Сара Кейт – Посмотри на меня (страница 17)
Мама тотчас встает на дыбы.
– Во-первых, Мия взрослая. Во-вторых, я не оставляю ее одну. Она в баре, где все знают ее с третьего класса. И наконец… с каких это пор ты так ее оберегаешь? Нет, я, конечно, рада, что вы наконец поладили, и мне приятно, что ты так серьезно относишься к роли старшего брата, но мне кажется, тебе следует чуточку расслабиться.
Я отдергиваю от нее руку.
– Может, это тебе следует относиться к роли матери чуть серьезнее. Я не оставлю ее здесь одну.
С этими словами я ухожу, унося с собой чувство вины. Я не хотел огрызаться или обвинять ее в том, что она плохая мать, но ей никогда не понять, почему я не могу оставить Мию здесь. До сих пор без ответов остается еще куча вопросов относительно меня и моей сводной сестры, и я нахожусь в той точке, когда либо доведу дело до конца и что-то сделаю с этим новым напряжением, либо просто уеду и постараюсь обо всем забыть.
Думаю, мы все знаем, какой маршрут я выберу.
Когда я снова сажусь за стол, Мия смеется над какой-то шуточкой Риза, что жутко действует мне на нервы.
– Что смешного? – бормочу я, не слишком убедительно изображая равнодушие к их внезапному взаимному дружелюбию.
– Ничего. Он только что рассказал, как в колледже ему пришлось воспользоваться поддельным удостоверением личности.
– В колледже? Сколько же тебе тогда лет?
– Двадцать три будет в августе, – с вызовом отвечает он.
Я перевожу взгляд на Мию, но она занята тем, что помешивает соломинкой коктейль. Ей некогда смотреть на меня.
Это и есть тот тип мужчин, который ей нравится? Умный, примерно ее возраста и явно не мрачный придурок, который владеет секс-клубом и видел, как она мастурбирует, да не один раз, а два, причем без ее ведома.
Да, я пробрался наверх и подсмотрел, как она принимает душ, но даже своим больным, сумасшедшим разумом я понял: если она оставила дверь приоткрытой, значит, она
Может, мне лучше оставить их в покое? Нет, я не уйду из бара совсем. Я все еще должен убедиться, что Мия благополучно доберется до дома. Но, вероятно, мне следует найти уединенный уголок, где я не буду чувствовать себя надоедливым третьим лишним.
Я уже намереваюсь оставить их в покое, но в этот момент конферансье зовет Мию для еще одного раунда караоке. Сияя улыбкой, она вскакивает с места, и посетители бара, видя, как она выбегает на сцену, дружно ей аплодируют.
Начинается музыка, и я сразу узнаю песню.
Моя спина невольно напрягается. Я смотрю, как Мия обеими руками сжимает микрофонную стойку и прижимает ее к телу. О черт. Уже по тому, как она покачивается в такт музыке, я могу сказать, что смотреть на это будет выше моих сил. Не потому, что это некрасиво, или не потому, что она поет так же фальшиво, как и раньше, а из-за того, что не только я буду пожирать глазами мою слишком сексуальную сводную сестру.
Пока она поет – все так же отстойно, – покачивая бедрами, и чуть ли не трется животом о микрофонную стойку, я ни на секунду не свожу с нее глаз. Толпе ее пение нравится. Народ в зале улюлюкает и свистит, и это только побуждает ее вести себя так и дальше.
– Она всегда такая? – спрашивает Риз, сидящий позади меня.
Я поворачиваюсь к нему. Он улыбается, глядя на сцену. У меня же от этого взгляда леденеет кровь.
– Всегда, – мрачно отвечаю я.
Он смеется.
– Да, отвязная телка. Бьюсь об заклад, с ней не соскучишься.
Я смотрю, как она с микрофоном в руке залезает на ближайший столик, танцует на коленях и сводит толпу с ума. Пара женщин постарше в шутку бросают в нее долларовые купюры, и Мия все время, пока поет, не прекращает улыбаться.
Пусть ее пение ужасно, но то, как она держится на сцене, – само совершенство. Сценические огни любят Мию. А еще у нее есть естественная способность управлять толпой, что лично для меня стало полной неожиданностью. Так что даже если музыкальная карьера не для Мии, но ее место точно на сцене.
– Никогда… – говорю я, но когда перевожу взгляд на Риза, тот снова глядит в свой телефон.
К черту этого чувака. Повернувшись к Мии, я смотрю, как она заканчивает песню. И когда толпа аплодирует ей, я складываю ладони рупором и кричу громче всех. Она поднимает глаза. Наши взгляды встречаются, и я вижу, как ее лицо светится волнением.
