Сара Пинборо – 13 минут (страница 3)

Была. Бекка ничего на это не сказала, просто как-то неопределенно кивнула. Элисон, как и все остальные, была в курсе, что Бекка уже не входила в ближайший круг друзей. «Ближайший круг» стоял по другую сторону, их аккуратно подведенные глаза были слегка затуманенными, обе проверяли свои телефоны. Хейли и Дженни. Почти одинаковые и все же такие разные.

Дженни была мягкой и чувственной, очень эффектной девушкой, тогда как Хейли была спортсменкой с привлекательной фигурой, из среднего класса. Она больше не лазила по деревьям, но, перестав быть сорванцом, не забросила спорт. Самая быстрая бегунья в школе. Ее никто не мог застать без блеска на губах. И всегда она была в самых коротких шортах, хотя ей много раз говорили, что их надо сменить. Обе девочки не обращали внимания на Бекку, и она снова сосредоточила свой взгляд на Элисон Хоуленд.

– Я просто… Я просто хотела выразить вам свое сочувствие, – наконец сказала Бекка. – Моя мама тоже сочувствует вам и желает всего наилучшего. – Это было вполне нейтрально. – Я уверена, что с Ташей все будет в порядке. Я в этом не сомневаюсь.

– Не понимаю, что она там делала. – Взгляд Элисон скользнул куда-то мимо Бекки, в ее собственный кошмар, но она обеими руками вцепилась в девушку, словно та была якорем, единственным, что удерживал Элисон от того, чтобы ее не унесло куда-нибудь. Ее ладони были сухими и жесткими, будто она выплакала всю влагу из своего тела. – Я имею в виду почему она вообще была там в такое время? В такую погоду? – Что-то в ее голосе, как и молчание Хейли, Дженни и Гэри, заставило Бекку думать, что эти вопросы мать Наташи задавала снова и снова в течение последних нескольких часов.

У Бекки в тесном пространстве маленькой больничной комнаты для ожидающих родственников начался приступ клаустрофобии. Свет вдруг стал слишком ярким, а воздух слишком горячим и разреженным. Кожу защипало от пота – ну как ей было не вспотеть под толстым стеганым пальто? Она была здесь лишней.

Как только она подумала о том, что, возможно, придется высвободиться из захвата Элисон Хоуленд и ненадолго присесть, открылась дверь. Элисон быстро повернула голову, а затем ее плечи поникли. Это был не врач.

– Инспектор Беннет, что-то?… – начал Гэри, но инспектор отрицательно покачала головой.

– Нет, – сказала она. – Я просто хотела поговорить с девочками. – Инспектор Беннет была не накрашена, а ее волосы были зачесаны назад и собраны в строгий хвост. Она выглядела уставшей, мягко улыбаясь Элисон. – Посмотрим, удастся ли нам воссоздать картину передвижений Наташи. Врачи говорят, что вы можете зайти и посидеть с ней какое-то время, если хотите.

– Спасибо, – сказал Гэри, взяв жену под локоть.

Инспектор придержала дверь, и родители Наташи быстро вышли. Элисон снова плакала. Все это было ужасно, заключила Бекка. Ярко и четко, реально и в то же время нереально. Где-то здесь Наташа боролась за жизнь. Наташа. Несломленная, идеальная Наташа.

– Я могу подождать снаружи? – спросила Бекка.

– Ты подружка Наташи?

Бекка не знала, как честно ответить на этот вопрос.

– Что-то в этом роде. Во всяком случае была. Мы ходим в одну школу, но вот уже несколько лет не общаемся близко. – Она взглянула на двух блондинок. – Хейли и Дженни – ее лучшие подруги.

Хейли опустила глаза. Хейли, которая прыгала с ветки на ветку, пока Таша и Бекка то хихикали, то вопили, опасаясь, что она может упасть. Хейли, которая колебалась, когда Наташа ополчилась против Бекки. Украдкой приходила на чай раз или два, но затем приняла сторону победителей. Сторону крутых. Сторону Наташи. Да уж, Хейли может идти на хрен.

Инспектор перевела взгляд с двух Барби на Бекку и обратно, составляя в уме историю. В этом не было ничего странного. Скучную подругу бросали ради более популярных, красивых подруг. Учитывая неряшливый внешний вид инспектора Беннет – сколько ей лет? Третий десяток? Меньше? В любом случае, она была старой, – возможно, к ней относились так же, когда она училась в школе.

– Лучше бы ты осталась, – сказала женщина. – Это не формальный допрос. А у тебя может быть другой взгляд.

«Ох, конечно, – подумала Бекка. – Могу поспорить, что другой».

– Как вы думаете, что произошло? – спросила Дженни.

– Мы пока ни в чем не уверены. Это мог быть несчастный случай. Шутка, в результате которой что-то пошло не так.

– Кто-то причинил ей вред? – Глаза Хейли были широко раскрыты. – Гэри говорил, что вы ему сказали, что ее не… никто не…

– Ее не изнасиловали, нет.

