Сара Ривенс – Невольница. Книга 1,5. Мы не можем (не) быть вместе (страница 104)

Я обхватила себя дрожащими руками. Вдруг я умру? Вдруг меня убьют в бандитской разборке? Я никогда не думала о таком. Можно погибнуть в аварии. Но не так же.

Нужно найти способ сбежать. Бен наверняка ищет меня, но неизвестно, когда найдет. Не могу я сидеть и ждать его, пока охреневший садист рыскает по дому.

К тому же дом был каким-то странным, в комнате не оказалось окна. Убежать через входную дверь нереально, Уильям как пить дать заметит. В окно на кухне я точно пролезу, я довольно худая, но подкачала планировка – открытая кухня просматривается насквозь.

Потом я вдруг вспомнила, что он запер меня. За дверь никак не выбраться, разве что ударить его чем-нибудь. Я обвела комнату глазами и вздохнула – мой план рухнул. Здесь не оказалось ничего тяжелого, чтобы стукнуть его по голове и выбраться отсюда.

Да и вообще, если я найду способ сбежать, мне нужен ключ от машины отца. А его забрал Уильям. Даже если выберусь, даже если побегу изо всех сил, он меня догонит.

Не видя дневного света, я тем не менее знала, что прошло несколько часов, потому что он принес ужин. Долго ли я здесь? Действительно ли Уильям сказал отцу, что я уехала? Или это уловка, чтобы успокоить меня? Бен прав: этот человек чудовище. Он опасен.

Но тут меня посетила одна мысль. Уильям говорил с Изобел. Но Изобел не упоминала, что ее похитили. Наоборот. То есть… Изобел не с Беном? Но вчера Киара и Эш говорили о ней. Мы с Райли насмотрелись детективов и криминальных сериалов и отлично знали, что похитители никогда не отпускают заложников.

По логике Изобел все еще у них. Но как тогда объяснить звонок? Может, она сбежала? Как у нее это получилось? И разве тогда она не упомянула бы, что ее похитили? Что-то тут не сходится.

– Ты ничего не съела…

Я подпрыгнула, не заметив, как вошел Уильям. Он сделал вид, будто опечален моим отказом от еды, и я скривилась от омерзения. Отвратный тип.

– Как хочешь, – пробормотал он и подошел к кровати, чтобы забрать свою сраную лазанью.

Я взглянула на тарелку, и меня осенило. Ну конечно! Она довольно тяжелая, может, получится ударить его по голове и спастись?

Я посмотрела на него, потом на тарелку. Уильям изменился в лице. Он все понял.

Не теряя ни секунды, я схватила тарелку и треснула его по макушке. Затем вскочила, но не слишком расторопно. Он задержал меня еще до того, как я успела выполнить первую часть плана побега.

Я задохнулась от боли, когда он стиснул мое запястье так, будто хотел сломать его.

– Не бунтуй, Изабелла, ты не в том положении.

И выкрутил мне руку. Слезы хлынули из глаз, и я стала умолять его остановиться.

– Я думал, ты послушнее…

Хмыкнув, он выпустил меня, недовольный моей выходкой. Затем взял поднос, захлопнул за собой дверь и запер ее.

Я бессильно рыдала, обхватив ноющее запястье. Никогда бы не подумала, что окажусь в такой ситуации. Я была растеряна, но еще сильнее я злилась. Злилась на Уильяма, Эша, Бена. И на саму себя.

Я сама выбрала свою участь. Я хотела войти в мир Бена и теперь расплачиваюсь за последствия. Его мир мне чужд.

Собственная беспомощность и бесила, и огорчала меня. Это был невыносимый груз. Я недооценила опасность, которая окружала семью Бена и самого Бена. В книгах и фильмах все иначе. А здесь – цинизм и смерть. Я относилась к словам Эша легкомысленно, теперь же поняла, почему он запретил нам видеться. Он знал, на что способен Уильям, а мы на это забили.

Я знала, что Бен придет. Я это чувствовала… Но внутренний голос шептал: а вдруг нет? Вдруг у него не получится?

Нужно выбраться отсюда. Как можно надеяться на помощь Бена, если я в ней не уверена? Надо искать выход.

