Сара Шепард – Идеальные (страница 13)

– Что за источники? – Эндрю вцепился как клещ. – Книги? Статьи в журналах? – Когда она снова обернулась к нему, ей показалось, что на его лице блуждает ухмылка, и Спенсер стало не по себе. Он знает?

– Ну… хотя бы книги из списка Макадама, – пролепетала она.

– А. Что ж, поздравляю. Надеюсь, что ты выиграешь.

– Спасибо, – ответила она, решив, что Эндрю ни о чем не догадывается. Он просто завидует. Спенсер и Эндрю вечно соревновались за звание лучшего ученика и по очереди занимали соответственно первую и вторую строчки рейтинга. Можно сказать, что Эндрю наблюдал за успехами Спенсер так же внимательно, как биржевой брокер отслеживает колебания промышленного индекса Доу-Джонса[34]. Спенсер вернулась к сортировке бумаг в папке, хотя это и не приносило облегчения.

Когда Сквидвард приглушил свет и началась демонстрация видеофильма «Микроэкономика и потребитель» под аккомпанемент задорной, жизнеутверждающей музыки, Спенсер уловила вибрацию мобильника в сумке. Медленно она протянула руку и вытащила телефон. В почтовом ящике появилось новое сообщение.

Спенс, я знаю, что ты сделала. Но я никому не скажу, если ты В ТОЧНОСТИ выполнишь мой приказ. Хочешь знать, что будет, если ты ослушаешься? Приходи на соревнования Эмили по плаванию… и увидишь. – Э

За соседней партой кто-то откашлялся. Она обернулась и встретилась взглядом с Эндрю. Он таращился на нее, и его глаза горели отраженным мерцающим светом. Спенсер отвернулась к экрану, но все равно чувствовала, что Эндрю смотрит на нее в темноте.

10. Кто-то не послушался

Во время перерыва в соревнованиях по плаванию между командами роузвудской школы и академии Друри Эмили открыла свой шкафчик в раздевалке бассейна и стянула с плеч лямки спортивного купальника «Спидо Фастскин». В этом году администрация роузвудской школы раскошелилась на профессиональные купальники олимпийского класса для сборной по плаванию. Их заказывали заранее, и они прибыли вовремя, аккурат к сегодняшней встрече. Эти плотно облегающие, как вторая кожа, комбинезоны длиной до щиколотки подчеркивали каждую выпуклость, и Эмили сразу вспоминался удав, переваривающий мышь, с картинки из учебника биологии. Эмили улыбнулась Лэйни Айлер, подруге по команде.

– Я так счастлива, что могу выбраться из этого панциря.

Она была счастлива и от того, что приняла решение рассказать офицеру Вилдену про «Э». Вчера, вернувшись домой от Ханны, Эмили позвонила Вилдену и договорилась с ним о встрече в полицейском участке сегодня вечером. Эмили не волновало, что говорят или думают другие об угрозах «Э» – с помощью полиции они могли бы поставить точку в этой жуткой драме.

– Везет тебе, отстрелялась, – ответила Лэйни. Эмили уже проплыла – и выиграла – все свои дистанции; теперь ей осталось лишь болеть за товарищей по команде вместе с толпами роузвудских школьников, оккупировавших трибуны. Даже до раздевалки доносились вопли чирлидеров, и Эмили надеялась, что девчонки не поскользнутся на мокром кафельном полу бассейна, как это случилось с Трейси Рид перед первым стартом.

– Привет, девочки. – Тренер Лорен стремительно шагала по проходу между шкафчиками. Лорен, как обычно, щеголяла в футболке с вдохновляющим лозунгом пловцов: ТОП-10 ПРИЧИН, ПОЧЕМУ Я ПЛАВАЮ. (Номер пять: ПОТОМУ ЧТО МОГУ СЪЕСТЬ 5000 КАЛОРИЙ И МНЕ НЕ БУДЕТ СТЫДНО.) – Она похлопала Эмили по плечу. – Отличная работа, Эм. Вырваться вперед в этом месиве? Фантастика!

– Спасибо. – Эмили зарделась.

Лорен склонилась над обшарпанной красной скамейкой в междурядье.

– Там приехал рекрутер из Университета Аризоны. – Она понизила голос, обращаясь только к Эмили. – И она спрашивает, можно ли поговорить с тобой после перерыва. Ты как, согласна?

Эмили округлила глаза.

– Конечно! – Университет Аризоны славился одной из лучших школ плавания в стране.

– Отлично. Тогда, если хочешь, можете пообщаться в моем кабинете. – Лорен снова улыбнулась воспитаннице и исчезла в коридоре, ведущем к бассейну. Эмили последовала за ней. По пути она встретила свою сестру, Кэролайн, которая возвращалась в раздевалку с другой стороны коридора.

– Кэролайн, угадай, какая у меня новость! – Эмили запрыгала вокруг нее. – Рекрутер из Университета Аризоны хочет поговорить со мной! Если я поступлю туда, а ты пойдешь в Стэнфорд, мы будем рядом! – Кэролайн в этом году оканчивала школу, и ее уже пригласили в сборную Стэнфорда по плаванию.

Кэролайн взглянула на Эмили и скрылась в туалетной кабинке, громко хлопнув за собой дверью. Эмили попятилась, ошеломленная. Что это было? Да, они с сестрой не так уж близки, но она ожидала чуть больше энтузиазма со стороны Кэролайн.

