Сара Ней – Тренировочные часы (страница 25)

В комнате воцаряется неловкая тишина, пока мы оба ломаем голову, что бы такое сказать.

— О, пока я не забыл, вот. — Эллиот достает из кармана смартфон, подозрительно похожий на мой, и посылает его скользить по кухонному столу в мою сторону. — Обронила в моей машине вчера вечером. Я забрал его, пока ты была в ванной. Он пищит, как сумасшедший.

Заправив непослушную прядь волос за ухо, я беру телефон со стола. Проведя большим пальцем по экрану, чтобы разблокировать его, съеживаюсь, когда вижу, что отец написал мне восемь раз за последние двадцать минут.

Отлично. Он явно думает, что я мертва.

Папа: Где тебя черти носят?

Папа: Ты вернулась домой вчера ночью?

Папа: Анабелль, ответь мне, черт возьми.

Папа: Тебе лучше быть мертвой где-нибудь в канаве.

Папа: Анабелль Джульет Доннелли.

Папа: Юная леди, ответь на свой телефон. Линда уже всерьез волнуется.

Папа: Анабелль, если ты не ответишь мне в течение десяти минут, да поможет мне бог, я вызову полицию кампуса и патруль штата.

Папа: Пять минут.

Я торопливо набираю ответ: «Прости, пап, только что проснулась. Я ночевала в доме подруги. Слишком много алкоголя, чтобы добраться домой».

Он тут же отвечает.

Папа: Какая подруга?

Я: Папочка, разве это важно?

Папа: Папочка? Теперь я знаю, что ты что-то задумала. Ты пытаешься манипулировать мной сладкими речами? Я чую дерьмо. С кем ты была прошлой ночью? Это был парень?

Папа: У вас с мамой когда-нибудь был разговор о сексе? Знаешь, что сифилис — болезнь номер один в университетских городках? Это не шутки, и если будешь глупить, то получишь его.

Боже мой.

Мой телефон снова звонит.

Папа: Эти парни в колледже хотят только одного, Анабелль Джульет.

Ладно, теперь он слишком много говорит с упоминанием моего второго имени. Мне скоро двадцать два. Поговорим о деспотичных родителях.

Еще одна причина, по которой мне нужно переехать в свой дом.

Я: Прости, пап, но я не хотела будить тебя прошлой ночью. Было поздно, и я была не в состоянии даже вызвать такси.

Папа: Ты хочешь сказать, что была так пьяна, что даже не смогла написать отцу? Какого черта с тобой случилось? Ты потеряла весь свой здравый смысл?

Я делаю глубокий вдох и молюсь о терпении.

Я: Папа. Я осталась с подругой. Это было лучшее решение прошлой ночью.

Папа: Ты должна была позвонить мне, чтобы я забрал тебя.

Я почти печатаю, что «Достаточно плохо, что я живу с родителями», но удаляю его, вместо этого посылая ему краткое:

Я: «Я ценю это, пап, но если собираюсь завести друзей и вписаться здесь, то не могу звонить тебе, чтобы выручить меня. Я уже не ребенок».

Проходит несколько секунд, прежде чем он отвечает.

Папа: Справедливо.

Папа: Когда будешь дома? Линда готовит картофельный салат на обед, а мне нужно быть в спортзале на две тренировки.

Я вздыхаю. Он никогда этого не поймет.

Я: Скажи Линде, чтобы не ждала, не знаю, когда буду дома. Я, наверное, останусь в городе на обед, выпить кофе. Вернусь через несколько часов, определенно к ужину.

Эллиот наблюдает за мной, но делает вид, что не смотрит, его взгляд блуждает по моему лицу, интересуясь выражением моего лица, пока лихорадочно отвечаю на сообщения отца.

Наконец, я кладу телефон на стол лицом вниз.

Вздыхаю.

— Мне действительно пора.

— Тебя подвезти?

— Нет, я возьму такси.

— Анабелль, это пустяки.

Я протягиваю руку и накрываю его ладонь своей. Отдергиваю руку, когда его кожа обжигает.

— Знаю, но ты и так уже сделал достаточно. — Я умру от стыда, если он окажет мне еще одну услугу. — Я ценю, что ты помог мне и пришел на помощь. Наверное, я никогда этого не забуду.

— Не беспокойся об этом, — возражает он.

Я встаю.

— Хорошо, ну... спасибо. — Беру свой телефон, прокручивая несколько приложений, которые я загрузила для транспортировки, выбираю одно и загружаю для поездки. — Машина меньше, чем в двух минутах езды. Сегодня не плохой день, так что я подожду снаружи, если не возражаешь.

Парень кивает, когда я смущенно приглаживаю рукой свои вьющиеся волосы.

— Пока Эллиот. — Машу ему рукой, несмотря на то, что еще не покинула его кухню. — Увидимся.

— Увидимся. Береги себя, Доннелли.

Я улыбаюсь, прикусывая нижнюю губу.

— Ты тоже, Святой Эллиот. 

ГЛАВА 10

 Анабелль

— Привет, Анабелль.

Я слышу голос прежде, чем вижу его, сидящего за столом, который я занимала на шестом этаже библиотеки, который, очевидно, украла у него и теперь благополучно вернула в качестве благодарности.

— И тебе привет, незнакомец.

Я не видела его с того утра на кухне, но думала о нем каждый день. Он расположился за угловым столиком, вся поверхность которого в беспорядке из книг, ноутбука и ручек.

— Только что пришла? — вежливо спрашивает он.

— Да. Думала, проверить, занято ли место.

— Присаживайся.

— Черт, нет, не хотелось бы прерывать. Ты был чем-то занят.

— Не страшно. Здесь полно места. — Эллиот ногой отодвигает стул напротив себя. — Больше, чем на том паршивом столе.

— Окей. Хорошо. — Я ставлю сумку на другой стул, а он убирает ноги и садится повыше.

— Как поживаешь?