Я встала с кровати и принялась изучать комнату. Осмотрев белые стены, я подошла к одной из них:

– Может, здесь…

Я тихонько простучала поверхность, прислушиваясь, нет ли там пустот. Несколько минут я стучала, прижимая ухо к холодному бетону, но тщетно. Меня охватила досада.

– Черт…

Я прикусила губу. Не хотелось сдаваться так быстро. Но сдаваться я и не собиралась.

Теперь я легла на пол, прижала ухо к паркету и тихо постучала. Сердце екнуло. По щекам невольно потекли слезы. Такой же звук издавал паркет в бабушкином доме, потому что она не утепляла погреб. Значит, внизу подвал или комната, из которой, если повезет, можно выбраться.

Но в полу не оказалось люка, что очень меня расстроило.

– Птичка моя!

Я затаила дыхание. Уильям уже произносил при мне это прозвище. По коже побежали мурашки, грудь сдавило. Изобел. Как это возможно?

Я прижалась к двери, чтобы подслушать разговор.

– ТЫ ХОТЕЛ МЕНЯ ЗАМЕНИТЬ? – раздался вопль Изобел.

– О чем ты? – спросил Уильям.

– Я знаю, что ты хотел променять меня на сучку Эша! Как ты мог так поступить со мной?!

– Кто тебе это сказал? Я бы никогда так не сде…

– КАК ЖЕ! Ты пытался!

– Детка, я делаю что хочу. Не забывай, что ты работаешь на меня и я ничего тебе не должен.

Я выпучила глаза. Он говорил презрительным тоном, но что значит «работает»? Изобел не просто невеста? Это уже как-то объясняет ее похищение…

И о ком говорит Изобел? Кто эта «сучка Эша»?

– Твой отпуск уже закончился. Тебе придется позаботиться о малютке Грейс. Кстати, отличный макияж!

– Ты даже не позвонил мне, – пробурчала Изобел. – Ты целый месяц не получал от меня вестей.

Я прикрыла рот рукой. Она расскажет ему о похищении. Может, той ночью она узнала меня? Тогда мне конец.

– Ты сказала, что нельзя звонить тебе по работе, я и не звонил.

– Значит, для тебя я теперь просто невольница?

Последовало молчание. Невольница? Изобел служит Уильяму?

– Именно так, – серьезно ответил он. – Пригляди за Изабеллой, пока я осмотрюсь снаружи.

Я услышала, как хлопнула дверь. Он не дал ей ответить. Я осталась наедине с Изобел. Нужно затаиться, – кажется, замаячил путь к побегу.

Часом ранее…

Элли накрасила и одела Изобел. Уильям не должен заподозрить, что ее похитили. Шрамы скрывались под свитером и большой курткой, которая идеально маскировала пояс со взрывчаткой.

План был крайне рискованным.

Чем ближе мы подъезжали к дому, который выдала нам Изобел, тем страшнее мне становилось. Я думал о Белле, о том, как ей досталось от Уильяма. Из головы не шел образ мертвого дяди Роба, и я не мог не проецировать его на Беллу.

Меня тошнило, и я весь кипел изнутри.

– Хорош нервничать! – рявкнул Эш, который сидел за рулем одного из двух наших фургонов.

– Ты так говоришь, потому что Элле ничего не грозит!

Он молчал. Я и не ожидал, что он ответит. Не стоит ему сейчас меня заводить.

– Мы найдем ее, Бен.

– ЗАТКНИСЬ! – крикнул я, сверля его взглядом. – Ты так спокоен, потому что не ты теряешь любимую! Белла – единственная радость в моей сраной жизни, а ты только и можешь сказать – «мы найдем ее»? КАКОЕ СЧАСТЬЕ!

– Я знаю, что делаю, – возразил он.

Я злобно расхохотался. Это означало, что я потерял самообладание. Самообладание, которое мне удавалось сохранять с таким трудом.

Меня тошнило от мысли, что Белла в опасности по моей вине. Но то, что ей грозит смерть из-за моего кузена, которому насрать на нее, вызывало во мне желание убивать.

Кровь в моих жилах вскипела от ярости.

– Ты ничего не знаешь! Ты делаешь только то, что стукнет тебе в голову! – проревел я, сжимая кулаки. – Ты…