Сара Шепард – Безупречные (страница 38)
– Но… – Спенсер замолчала, пытаясь собраться с мыслями. – Просто у меня было странное предчувствие.
– Я в порядке. – Рен выдержал паузу. – У
– Да, – ответила Спенсер и слегка улыбнулась. – Я хочу сказать, что я здесь, на этих идиотских танцах, со своим идиотским партнером, но лучше бы я была с тобой, хотя сейчас мне уже полегчало. Я рада, что ты жив и здоров.
Закончив разговор, она испытала такое облегчение, что ей захотелось подбежать и расцеловать кого угодно – пусть даже Адриану Пиплз, девчонку из католической школы, которая, сидя на статуе Диониса, курила гвоздику. Или хоккеиста Лайама Олсена, тискавшего свою девушку. Или Эндрю Кэмпбелла, стоявшего у нее за спиной, такого одинокого и никчемного. Когда до нее дошло, что Эндрю был
– Эй, – поспешно произнесла она. – И давно ты тут стоишь?
По обиженному лицу Эндрю она догадалась, что он был рядом достаточно давно.
– Послушай, – сказала она, вздохнув. Пожалуй, пора было разрубить этот узел. – Если честно, Эндрю, я надеюсь, ты не думаешь, что между нами что-то возможно. У меня есть парень.
Поначалу Эндрю выглядел ошарашенным. Потом обиженным, смущенным и, наконец, злым. Эмоции быстро менялись на его лице, как на видеосъемке заката в покадровом режиме.
– Я знаю. – Он кивнул на ее смартфон. – Я слышал твой разговор.
– Мне очень жаль, – сказала Спенсер. – Но…
Эндрю жестом остановил ее:
– Тогда почему ты привела меня, а не его? Что, родители не разрешают с ним встречаться? Поэтому ты пригласила меня, думая, что всех обдурила?
– Нет, – выпалила Спенсер, испытывая неловкость. Неужели она была так прозрачна или просто Эндрю оказался догадливым? – Это… это трудно объяснить. Я думала, что мы повеселимся. Я не хотела обидеть тебя.
Прядь волос упала на глаза юноше.
– Держишь меня за идиота. – Он повернулся и пошел к двери.
– Эндрю! – крикнула Спенсер. – Постой!
Она смотрела, как Эндрю исчезал в толпе, и холодное, липкое чувство овладевало ею. Она определенно ошиблась с выбором спутника. Лучше бы она пошла с недотрогой Райаном Вриландом или с Тейером Андерсоном, который был слишком увлечен баскетболом, чтобы всерьез встречаться с девушками.
Спенсер побежала в шатер и огляделась вокруг: по крайней мере, Эндрю заслуживал извинений. Но в полумраке свечей трудно было отыскать кого-нибудь. Она смогла различить лишь Ноэля и девушку из квакерской школы на танцполе, тайком потягивавших алкоголь из фляжки. На сцене Наоми Зиглер и Джеймс Фрид исполняли незнакомую ей песенку Аврил Лавин. Мейсон Байерс и Девон Арлисс сливались в поцелуе. Кирстен Куллен и Бетани Уэлс шептались в углу.
– Эндрю? – позвала она.
Вдалеке Спенсер заметила Эмили. Да, это точно была она – в розовом платье без бретелек и розовой шали, накинутой на плечи. Спенсер сделала несколько шагов в ее сторону и тут увидела, что Эмили была не одна, а с кавалером, который держал ее за руку. Спенсер прищурилась, чтобы лучше разглядеть парня, и вдруг он повернул голову и встретился с ней взглядом. На нее смотрели темно-синие глаза – точь-в-точь такие она видела во сне.
Спенсер ахнула и попятилась назад.
«Я появлюсь, когда вы меньше всего этого ожидаете».
Это был Тоби.
27. Ария как чудо-лекарство по рецепту врача
Ария облокотилась на стойку бара и заказала чашку черного кофе. В шатер набилось столько народу, что юбка ее платья в горох уже липла к ногам, влажная от пота. А ведь Ария была здесь всего двадцать минут.
– Привет. – Ее братец взгромоздился на высокий стул по соседству. Он был в том же сером костюме, в котором ходил на похороны, и в начищенных черных ботинках Байрона.
– Привет, – удивленно воскликнула Ария. – Я… я не знала, что ты придешь.
К тому времени, как она вышла из душа, собираясь на «Фокси», дом опустел. В какое-то мгновение она даже подумала, что ее все бросили.
– Да. Я пришел с… – Майк развернулся и показал на худенькую бледную девушку. Ария узнала ее – девчонка была на вечеринке у Ноэля Кана на прошлой неделе. – Клёвая, правда?
– Да. – Ария выпила кофе в три глотка и заметила, что у нее дрожат руки. За последний час это была четвертая чашка.
– А где же Шон? – спросил Майк. – Ты ведь с ним пришла? Все только об этом и говорят.
– В самом деле? – слабым голосом произнесла Ария.
– Да. Вы типа новая сладкая парочка.