Именно в этот момент я решаю, что мне пора перестать ходить вокруг да около относительно того, чего хочет мое тело. А оно явно мечтает ее трахнуть. И если это то, чего оно желает, – тем более что ее тело явно хочет того же самого, – я не стану этому мешать. Эта новая химия, возникшая между нами, в любом случае чисто физическая, и мы сможем легко от нее избавиться. Мия призналась мне, что у нее тоже сухой период, так что, скорее всего, это просто накопившаяся сексуальная агрессия и здоровая доза обиды, которая копилась годами. Что бы это ни было, держу пари, выйдет фантастический секс.
Мия возвращается к столику, и я встаю, чтобы поприветствовать ее. Этот придурок Риз все равно не обращает на нее внимания. Поэтому я хватаю Мию за талию и притягиваю к себе. От удивления она округляет глаза.
– Это было невероятно, – тихо шепчу я.
– Спасибо, – неуверенно отвечает Мия.
Должно быть, она сбита с толку тем, что я не высмеиваю ее скромный певческий талант и обнимаю на публике.
Поэтому я наклоняюсь и шепчу ей на ухо:
– Пойдем со мной прямо сейчас.
От моего мрачного предложения ее глаза расширяются еще больше. Она пытается перехватить мой взгляд, как будто ей нужно удостовериться в том, что именно я имею в виду.
– Это еще зачем?
– Сама знаешь, – отвечаю я шепотом.
– Разве ты не видишь, что я на свидании?
– Это не свидание. Это я привел тебя сюда.
– Зато он мне
– Неправда. Думаешь, этот парень даст тебе то же, что и я?
Она вздрагивает и пытается вырваться, но я не даю.
– Я уже сказала тебе, что у нас не будет этого разговора. Сколько можно меня дразнить? Я устала.
– Мия, хватит ломать комедию, – бормочу я, внезапно охваченный нетерпением.
Мия коварно улыбается.
– Знаешь, мне даже приятно, что ты ревнуешь.
На этот раз она успешно вырывается из моей хватки, возвращается к столику и садится рядом с Ризом.
– Нам нужно выпить, – бормочу я, машу официантке и заказываю кувшин пива и три «файрбола». На этот раз Риз не возражает.
Остаток вечера я помню смутно. Мия поет еще пару песен. Я самый громкий почитатель ее пения. Риз почти не обращает на нее внимания, уделяя ей время, лишь когда она возвращается за столик. В какой-то момент я оборачиваюсь и вижу, как он обнимает ее и что-то шепчет на ухо, а она улыбается.
Внезапно я начинаю понимать, что чувствует зверь, когда кто-то посягает на его территорию, трогая то, что принадлежит только ему. Я подавляю в себе желание зарычать, когда смотрю на них. Но какое право я имею что-то говорить? Мия – не моя. В мои намерения не входит делать ее или кого-то еще своей. Так почему из-за собственной гордыни я должен красть ее шанс на счастье?
– Я в туалет, – бурчу я, хотя ни Риз, ни Мия меня не слышат.
Стоя у писсуара, я решаю уйти. Независимо от того, насколько я пьян и как сильно хочу остаться, я готов отбросить свой эгоизм.
Выходя из туалета, я слышу в коридоре, ведущем к задней двери, голос Риза.
– Говорю тебе, это она! – кричит он в телефон. Я прижимаюсь к стене, чтобы Риз не видел меня, пока я подслушиваю. – Нет, я не спрашивал ее, работает ли она на камеру, но посмотрите на фоточки, которые я вам прислал. Это определенно
Мои руки и шея покрываются гусиной кожей.
– Черт побери, – смеется Риз. – Конечно, я ее трахну. Она всю ночь пыталась схватить меня за член. Как только я уберу ее урода-братца, то отведу к себе. Бьюсь об заклад, она не станет упираться и разрешит мне все снять, а я потом пришлю это вам.
Эй, полегче, чувак. Моя кровь вмиг закипает, и я с ухмылкой подхожу к Ризу.
– Отдай! – рявкаю я и без предупреждения выхватываю из его рук телефон.
– Мужик, какого хрена?
Я бросаю телефон на пол, а самого Риза бью спиной о стену.
– Послушай меня, ты, мелкий засранец. Мне все равно, что ты видел или что думаешь о ней, но если ты тронешь Мию хотя бы пальцем, обещаю, я разобью твой телефон к чертовой матери, ты понял?
Он отталкивает меня, но я сильнее и решительнее, поэтому прижимаю его к стене и придавливаю локтем горло.
– Ясно, что ты хочешь трахнуть свою сестру, извращенец! – хрипит Риз.