Сара Ривенс – Невольница. Книга 1,5. Мы не можем (не) быть вместе (страница 23)

– Спроси, общаются ли они до сих пор.

Я написал это и машинально отправил сообщение. Продолжая ставить подписи на бумагах, я с сомнением думал об этой Vick.snow. Меня уже начинала бесить вся эта история. Наконец она ответила.

> Да.

Сердце подпрыгнуло в груди. Они все еще общаются. Белла знает об этом аккаунте? Эта девушка знает о моем прошлом с Беллой, но хуже всего то, что она каким-то образом предвидит все мои вопросы.

> Она не знает, что я тебе написала. А ты в курсе, чего еще она не знает? Почему ты ее бросил.

Я был взбешен до предела. Терпеть не могу, когда вмешиваются в мои дела. Особенно когда я понимаю, что облажался. На хрен мне это надо – выслушивать обвинения.

Я и сам с этим прекрасно справляюсь.

> Это наши с Беллой дела. Тебя они не касаются, так что не лезь.

> Она до сих пор не может перелистнуть эту страницу своей жизни. Я очень хочу, чтобы она успокоилась, так что, пожалуйста, ответь. Ради нее.

Белла до сих пор не может перелистнуть эту страницу? Это значит, что она все еще думает обо мне? И думала все эти годы? В ее мыслях все еще есть место для меня? Я задумчиво уставился на экран. Какой же я эгоист. Просто токсичный эгоист. Не хочу, чтобы она перевернула эту чертову страницу, ведь теперь я точно знаю, что она до сих пор этого не сделала.

> Я отвечу на все вопросы, но только ей. Ей лично.

– Видишь, вот почему я не позволяю себе влюбиться по-настоящему, – пробормотал Эш. – Потому что из-за своего эгоизма я могу наворотить херни. Прямо как ты.

Пусть Белла мне напишет, несмотря на то что ненавидит меня. Пусть напишет и даст мне шанс все объяснить, ведь я любил ее и тоже хотел выговориться.

– Рассказать этой девице то, что я все эти годы хотел сказать Белле? Ну уж нет. Я даже не знаю, правда ли она ее подруга. – (Эш кивнул.) – Ты же уже влюблялся в Изобел.

– Нет, – возразил кузен, – я сказал – влюбиться по-настоящему, а не по принуждению.

Он был прав. По собственной воле он никогда не влюблялся.

– Знаешь, Эш, твое сердце однажды оттает. Ты больше не сможешь думать о себе, поверь. Начнешь думать только о ней.

Он хмыкнул и покачал головой, вновь взявшись за подписи.

– Ты совсем не переживаешь из-за лондонского задания?

Он ответил не отрываясь:

– В худшем случае они окажутся в эпицентре бандитских разборок. В лучшем они проведут разведку и вернутся в лондонский особняк.

– Но все же есть вероятность, что произойдет худшее?

Сети Лондона были довольно говнистыми и весьма опасными.

– Небольшая, но это не исключено. Я уже обсудил это с Кайлом и Сэмом на случай, если что-то пойдет не так. Они их заберут.

– Ты все предусмотрел.

Вот почему Скотты выбрали моего кузена для управления сетью. Он умел предвидеть события и был прекрасным стратегом, которому удавалось при малейшей возможности обратить ситуацию в свою пользу.

– Как однажды сказал папа, всегда будь на шаг впереди, если не хочешь, чтобы тебя поимели.

Я улыбнулся его словам. Услышав, как открывается входная дверь, я вопросительно посмотрел на Эша. Тот ответил:

– Это Киара и Рик.

За дверью раздались шаги, и в кабинет ворвались ведьма с дядей. Показалось, что они… нервничают?

– Вы звонили Элли? – спросила Киара, явно волнуясь. – Я к тому, что… они ведь должны были уже закончить. В Лондоне сейчас три ночи.

В тот же миг телефон Эша завибрировал. Он показал экран Киаре – это была Элли.

– Алло, Картер?