Эмили двинулась дальше по коридору, когда из душевой кабинки выглянула Джемма Каррен. Эмили перехватила ее взгляд, и Джемма тотчас задернула шторку. И, когда она проходила мимо умывальников, Аманда Вильямсон что-то зашептала на ухо Джейд Смайт. Когда они встретились глазами в зеркале, девушки удивленно округлили губки. Эмили почувствовала, как мурашки побежали по коже. Что происходит?

– Боже, кажется, народу прибыло! – пробормотала Лэйни, выходя к бассейну следом за Эмили. И она не ошиблась: ко второму этапу соревнований трибуны заполнились еще плотнее. Оркестр, который разместили возле вышки для прыжков в воду, исполнял боевую песню, к чирлидерам присоединилась живая кукла-талисман «Молот-рыба» в облаке серой пены, и все вместе они разогревали толпу болельщиков. Кого только ни было на трибунах – самые популярные парни и девушки, футбольная команда в полном составе, девчонки из драмкружка, даже ее учителя. Спенсер Хастингс сидела рядом с Кирстен Каллен. Майя, уткнувшись в свой сотовый, яростно вбивала текст сообщения, по соседству с ней устроилась Ханна Марин – в полном одиночестве, слегка растерянная. Чуть поодаль сидели родители Эмили, в одинаковых бело-голубых толстовках роузвудской команды по плаванию, декорированных пуговицами с надписями ВПЕРЕД ЭМИЛИ и ВПЕРЕД КЭРОЛАЙН. Эмили попыталась помахать им, но они слишком увлеклись изучением какой-то бумажки – наверное, стартового протокола. Кстати, как и многие вокруг. Мистер Шэй, замшелый учитель биологии, который всегда приходил на соревнования, потому что и сам тысячу лет назад был пловцом, тоже держал листок перед глазами. Не сказать, что стартовый протокол настолько интересен – в конце концов, это же простое перечисление последовательности событий.

Джеймс Фрид преградил Эмили путь. Его рот растянулся в широкой ухмылке.

– Привет, Эмили, – хитро осклабился он. – А я и не знал.

Эмили нахмурилась.

– Не знал… чего?

Подскочил и брат Арии, Майк.

– Привет, Эмили.

Мона Вондервол подошла к мальчишкам сзади.

– Отстаньте от нее, придурки. – Она повернулась к Эмили. – Не обращай на них внимания. Я хочу пригласить тебя кое-куда. – Она порылась в гигантской замшевой сумке цвета ириски и протянула Эмили белый конверт. Эмили повертела его в руках. Что бы это ни было, Мона щедро сбрызнула конверт дорогими духами. Эмили подняла взгляд, смущенная, сбитая с толку.

– Я устраиваю вечеринку в субботу по случаю моего дня рождения, – объяснила Мона, накручивая на палец длинную прядь белокурых волос. – Может, придешь?

– Ты непременно должна прийти, – подхватил Майк, шире распахивая глаза.

– Я… – спотыкаясь, начала Эмили. Но, прежде чем она смогла что-то сказать, оркестр загремел еще одним маршем, и Мона ускакала.

Эмили снова посмотрела на приглашение. Черт возьми, что все это значит? Она ведь не из тех девушек, которые получают приглашения из рук самой Моны Вондервол. И уж точно не из тех, на кого парни устремляют похотливые взгляды.

Вдруг что-то, на другой стороне бассейна, привлекло ее внимание. Клочок бумаги, приклеенный к стене. Его там точно не было перед перерывом. И он выглядел таким знакомым. Как будто фотография.

Она прищурилась. Сердце ухнуло вниз. Это действительно фотография… целующейся парочки в фотобудке. В фотобудке у Ноэля Кана.

– О боже. – Эмили бросилась прочь, пару раз поскользнувшись на мокром кафеле.

– Эмили! – Ария выбежала ей навстречу из бокового входа, стуча по плитке платформами замшевых сапог. Иссиня-черные волосы беспорядочно разметались по лицу. – Прости, что я опоздала, но мы можем поговорить?

Эмили не ответила. Кто-то пришпилил ксерокопию фотографии рядом с большой маркерной доской, где перечислялись участники заплывов. Вся команда могла увидеть это безобразие. Но узнали бы ее на снимке?

Она содрала ксерокопию со стены. Под фотографией стояла надпись, сделанная большими черными буквами: СМОТРИТЕ, ЧЕМ ЗАНИМАЕТСЯ ЭМИЛИ ФИЛДС В СВОБОДНОЕ ОТ БАССЕЙНА ВРЕМЯ!

Что ж, вот и подсказка всем.

Ария наклонилась и рассмотрела фото.

– Это… ты?

У Эмили задрожал подбородок. Она скомкала бумагу, но, когда обернулась, увидела еще одну копию, на чьем-то рюкзаке, уже сложенную пополам. Она схватила листок, скатывая его в комок.

Еще один экземпляр оказался на полу возле ванны с досками для плавания. И еще один… в руках тренера Лорен. Взгляд Лорен метался между Эмили и фотографией.

– Эмили? – тихо произнесла она.

– Этого не может быть, – прошептала Эмили, пробежавшись рукой по мокрым волосам. Она посмотрела на сетчатую корзину для мусора у двери кабинета Лорен. Там валялось не меньше десятка выброшенных фотографий. Сверху кто-то бросил недопитую банку апельсиновой газировки. Пролившаяся жидкость окрасила их с Майей лица в оранжевый цвет. Фотографиями обклеили и питьевые фонтанчики. И барабаны для хранения разделительных дорожек. Товарищи по команде, высыпавшие из раздевалок, поглядывали на нее со смесью недоумения и осуждения. Бен, ее бывший парень, хмыкнул, словно говоря: Твой маленький лесбийский эксперимент кажется уже не таким забавным?