Ария не знала, плакать ей или смеяться. Она могла себе представить, с каким упоением сплетничали о них роузвудские девчонки.
– Не знаю, где-то здесь.
– Что такое? Разве ваша звездная пара уже распалась?
– Нет… – По правде говоря, Ария старалась избегать Шона.
Накануне, после того как Мередит сказала, что они с Байроном любят друг друга, Ария в слезах побежала к Шону. Она никак не ожидала услышать такие слова от Мередит. Теперь, зная правду, она чувствовала себя беспомощной. Их семья была обречена. Минут десять она рыдала на плече Шона: «Что мне дела-а-ать?» Шон, как мог, успокоил ее, отвез домой и даже проводил в комнату, уложил в постель и подсунул под голову ее любимую игрушку.
Как только Шон уехал, Ария вскочила с постели и заметалась по комнате. Она заглянула в родительскую спальню. Мама мирно спала одна, но Ария не стала ее будить. Проснувшись через несколько часов, она снова пошла к матери, настраиваясь на разговор, но на этот раз рядом с Эллой оказался Байрон. Он лежал на боку, закинув руку на плечо Эллы.
Как можно было ложиться в постель с женщиной, любя при этом другую?
Утром Ария проснулась с опухшими глазами и какой-то сыпью на лице – ей удалось поспать всего час. Голова закружилась, как только она вспомнила события прошлого вечера, и она снова забралась под одеяло, сгорая от стыда. Шон укладывал ее в постель. Она сморкалась ему в плечо. И выла, как сумасшедшая. А теперь скажите, это ли не лучший способ потерять парня, который тебе нравится? Когда Шон заехал за ней, чтобы отвезти на «Фокси» – странно, что он вообще явился после ее сопливой истерики, – он сразу же захотел поговорить о вчерашнем, но Ария остановила его, сказав, что ей уже лучше. Шон усмехнулся, но ему хватило ума не задавать вопросов. И вот теперь она старалась не попадаться ему на глаза.
Майк склонился над стойкой бара и затряс головой, когда диджей поставил песню группы «Франц Фердинанд». На его лице играла самодовольная улыбка – Ария знала, что он ощущал себя крутым, поскольку оказался на «Фокси», хотя и был еще молод для таких мероприятий. Но недаром она была сестрой Майка – за этой бравадой она ясно видела боль и грусть. Она вспомнила, как в детстве они ходили в городской бассейн, и друзья Майка дразнили его гомиком, потому что он появлялся на тренировках в белых плавках, которые при стирке окрасились в розоватый цвет. Майк храбрился по-мужски, но во время перерыва Ария не раз заставала его в слезах у детского бассейна.
Ей захотелось сказать ему что-то ободряющее. Как она сожалеет о том, что придется открыть глаза Элле – Ария собиралась сделать это сегодня же, по возвращении домой, ведь нельзя было тянуть дальше. Ей хотелось убедить брата в том, что его вины в этом не было и что они все равно справились бы, даже если бы их семья распалась. Как-нибудь они бы точно справились.
Но она знала, что произошло бы, заведи она этот разговор. Майк бы попросту сбежал.
Ария схватила свою чашку и решительно отошла от барной стойки. Ей не хватало движения.
– Ария, – окликнул ее сзади чей-то голос. Она обернулась. В нескольких шагах от нее стоял Шон. Он выглядел расстроенным.
Охваченная паникой, Ария поставила чашку на первый попавшийся столик и бросилась в сторону женского туалета. Туфля на тяжелой танкетке соскочила с ноги. Второпях сунув ногу обратно, она побежала дальше, но уперлась в толпу. Даже отчаянно работая локтями, она никого не смогла сдвинуть с места.
– Привет. – Шон оказался рядом.
– О! – крикнула Ария сквозь рев музыки, стараясь держаться непринужденно. – Привет.
Шон взял ее за руку и вывел на парковку – единственное тихое место. Он забрал ключи у парковщика, потом усадил Арию в машину и отъехал на пустой пятачок в дальнем конце подъездной аллеи.
– Что с тобой происходит? – спросил Шон.
– Ничего. – Ария смотрела в окно. – Я в порядке.
– Нет. Ты как… зомби. Меня это пугает.
– Просто я… – Ария пробежалась пальцами по нитке жемчуга, которую надела как браслет. – Я не знаю. Не хочу грузить тебя своими проблемами.
– Почему?
Она пожала плечами:
– Потому что ты не захочешь это слушать. Ты и так, наверное, считаешь меня психопаткой. Озабоченной судьбой своих родителей. Я только об этом и говорю.
– Ну… так было. Но я думал…
– Я не стану злиться, – перебила она его, – если ты захочешь потанцевать с другими или еще что. Там полно симпатичных девчонок.
Шон удивленно моргнул:
– Но я не хочу танцевать ни с кем другим.
Они помолчали. Из шатра доносилась песня Канье Уэста «Золотоискатель».
– Ты думаешь о своих родителях? – тихо спросил Шон.
Она кивнула: