Сара Шепард – Идеальные (страница 33)

– Знаешь, меня немного бесит доктор Эванс.

– Почему?

Мелисса рассекла воду руками.

– Иногда она говорит обо мне такие вещи, будто знает меня тысячу лет. С тобой она так же?

Спенсер пожала плечами. Разве не Мелисса предупреждала ее, что именно это будет делать доктор Эванс?

Мелисса прижала ладонь ко лбу.

– Она сказала, что я выбираю ненадежных мужчин. Что меня на самом деле привлекают парни, которые заведомо не годятся для серьезных и долгих отношений, потому что я боюсь по-настоящему сблизиться с кем-то.

Мелисса потянулась за большой бутылкой минеральной воды «Эвиан», стоявшей на бортике ванны, и сделала глоток. У нее над головой Спенсер увидела силуэт крупной птицы – а, может, и летучей мыши, – промелькнувший на фоне луны.

– Сначала я разозлилась на это, но теперь… не знаю. – Мелисса вздохнула. – Возможно, она права. Я стала вспоминать все свои романы. Некоторые ребята, с которыми я встречалась, действительно казались ненадежными, причем с самого начала.

Она впилась в Спенсер острым взглядом, и Спенсер покраснела.

– Взять хотя бы Рена, – продолжала рассуждать Мелисса, словно читая мысли сестры. Спенсер отвернулась и уставилась на водопад, установленный на другой стороне бассейна. – Она заставила меня иначе взглянуть и на Йена. Думаю, он изменял мне, когда мы учились в школе.

Спенсер напряглась.

– В самом деле?

– Угу. – Мелисса осмотрела свои идеально ухоженные ногти, покрытые бледно-персиковым лаком. Ее глаза казались темными омутами. – Я почти уверена. И думаю, что знаю, с кем.

Спенсер вцепилась зубами в заусенец на большом пальце. Что, если Мелисса слышала сегодняшний разговор Спенсер и Йена во дворе? Йен явно намекал на их поцелуй. Или того хуже: что, если много лет назад Эли рассказала-таки Мелиссе о проделках Спенсер?

Незадолго до исчезновения Эли отец Спенсер повез их пятерых играть в пейнтбол. Мелисса тоже поехала с ними.

– Я собираюсь сказать Мелиссе, что вы с Йеном сделали, – промурлыкала Эли, когда они натягивали комбинезоны в раздевалке.

– Ты этого не сделаешь, – прошипела Спенсер.

– Ах, нет? – поддразнила Эли. – Берегись.

Спенсер последовала за Эли и остальными на поле. Все присели за высоким стогом сена, ожидая начала игры. Вдруг Эли повернулась и похлопала Мелиссу по плечу.

– Слышишь, Мелисса. Хочу тебе кое-что рассказать.

Спенсер толкнула ее локтем.

– Прекрати.

Раздался свисток. Все рванули вперед, в атаку на команду противника. Все, кроме Эли и Спенсер. Спенсер схватила Эли за руку и потащила ее за ближайший стог сена. От злости она вся дрожала.

– Зачем ты это делаешь? – накинулась на Элисон Спенсер.

Эли хихикнула, привалившись спиной к стогу.

– Зачем ты это делаешь? – передразнила она подругу писклявым голоском. – За тем, что это неправильно. Мелисса заслуживает того, чтобы знать правду.

Гнев сгустился в теле Спенсер, как тучи в небе перед страшной грозой. Разве друзья не должны хранить секреты? Ведь все они держали в тайне историю с Дженной, и только ради Эли – это Эли запустила фейерверк, и по вине Эли ослепла Дженна, – но каждая из них поклялась молчать. Разве Эли забыла об этом?

Спенсер не хотела спускать курок пейнтбольного пистолета… это получилось само собой. Голубой краской забрызгало весь комбинезон Эли, и у нее вырвался испуганный крик. Потом она смерила Спенсер свирепым взглядом и умчалась прочь. Что, если тогда она и побежала к Мелиссе, чтобы рассказать обо всем, и Мелисса все это время ждала подходящего момента, чтобы вывести Спенсер на чистую воду? Что ж, может, и так.

– Есть какие-нибудь идеи, кто бы это мог быть? – подначивала Мелисса. Ее голос заставил Спенсер очнуться от воспоминаний.

Она глубже погрузилась в бурлящую горячую ванну, и глаза защипало от хлорки. Поцелуй вряд ли можно считать изменой, к тому же это было так давно.

– Не-а. Без понятия.

Мелисса вздохнула.

– Может, доктор Эванс ерунду несет? Откуда ей знать, в конце концов?

Спенсер вгляделась в лицо сестры. Она вспомнила, что говорила доктор Эванс о Мелиссе – что сестре необходимо признание собственного превосходства. Что она ревнует к успехам Спенсер. Предположение казалось сначала слишком странным, чтобы принимать его всерьез.

А не могло быть так, что проблемы Мелиссы тоже родом из детства и как-то связаны с тем ограблением и болезнью Спенсер, из-за которой Мелиссе пришлось ехать на конкурс «Би» с Иоландой? Сколько еще могла пропустить ее сестра в то лето из-за того, что родители были слишком поглощены заботами о Спенсер? Сколько раз ее отодвигали в сторону?

