Сара Пинборо – 13 минут (страница 29)

Я, сама не знаю почему, зашла на страницу Эйдена. У него информация скрыта, поэтому я могла видеть только его фото, на котором он запечатлен играющим на гитаре на сцене какого-то дерьмового клуба. Его мокрые от пота волосы упали на лицо (о боже, это же клише образа всех так называемых рок-звезд, и, о боже, какая же я стерва), а на обложке было размещено фото какой-то группы, о которой я никогда не слышала и не хотела слышать. Но на странице еще было написано, что он в отношениях с Ребеккой, Бекс, Крисп, и что он работает музыкантом. Я вспомнила его выражение лица, когда я смеялась над ним, лежащим на земле, и мои пальцы пробежались по маленькой клавиатуре. Я кликнула сначала на «добавить друга», а потом на «написать сообщение».

Привет, просто хотела поздороваться и сказать, что не думаю, что ты как-то связан с произошедшим со мной. Просто чтобы ты знал. Обнимаю, целую, Таша.

Когда я это отправила, в животе завибрировало от волнения, и я все еще думала, что, может, не стоило ему писать, особенно после того, как им заинтересовалась полиция, но что сделано, то сделано. Я еще раз поискала в онлайне Хейли и Дженни, но они пока не появлялись.

Посмотрев на шахматную доску, я вдруг ясно увидела свой следующий ход. Бекка забрала коня и две пешки, но мы обе играли агрессивно, и у нее тоже были потери. Вдруг я поняла, как заставить ее ферзя покинуть безопасную позицию и забрать одного из ее слонов. Я послала ей сообщение со своим ходом.

И еще я отправила сообщение Дженни, чтобы немного ее встряхнуть. Пусть они обе попотеют в выходные.

Что ты сделала, Джен?

Я знаю, что вы с Хейли что-то сделали.

Телефон сразу завибрировал, но это была Бекка.

Хороший ход! Корова!

Так и есть, решила я, не дождавшись ответа от Дженни. Это был хороший ход. Они запаниковали и уже созвонились? О чем они говорят? Я представила их, извивающихся на крючках, и в моем воображении они постепенно превратились в опарышей, слепых и тупых, отчаянно пытающихся освободиться.

Я все еще думала об опарышах, когда легла спать. Не хотела, но думала. Представила, как они кишат в раздутом посиневшем трупе Николы Монро. Я представила, как обвисшая кожа сползает с нее, пока ее вытаскивают из реки, и, возможно, при этом опарыши или что-то подобное, извиваясь, падали в ледяную воду. От этих мыслей у меня все тело зачесалось. Я стала глубоко дышать и пыталась думать о другом. Пьеса. Неровная почва моей дружбы. Поляна. Мне хотелось надеть спортивные штаны и пойти побегать, чтобы ни о чем этом не думать, но тогда мне бы пришлось объясняться с родителями – мою тайную пробежку выдали бы грязные, пропитанные потом вещи, и ни мама, ни папа не поняли бы меня, испытывающую потребность в уединении.

Я выключила свет в положенное время, прокричав до этого обязательное пожелание спокойной ночи и закрыв дверь на замок, чтобы мама не могла вторгнуться в мое личное пространство. Раньше она соглашалась с тем, что оно мне необходимо, но после этого происшествия стала довольно назойливой. Она гладит мои волосы, как в детстве, а если она теряет бдительность – обычно, когда выпивает слишком много вина, – я вижу страх в ее глазах. Она страшится того, что могло случиться, что почти произошло. Мне ее жаль, но я не могу ей помочь. Я пережила это. Это я была мертва тринадцать минут. Если я могу с этим справиться, то она тоже сможет.

Чтобы я могла уснуть, доктор Харви предложила мне принимать нитол [8], после того как я перестала пить сильное снотворное. Я не хотела ничего сильнодействующего. Ничего, что могло насильно погрузить меня в сон. Я должна контролировать ситуацию. Не знаю, действуют они или нет, но я все равно их принимала. Думаю, что слабо, но действуют. Я чувствовала, как мое дыхание замедлилось, несмотря на то, что я боролась с затопляющей меня темнотой, цепляясь, в том числе и головой, полной опарышей, за ветви сознания.

В конце концов бесконечная тьма заявила на меня свои права. Возможно, какая-то часть меня хочет уйти в пустоту. Она ужасает меня, но также и очаровывает. Она холодная, необъятная. И я снова слышала шепот.

На этот раз я слушала.

30

Вот что она мне только что написала. Она знает. Эта чертова сука помнит! Ненавижу ее. Я, черт возьми, ее ненавижу.

Она же не говорила, что на самом деле помнит? Не такими словами.

Это Таша. Кто ее знает? Она точно что-то помнит! Это такая лажа.

Она нас проверяет. Не думаю, что она помнит. Не все.

Прекрати говорить так. Откуда ты знаешь? Как же мне это надоело! Я не выдерживаю чертов стресс из-за того, что все время притворяюсь. Она скоро вспомнит. Что мы тогда будем делать??

Я что-нибудь придумаю.

Тогда думай быстрее.

И не говори мне удалять. От этой фигни я тоже устала.:(

Но ты же удалишь?

Да.

Лучше бы она умерла. Она должна была умереть.

Да уж, должна была.:( Я что-нибудь придумаю.

31

Полиция все еще не назвала официальную причину смерти местного подростка Николы Монро, чье тело было найдено в реке между Мейпулом и Брекстоном в прошлое воскресенье. Сотрудник пресс-службы подтвердил, что полиция прорабатывает версии по этому делу, но отказался комментировать возможность связи между смертью мисс Монро и инцидентом, произошедшим с Наташей Хоуленд, которая чуть не утонула.

В пабе «Нэг и Пайнэпл», в котором работала Никола, в субботу с двух часов дня будут собирать для семьи Монро средства на погребение.

Наш источник из Килморнского центрального полицейского участка подтвердил, что детективы ведут расследование в отношении подозреваемого, который может быть причастен к смерти девятнадцатилетней Николы Монро, чье тело было найдено на прошлой неделе в реке Риббл, и нападению на шестнадцатилетнего подростка Наташу Хоуленд, в результате чего ученица Брекстонской муниципальной школы была практически мертва в течение тринадцати минут.

Сотрудники полиции, как мы полагаем, допрашивали девятнадцатилетнего молодого человека из Брекстона, который знал обеих жертв, но до этого времени не было никаких заявлений о его аресте. У этого молодого человека, музыканта, бывшего ученика Брекстонской муниципальной школы, сейчас отношения с одной из старшеклассниц этой же школы.

32

Они начали рано. Был полдень, но все равно слишком рано для Джейми. Эйден курил у боковой двери – Джейми был уверен, что он выкурил по крайней мере один косяк, – и когда кофе уже закипал, покой тихого пригорода был нарушен шуршанием шин по гравию. Они едва успели обменяться взглядами, Джейми – удивленным, а Эйден – напуганным, когда раздался звонок в дверь.

– Я открою, – сказал Джейми.

Первое, что он увидел, был полицейский значок, потому что она держала его прямо перед его глазами. Лицо при исполнении. Сколько официоза! Он улыбнулся – не мог сдержаться. Она была совсем не тем человеком, кого он ожидал увидеть. Еще при первой встрече он подумал, что она на самом деле очень красивая, несмотря на жесткую внешнюю оболочку. А может, как раз эта оболочка делала ее такой привлекательной.

– Не нужно мне это показывать, инспектор Беннет. Разве время, проведенное со мной в больнице, ничего для вас не значит? – У него плохо получалось заигрывать с женщинами, тем более что и момент для флирта был неподходящий. Он понял, что сказал пошлость, и съежился.

– Эйден Кеннеди здесь? – спросила она, будто не услышав последнюю фразу.

– Да. – Улыбка Джейми пропала, когда он осознал, насколько серьезна ситуация. – Но вы, конечно, с ним уже разобрались?

– Мы можем войти? – спросила она, не ответив на его вопрос, и он кивнул.

Она протиснулась мимо него, ей удалось сделать это, не касаясь его, но у него возникло такое ощущение, будто его оттолкнули в сторону. Констебль в форме последовал за ней, кивнув ему вместо извинения. Они направились в кухню. Беннет не спешила. Она двигалась целеустремленно, но неторопливо. Эйден даже не шелохнулся.

– Мы хотим, чтобы вы проехали с нами в участок, мистер Кеннеди, – сказала Кейтлин Беннет. – У нас есть к вам еще несколько вопросов.

– Вы что, не можете задать их здесь? – спросил Джейми.

Высокий, долговязый Эйден, стоящий в дверном проеме, выглядел так, будто у него только что удалили часть позвоночника. Он немного согнулся, будто хотел свернуться в шар. Может, и хотел.

– Вам нужно проехать с нами в участок, – сказала она, игнорируя Джейми. – Появились новые улики, о которых мы хотели бы с вами поговорить.

Улики. Джейми уставился на Эйдена. Поиск уличных камер в «Google». Темные круги у него под глазами. Его резкость, игнорирование звонков Бекки, хотя вначале он всячески пытался успокоить ее. «Ох, Эйден, – подумал он, – что ты натворил?»

– Вы меня арестовываете? – спросил Эйден, погасив сигарету. Его голос был глухим, в нем слышалось смирение.

– Нет. Просто будет проще поговорить в участке.

Он кивнул.

Джейми понял, что он этого ожидал. Может, не в этот момент. Но, что бы они ни раскопали, Эйден не был убийцей. В этом Джейми не сомневался.

– Хочешь, чтобы я поехал с тобой? – спросил Джейми. – Я могу поехать следом на своей машине.

Эйден опять кивнул.

– Мы предоставим вам дежурного адвоката, который будет присутствовать на допросе, если у мистера Кеннеди есть такое желание.

– Я и есть адвокат. – Джейми явно был доволен, напомнив об этом. – По крайней мере, был. И теперь снова могу им стать.