Прямой ответ инспектора Беннет поразил Бекку, и она даже не ухмыльнулась внутренне из-за того, как Хейли произнесла Гэри. Этакая лжевзрослая. До сих пор она даже не думала об изнасиловании. Что было очень странно, потому что именно об этом чаще всего и говорили, даже если и не прямо. Не напивайся, потому что может что-то случиться. Не надевай это, ты подашь неправильные сигналы. Всегда возвращайся домой с другом или вызови такси. Не показывай никому дорогу. Бла-бла-бла. По крайней мере, когда она начала встречаться с Эйденом, ее мать перестала отпускать подобные комментарии. Будто теперь, когда у Бекки есть парень, он ее защитит. Она задавалась вопросом, понимает ли ее мать, насколько это глупо.

– Нам нужно выяснить, что Наташа делала прошлой ночью и сегодня ранним утром. – Инспектор присела, и три девочки, как бараны, последовали ее примеру. – Тут никого ни в чем не обвиняют, ни у кого не возникнет никаких проблем, но если на нее напали, то очень важно, чтобы у нас было как можно больше информации.

– Значит, ей причинили вред? – спросила Бекка. – Я имею в виду, кроме… – Она замолчала. Кроме того, что она была мертва тринадцать минут.

– Пару порезов и синяков, но они могли появиться и в реке. Как я уже сказала, мы действительно не знаем, был это несчастный случай, или она сама сделала это преднамеренно, или в этом инциденте участвовал кто-то еще.

Преднамеренно. Это слово, которое не совсем подходило к данной ситуации, лязгало у Бекки в мозгу, пытавшемся его осмыслить. Дженни, на удивление, первая справилась с замешательством и издала лающий смешок, который противоречил серьезной атмосфере, царящей в комнате.

– Вы думаете, Таша пыталась покончить с собой? – спросила она.

– Мы рассматриваем все возможные версии.

– Нет, – сказала Дженни, мотая головой.

Ее волосы были не такими длинными и идеально прямыми, как у Хейли, и она заправила выбившуюся прядь за аккуратно проколотое ухо. Гвоздик был с дешевым стеклом, не бриллиантом. Барби-Золушка с изнаночной стороны города.

– Нет, Наташа бы этого не сделала. И нетаким образом. Ни за что не бросилась бы в ледяную реку.

– Нет, – подхватила Хейли, будто двух «нет» было недостаточно.

Инспектор Беннет повернулась к Бекке. Та неуверенно пожала плечами. Для нее то, что здесь происходило, было чем-то бо`льшим, нежели просто полицейское расследование. Бекке нужно было осторожно подбирать слова. Она не хотела взбесить Барби или заставить их думать, что она к ним подлизывается. Особенно Хейли. Хейли была ее подругой и знала, как действовать Бекке на нервы так, как не смогла бы этого сделать Дженни. Дженни была никем. Но, что бы Бекка сейчас ни сказала, это могло вернуться к ней стервозными твитами, статусами и косыми взглядами. Слова разносились по подростковому сообществу этого маленького городка, как ток по колючей проволоке, готовой царапать, рвать и впиваться в тебя.

– Я так не думаю. – Это было правдой. Если бы Таша собиралась покончить с собой, она бы выбрала что-нибудь намного более романтичное. Впрочем, Наташа была не из тех, кто мог бы убить себя. – Люди вздуваются, когда тонут, так ведь? – сказала она. – Если бы ее не нашли быстро, она бы выглядела ужасно. Ей бы такое не понравилось.

Лицо Хейли окаменело. Сука. Чертова сука. Бекка читала мысли Хейли в жестком взгляде ее зеленых глаз, пристально глядя на нее. И что? Это ведь было именно тем, что Дженни имела в виду. Тем, о чем думала Хейли. Бекке хотелось рассмеяться им в лицо. Даже когда их лидер без сознания, они не могут снести и слова, сказанного против нее. Они были жалкими.

– Так когда вы в последний раз видели Наташу? – Задав вопрос, инспектор Беннет не посмотрела на Бекку.

– В школе, – ответила Хейли, и Дженни кивнула. – Мы говорили о том, что хорошо бы встретиться вечером, но у нее было какое-то событие в семье – день рождения бабушки или еще что-то, поэтому все зависело от того, когда празднование закончится.

– И вы не переписывались и не разговаривали после этого? – спросила инспектор с полуулыбкой. – Я думала, в наши дни вы все приклеены к своим телефонам.

Это было обезоруживающе, но испытующе.

Дженни покачала головой:

– Нет.

– Вы обе гуляли вчера вечером?

Опять отрицательное покачивание головой.

– Погода была ужасной. И у нас обеих было домашнее задание. – Хейли взяла на себя ведущую роль: заместитель Наташи оправдывала ожидания. – Иногда нужно радовать родителей. – Она улыбнулась хитро, по-кошачьи. – И нам обеим, и Наташе нужно готовиться к прослушиванию. Мы в школе ставим «Суровое испытание» [2]. Это будет потрясающе.

– То есть вы больше ничего не узнали от Наташи?

– Нет.

Бекка, почти забытая, обратила внимание на то, что вопрос прозвучал повторно.

– У вас разве нет ее телефона? – спросила она. – Вы не можете сказать, с кем она говорила?