Его взгляд неожиданно потемнел. Это был плохой знак.

– Что случилось?

О черт.

Киара с тревогой спросила, что случилось, но Эш был сосредоточен на разговоре с Элли и не ответил.

– Ты смогла рассмотреть символ на фургоне?

Тишина, затем Эш выругался. Плохо дело. Совсем плохо.

Я встал, взволнованный. Похоже, они во что-то вляпались.

– Произошло худшее, – прошептал Эш, отчего глаза мои округлились еще больше. – Сукин сын и его шавка постарались.

Уильям. За всем этим стоял Уильям.

Эш дал инструкции Элли, заверив, что вскоре перезвонит. Он по очереди посмотрел на нас и рассказал, что произошло. Киара в панике спросила, живы ли они. Выяснилось, что да, но, судя по всему, Кайл, сын дяди Рика, был ранен.

А, Кайл. Ну тогда ладно. Нет, а что такого?

– Бен, готовься. Мы едем в Англию.

Глава десятая. Кексики и вопросы

Я бродила по улицам Манхэттена, где по вечерам народу даже больше, чем утром, но шумно всегда. Ходьба помогала не думать. Я сбежала из квартиры, потому что Райли пристала ко мне насчет разговора с Беном. Конечно, я была рада, что он солгал, будто не помнит меня, и что хочет говорить только со мной, но я все же не собиралась ему писать. Гордость не позволяла.

Связаться со мной он больше не сможет – я его заблокировала. Какое счастье.

Я брела, обмотав лицо огромным шарфом и сунув руки в карманы. Зимними вечерами здесь было очень холодно, однако это не помешало мне уйти из теплой квартиры, чтобы проветриться.

Завибрировал телефон, но сейчас я не могла вынуть руки из карманов. И он жужжал, пока я не набралась смелости поднять трубку.

– Можешь взять лапшу по пути домой? – спросила Райли.

Я слышала, как она закрыла дверцы кухонного шкафчика.

– Да, я уже скоро пойду обратно.

– Отлично! Ждем тебя, – ответила она и повесила трубку.

Я направилась в продуктовый магазин, совсем одна под этим пыльным небом с тусклыми звездами. Запихнула продукты в сумку и двинулась к дому, мысленно представляя, как живут проходящие мимо незнакомцы.

Прохожие останавливались перед витринами роскошных бутиков, туристы развлекались и выкладывали фотки в «Инстаграм», чтобы получить тонны лайков, семьи выходили на ритуальную прогулку в конце недели. Кинотеатр тоже был полон – только что вышел новый фильм. На концерте популярной рок-группы в Мэдисон-сквер-гарден был аншлаг.

Люди радуются жизни, создают воспоминания, которые будут рассказывать спустя годы, или занимаются какой-нибудь фигней, которую потом запретят делать своим детям. Я смотрела на них, чтобы убежать от себя. Смотрела на них, а думала только о нем. Он преследовал меня годами, и мне уже казалось, что я знаю его всю жизнь.

Я любила его. До сих пор. И знала, что не разлюблю.

– Извините, – раздался голос рядом со мной, – вы не могли бы сфотографировать нас?

Я кивнула. Судя по акценту, французские туристы. Все четверо прижались друг к другу и широко улыбнулись, а потом начали кривляться. Их счастье было заразительным.

Они поблагодарили меня, я пошла дальше и через пять минут была дома. Войдя в квартиру, я заметила, как Райли, стоя на цыпочках, раскладывает коробки на верхних полках стеллажа. Я скинула кеды и услышала голос Джоша.

Мои друзья обсуждали реалити-шоу, которое я не смотрела.

– Держи. – я передала Райли пакет с лапшой.

Она благодарно обняла меня и начала готовить ужин, я же решила принять горячий душ, чтобы согреться.

Наконец мы сели за стол. Сегодня был вечер Японии. Передо мной лежали суши, якитори и темпура. Джош купил все это в японском ресторане неподалеку. Очень кстати, я так проголодалась.