-ля «все-что-я-хочу-это-мир-во-всем-мире».

Лорел смотрит мне через плечо.

— Я не вся в кадре.

Она показывает на руку — единственную часть своего тела на фото.

— Я знаю, — говорю я.

— Так и было задумано.

Лицо Лорел омрачает печаль.

Мэделин и Шарлотта неловко передвигаются.

Через мгновенье, Шарлотта трогает Лорел за плечо.

— Мне нравится твое ожерелье, Лор.

Лорел еле заметно улыбается.

— Спасибо! Я только сегодня его купила.

— Очень милое, — согласилась Мэделин.

Я наклоняюсь посмотреть вокруг чего все суетятся.

Большой серебряный круг свисает с шеи Лорел.

— Я могу взглянуть? — спрашиваю я Шарлотту самым милым голосом, на который способна.

Лорел нервно косится на меня, потом пододвигается ближе.

— Симпатично.

Я провожу пальцами по медальону.

— И очень знакомо.

Сузив глаза, я поднимаю волосы с шеи и показываю такое же ожерелье.

Оно было у меня уже очень давно, но я стала носить его только недавно.

Я объявила, что это — моё коронное ожерелье, как у Николь Ричи её туника или у Кейт Мосс — спортивная куртка и джинсовые микрошорты.

Лорел тоже слышала, как я это говорила.

Она также присутствовала, когда я сказала, что больше никогда его не сниму.

Снять его с меня можно только через мой труп.

Лорел теребит завязки на верхней части бикини.

Она одета в то, что я называю шлюха-кини — завязки такие тонкие, а треугольники такие маленькие, что она практически показывает бесплатное пип-шоу[5].

— Мое ожерелье не точно такое же, — спорит она.

— Твой медальон больше, видишь? А мое на самом деле не медальон.

Оно не открывается.

Шарлотта покосилась сначала на мою, потом на шею Лорел.

— Она права, Саттон.

Да, они довольно разные, — согласилась Мэделин.

Как хочется плеснуть кипятком на их физиономии.

Да как могли мои друзья беспокоиться о нехватке оригинальности у моей сестры? То, что Лорел с нами — это еще полбеды.

Паршиво, что мои друзья вступили в ее клуб только из-за того, что чувствуют жалость после исчезновения Тайера.

Еще более паршиво, что родители — особенно папа — не могут на нее нарадоваться, а ко мне относятся, как к бомбе, собирающейся взорваться.

Перед тем, как я осознала, что делаю, мои руки хватают медальон, и я сдергиваю цепочку с шеи Лорел.

Затем запускаю его в лес.

Слышится легкий звон металла, ударившегося об один из камней, а затем почти неслышимый шорох падения ожерелья в густую траву.

Лорел в шоке сморгнула.

— З-зачем ты это сделала?

— Незачем меня передразнивать.

Ее глаза наполняются слезами.

— Да что с тобой такое? — Она издает мучительный вопль, вылезает из источника, перепрыгивает камни и убегает в лес.

Никто не двинулся в первые несколько секунд после этого.

Пар витал возле лиц друзей, но он уже не придавал им сексуальности.

Застонав, я тоже выбираюсь из воды, чувствуя груз вины.

— Лорел! — кричу я в сторону леса.

Никто не отвечает.

Я запрыгиваю в сандалии, натягиваю майку и махровые шорты и бросаюсь в направлении, куда пошла она.

Лучи солнца, освещавшие путь на расстоянии пары ярдов от источников, уступали темноте.

Я осторожно, вытянув руки перед собой, шагаю в гущу мескитовых деревьев.

— Лорел? — Я слышала шорох невдалеке, а затем хруст.

— Лорел? — я делаю еще несколько шагов, проталкиваясь сквозь высокую сухую траву.

Крошечные колючки кактуса царапают кожу.

Еще шаг.