Сара Ривенс – Мы не можем (не) быть вместе (страница 25)

– А то что, братюня?

Ну все, конец.

Эшер злобно скривился. Алкаш с вызывающим видом грозно надвигался на него.

– Эшер, он же пья…

Не успела я договорить, как Эшер нанес ему мощный удар в челюсть. Я ахнула от ужаса, увидев, как мужик упал на землю.

– Слишком поздно, – заключил Эшер.

Я огляделась, но никто вроде бы не обращал на нас внимания. Когда я уже собралась пойти дальше, голос Эшера заставил меня притормозить.

– Я даже не заслужил простого «спасибо»?

– Спасибо за что? За то, что ударил надравшегося вусмерть мужика?

– Напомню, что он меня оскорбил, – начал оправдываться Эшер. – И потом, я же дал тебе слово, что с тобой ничего не случится, когда я рядом.

Закрыв глаза, я поспешно придавила чувства, которые всплыли, когда он произнес то же, что и год назад. Эшер держал слово.

Однако я не утратила самообладания и только повела бровью. Интересно, когда тот успел его оскорбить?

Он ответил на мой незаданный вопрос:

– Он назвал меня братюней. Братюней.

Я безнадежно вздохнула. Я уже почти забыла про его километровое самомнение.

Не говоря ни слова, я покинула место происшествия, давая понять, что больше он меня не волнует. Хотя сердце колотилось как бешеное, и я молилась про себя, чтобы он не двинул за мной. Я боялась, что не удержусь и выложу ему начистоту все накопившееся, потому что каждая новая стычка давалась мне труднее предыдущей.

Я направилась к пиццерии в нашем квартале, где мы с Киарой обычно перекусывали. Стоя в очереди, я маялась. Не терпелось вернуться домой, в самое безопасное место, с хорошей пиццей. Когда дело было сделано, я возгордилась собой. Это был, наверное, шестой раз, когда я выходила одна куда-то, кроме супермаркета.

Минут черед десять я наконец оказалась перед зданием, которое вот уже год называла «своим домом». Зашла в тот же лифт, который утром оказался моей тюрьмой. Сейчас я была одна и невольно вернулась к мыслям о нем, его насмешливой улыбке и самоуверенности, которая, как и прежде, раздражала меня до крайности.

Я открыла ключом дверь, зашла внутрь и заперла ее за собой.

– Сколько можно тебя ждать! – раздался хриплый голос.

От удивления картонка с пиццей выскользнула из рук. Я схватилась за сердце и повернулась.

Срань господня, что он здесь делает? Я что, оставила дверь открытой?

От этой мысли меня заколотило. Я никогда не забывала запереть дверь. О господи.

– К-как ты вошел? – в полной растерянности спросила я.

Гордый собой, Эшер крутанул на пальце связку ключей, и я чуть не подавилась. У него были ключи от моей квартиры.

– На случай, если ты не в курсе: эта квартира тоже принадлежит мне, – сообщил он.

Я начала свирепеть. Он считает себя вправе влезать в мою жизнь, а теперь еще и в мою квартиру.

Я подобрала пиццу, к счастью пережившую падение, и поставила ее на кухонный остров. Затем вернулась к входной двери:

– Убирайся.

– Сначала поговорю с тобой.

Он неторопливо спустился по ступенькам и уселся на белый диван с сигаретой в зубах. Небольшой крестик, висящий у него на шее, напомнил нашу поездку в Лондон, и горло у меня сжалось.

– Я не хочу с тобой разговаривать, – ответила я, посылая убийственный взгляд.

Он вскочил и повернулся ко мне лицом. Нас разделяло несколько метров, поэтому я сумела сохранить спокойствие и не поддаться нарастающему гневу.

– Пошел…

Внезапно в дверь постучали.

– Элла! Ты дома?

Эшер сдержал насмешливое фырканье, а у меня чуть не остановилось сердце. Это был Шон.

– Если ты отказываешься поговорить, то не обессудь, если я доведу до сведения своего дражайшего кузена, что ты была моей невольницей.

У меня приоткрылся рот, а глаза полезли на лоб при виде его торжествующей физиономии. Он меня шантажировал, зная, что я ничего не сказала Шону.

Тот снова постучал. Я прокричала, не сводя глаз с Эшера:

– Сейчас иду. Одну секунду!

Психопат криво ухмыльнулся:

– Ну, что ты решила?

Я ткнула пальцем в сторону лестницы и холодно приказала:

– Поднимись наверх и сиди там, пока он не уйдет.

Его улыбка стала шире. Чем ближе он подходил к лестнице, тем быстрее колотилось мое сердце. Он спокойно остановился рядом со мной, и внутренности скрутило, когда я вдохнула его запах. Эта смесь мужского парфюма и табака пробудила столько воспоминаний. Меня словно пригвоздило к полу под парализующим взглядом его серых глаз. Но я ничего не показала этому лицемерному дьяволу. Он ни в коем случае не должен был заметить, что до сих пор так действует на меня.

Он сыграл бы на этом. И выиграл бы.

Его губы медленно приблизились к моему уху. Я не дрогнула. Однако сердце чуть не взорвалось, когда он прошептал:

– Мне так не хватало наших с тобой пререканий. Обожаю, когда ты мне уступаешь… мой ангел.

Элла: 2 – Эшер: 1.

Глава одиннадцатая

Соври мне

Элла

Эшер замедлил шаг на лестнице, что взвинтило меня еще больше. Он это делал нарочно.

– Пошевеливайся! – прошипела я, испепеляя его взглядом.

Он со смехом удалился. Как только психопат скрылся из поля зрения, я поспешила открыть дверь, за которой его кузен дожидался уже несколько минут.

– Привет, извини, я была… занята, – неуклюже соврала я.

Эшер вечно ставил меня в неловкое положение, начиная с моего первого задания в качестве невольницы.

Благодарю вселенную за то, что я больше не его невольница. И вообще ничья. Это настоящее проклятие.

– Ничего страшного. – Шон засмеялся. – Я тут подумал, ты ничего на сегодня не планировала?

– Нет… Нет, конечно, – залепетала я, стараясь сохранять спокойствие.

Про себя я молилась, чтобы Эшер не вылез из норы, а то с него станется. Просто чтобы удовлетворить свое раздутое эго, глядя на реакцию Шона.

От этой мысли внутреннее напряжение подскочило еще на порядок, ладони стали мокрыми. Бросив взгляд в сторону второго этажа, я, заикаясь, спросила:

– А-а что?

– В городе есть один ресторан, который я просто обожаю, вот я и подумал: а не захочешь ли ты вечерком сходить туда со мной?

Сердце на мгновение замерло, пропустив удар.