Сара Ней – Как проиграть в любви (страница 22)
Он украдкой оглядывается по сторонам.
— Может, не здесь?
На пешеходном переходе загорается зеленый сигнал, и я перехожу улицу, Даллас идет следом за мной.
Я иду до следующего квартала, прежде чем обернуться.
— Что? — Я раздраженно вскидываю руки в воздух. — Дальше ты не пойдешь.
Я оглядываю его с ног до головы и тут же жалею об этом.
— У меня есть к тебе предложение.
— Ага, ты так и сказал, прежде чем оскорбить меня.
Можно было бы подумать, что это идеальная возможность для него извиниться, но нет, только не он. Не Даллас Колтер, всемогущая легенда кампуса. Боже упаси.
Ага.
Этот придурок — легенда кампуса, судя по тому, что я нагуглила, и каждое слово царапает мои нервы, как гвозди по меловой доске.
А мой любимый заголовок из «Спортс Иллюстрейтед»?
Ага, конечно. Не смешите меня.
— Когда я тебя оскорбил?
— Когда сказал, что Диего меня бросил.
— Но он же бросил.
— Я знаю это! — Я практически топаю ногой по земле, как ребенок. — Нельзя бросать это человеку в лицо.
— Хорошо. Значит ты предпочитаешь, чтобы я врал тебе в лицо?
Я взмахиваю рукой в воздухе.
— Как насчет того, чтобы не говорить об этом? Типа, вообще.
Он хмыкает.
— Ты заговорила об этом.
Боже мой.
— Чего ты хочешь? Переходи к делу.
Он смотрит на меня, приподняв брови.
На Далласе вязаная зимняя шапка, натянутая на волосы; она закрывает его уши и копну великолепных черных волос, о существовании которых я теперь знаю.
— Ты всегда такая хмурая?
Хмурая?
— Прости, что не падаю к твоим ногам, как все остальные.
— Все не падают к моим ногам. Это абсурд. — Он скрещивает руки на груди и прислоняется к дорожному столбу, скрестив ноги в лодыжках, выглядя слишком непринужденно.
— Ты что-то говорил? — Давай продолжим, пока мои сиськи не отмерзли.
— Я знаю, что у тебя только что закончились отношения. — Он подкрепляет это заявление закатыванием глаз. — И я не говорю, что ищу их, но у меня есть агент…
— У тебя есть агент?
— Да.
— Для чего? — Серьезно. Ему сколько, двадцать один? Я работаю в «Роско и Мими», подавая блины в обеденную смену, а у него есть настоящий агент?
— Эм… чтобы вести переговоры о контрактах и провести меня через драфт НФЛ?
— О.
Даллас расставляет ноги.
— В любом случае. Он беспокоится, что я недостаточно доступен.
— Не достаточно доступен для чего?
Он пожимает плечами.
— Не знаю. Для владельцев команды или что-то в этом роде.
Я ухмыляюсь.
— Ты такой брюзга.
Он хмурится.
— Нет, я не брюзга.
— Да, но ладно.
Он смотрит на меня.
— Как я уже говорил, Элиас сказал мне, что многие команды хотят кого-то ориентированного на семью. Чтобы они могли общаться со своими фанатами.
— Ага. — Потеряв интерес и все еще ожидая, когда на переходе загорится зеленый, я начинаю копаться в рюкзаке в поисках жвачки. Жаль, что у меня нет пары варежек или чего-то еще, чтобы согреть руки — внезапно они становятся ужасно холодными.
Я кладу жвачку в рот и потираю ладони, желая, чтобы светофор изменил цвет.
— …помоги мне на несколько недель.
— А?
— Ты слыхала хоть слово из того, что я сказал?
Так по-южному.
— Я слышала половину из того, что ты сказал, большая часть была: «бла-бла-бла, ты слушаешь меня?».
Наконец, свет переключается, и мы больше не одни, студенты присоединяются к нам, когда мы переходим улицу.
Мы похожи на небольшое стадо овец.
Даллас Колтер все еще идет за мной по пятам, капюшон его толстовки натянут на шапку. Плечи ссутулены. Либо парень не хочет, чтобы его узнали, либо ему холодно. Не могу сказать точно.
Я останавливаюсь в конце дороги, полная решимости от него отвязаться.