Мне нравилось, когда мы дружили, произнес внутренний голос Спенсер. Я любила играть с тобой в конкурс произношения слов по буквам. Мне очень жаль, что между нами все изменилось. Меня давно это бесит.

– Неужели так важно, изменял тебе Йен в школе или нет? – тихо спросила Спенсер. – Я хочу сказать, это было так давно.

Мелисса уставилась в темное ясное небо. Казалось, все звезды высыпали разом.

– Конечно, важно. Это нечестно. И если я когда-нибудь узнаю, что так оно и было, Йен будет жалеть об этом до конца своих дней.

Спенсер вздрогнула. Она никогда не замечала за Мелиссой такой мстительности.

– И как ты поступишь с девушкой?

Мелисса очень медленно повернулась к ней и наградила Спенсер ядовитой улыбкой. И тут, как по команде, в саду зажглись сенсорные фонарики. Глаза Мелиссы сверкнули.

– А кто сказал, что я еще не расправилась с ней?

27. Старые привычки умирают с трудом

В субботу, ближе к вечеру, Ария притаилась за старым кленом во дворе Маккридисов через дорогу от собственного дома. Она видела, как три девочки-скаута, продающие домашнее печенье[83], подошли к дверям особняка Монтгомери. Арию так и подмывало крикнуть им: «Эллы нет дома, но оставьте для нее пару коробочек ментолового. Это ее любимое».

Девочки подождали. Дверь им никто не открыл, и они пошли к соседям.

Ария знала, это глупо – ехать сюда на велосипеде от дома Шона, следить за собственным домом, как папарацци за мега-звездой, но она так скучала по своей семье. Эккардов она бы назвала аномальными Монтгомери. Мистер и миссис Эккард вступили в местную организацию «присмотра за соседями», которая отслеживала роузвудского маньяка. Они открыли круглосуточную «горячую линию», и через несколько дней им предстояло выйти в ночной дозор. Но всякий раз, когда кто-то из родителей Шона смотрел на нее, Ария чувствовала, что они догадываются, чем она занималась с Эзрой в его кабинете. Как будто и у нее на рубашке теперь алела буква «А».

Ария понимала, что нужно прочистить себе мозги и выбросить Эзру из головы. Беда в том, что она не могла заставить себя не думать о нем. Вот и сегодняшний велопробег стал для нее калейдоскопом воспоминаний об Эзре. Она проехала мимо толстяка, уминавшего «макнаггетсы», и запах вызвал у нее слабость в коленях. При виде девушки в очках в черной пластиковой оправе, таких же, как у Эзры, ее зазнобило. Даже кошка, гуляющая по стене сада, непонятно почему напомнила ей Эзру. Но что она себе думала? Разве бывает так, что категорически неправильное… и есть самое правильное?

Когда она поравнялась с каменным домом, где во дворе крутилась собственная водяная мельница, мимо пронесся телевизионный фургон новостного «Канала 7». Он скрылся за холмом, и в тот же миг поднялся ветер, а небо вдруг потемнело. Внезапно у Арии возникло такое ощущение, будто по ней ползают сотни пауков. Кто-то наблюдал за ней.

«Э»?

Когда тренькнул ее мобильник, она чуть не свалилась с велосипеда. Резко затормозив, она заехала на тротуар и торопливо полезла в карман за телефоном. Звонил Шон.

– Ты где? – спросил он.

– Мм… вышла покататься на велике, – ответила Ария и вцепилась зубами в рукав видавшей виды красной толстовки с капюшоном.

– Хорошо, возвращайся скорее, – сказал Шон. – А то опоздаем к Моне.

Ария вздохнула. Она совсем забыла про вечеринку Моны Вондервол.

Он вздохнул в ответ.

– Ты что, не хочешь идти?

Ария сжала ручку тормоза и устремила взгляд на красивый дом в неоготическом стиле, что виднелся впереди. Хозяева решили покрасить его в королевский пурпур. Родители Арии оказались единственными в округе, кто не подписал петицию с требованием к художникам-домовладельцам выбирать более консервативные цвета для покраски домов, но суд отклонил ходатайство.

– Я вроде бы не дружу с Моной, – пробормотала Ария. – Или с кем-то из тех, кто будет на этой вечеринке.

– О чем ты говоришь? – Голос Шона звучал озадаченно. – Они – мои друзья, значит и твои. Мы отлично проведем время. И вообще, если не считать нашей прогулки на великах, у меня такое чувство, что, с тех пор как ты ко мне переехала, я тебя совсем не вижу. Что странно, если подумать.

Внезапно телефон Арии подал звуковой сигнал о дополнительном входящем звонке. Девушка отняла трубку от уха и взглянула на экран. Эзра. Рука инстинктивно потянулась ко рту, сдерживая вскрик.

– Шон, можешь подождать секунду? – Она пыталась сдержать возбуждение в голосе.

– Что такое? – спросил Шон.

– Просто… повиси. – Ария переключилась на другую линию. Она откашлялась и пригладила волосы, как если бы Эзра наблюдал за ней по видеосвязи. – Алло? – Она постаралась произнести это самым естественным, но в то же время соблазнительным тоном.