Сара К. – В плену у фейри (страница 25)

И почему я ожидала разумное поведение от фейри, которые не были такими?

Я вытащила лук из сумки, пристегнула колчан и сменила тетиву. Что бы ни было дальше, будут проблемы.

Скуврель обогнул бухту, солнце начало опускаться, подбиралось к горизонту, когда он добрался до ног огромной статуи. Туннель был вырезан в ее юбках, вел к Мосту. Он стал подниматься по мраморным ступеням. Я смотрела на все на уровне его пояса, клетка подпрыгивала, билась об его ноги, пока он шел. Я привыкла к тряске. Голова от этого все еще болела, но тошноты уже не было.

Где они нашли столько мрамора для этих статуй? Его добыли големы, вырезали тоже их каменные руки? Я подняла повязку, но статуи не изменились. Они просто подрагивали, словно были живыми, но застыли на месте, а не были из камня.

Я поежилась и опустила ее.

Фейри были на Мосту. Я узнала Верекса и Хуланну, с каждым было по три стража, явно от их дворов. Но Кавариэля, солдат и другой свиты не было. Странно.

— Валет, — прошипела сестра, когда мы подошли.

С шелестом стали ее свита вытащила оружие, как и Верекс и две женщины-орка.

— Леди, — сказал он, и я слышала в его голосе насмешку.

— Клетка снова у тебя, — отметила она.

— Вам нужна ставка выше, чтобы забрать ее снова, — Скуврель шагнул ближе. Я стояла на краю клетки, вытянув шею, чтобы видеть их лица. Мы не были достаточно близко, чтобы я попыталась полезть в карман сестры, но я видела отсюда только подбородки и носы. — И я предпочитаю ставки, которые не требуют такого труда.

— Ты ошибаешься, Валет. Я отпустила ее. Зачем она мне, если она не может выйти из клетки? — сладко спросила Хуланна.

— Так ты не хочешь ее? — голос Скувреля был опасным. Теперь я переживала. Моя ценность для него была в моей способности насолить сестре.

— Мы заняты, — сказала сестра, тряхнув юбками. — Иди со своими товарами в другое место.

— О, Леди Кубков, — дразнил Скуврель. — Краснеет для Лорда Шелка.

Она зашипела.

— Видишь? Даже валеты знают такое. Зачем объединяться с павшим двором? Он не может помочь, не с половиной Двора в шелковых мешках на Скалах Гнили. Они умрут ужасным образом, и никто о них не вспомнит, и Лорд Шелка оставил их там. Тебя так расстроила потеря маленького трофея, что ты захотела быть с ними? Я слышал, они кричат и кричат, пока не лишаются сил, медленно умирая в своих слезах и поту.

Она фыркнула.

— Она мне не нужна. И я думала, ты будешь зализывать раны. Ты наполовину лишен достоинства. Ни одна женщина-фейри тут не захочет мужчину с одним ухом.

— Я даже сейчас горюю, — отозвался он. — Но я могу предложить тебе кое-что лучше, чем клетка, которую не открыть.

— Тогда говори, или я тебя прогоню.

Он шагнул ближе, и я затаила дыхание, глядя на ее розовые юбки. Я потянулась, но она отпрянула на шаг. Я отодвинула руку в клетку как можно быстрее. Сердце колотилось. Я не хотела, чтобы меня поймали.

— О, не скромничайте, Леди, — сказал Скуврель. — Вы же позволите выразить немного симпатии моим предложением.

— Кавариэль, — стала возражать Хуланна.

— Просто пес, ждет, что и я буду таким.

Он пытался поцеловать ее? Конечно. Я должна была удивляться, что он не заманил ее в ловушку этим.

— Я тут не для поцелуев с одноухими, Валет.

— Тогда доверься мне, когда я говорю, что мои слова только для моих ушей.

Верекс фыркнул.

— Не веришь Сумеркам, Валет? Это первое логичное, что ты сказал на Мосту Логики.

— Ты знаешь, что делает Мост, Верекс, — сказал Скуврель. — Как он заставляет намерения застыть в тебе, искажает все до неожиданных путей. Потому ты встречаешься тут с Лордом Шелка. Почему не дать Леди повеселиться со мной? Может, удача Моста даст ей сделку, которую она не ожидала.

Верекс фыркнул, но голос Хуланны был ясным:

— Если есть предложение, озвучивай.

И в этот раз, когда Скуврель шагнул, чтобы шепнуть ей на ухо, она не попятилась, а я потянулась из клетки как можно дальше, нашла сразу ее карман и сунула внутрь руку.

Я не слышала их тихие слова надо мной, но голоса гудели. Если я не заберу семя быстрее, она закончит разговор.

Я ощутила что-то кончиками пальцев, но мои руки были слишком короткими.

Я сунула обе руки в карман, сжала ткань, будто тянула невод.

Я упущу шанс. Я…

Вот!

Семя было огромным. Размером с мою голову в этой клетке. Я отодвинула ткань кармана, чтобы семя выкатилось на шкуру крысы. Оно отскочило от моей сумки. Я, охнув, прыгнула к нему, споткнулась в спешке и упала на полу, но сжала семя. Куда его спрятать? Я убрала его под шкуру и села сверху. Я не осмелилась двигаться. Если оно выкатится за прутья, я потеряю отца навеки.

Пощечина зазвенела над моей головой, Хуланна ругалась.

— Это не шутка, Валет! Я должна содрать с тебя шкуру за такое предложение!

— Может, ты изменишь мнение, задев клинком мою кожу, — сказал он, но юбка отстранилась, ноги стучали по мосту, и я сглотнула. Чем он так ее разозлил?

— Уйди, грязь, или мы тебя зарежем, — прорычал Верекс. — Я не нападаю, потому что не хочу стать Валетом вместо тебя.

— Я не буду извиняться, — Скуврель пятился, пока говорил. — Но если передумаешь, ты знаешь, где я буду.

— Я серьезно, — Хуланна дрожала от ярости.

Скуврель повернулся, и я потеряла их из виду, он поспешил прочь с моста.

— Надеюсь, ты его украла, — шепнул он, проник между мраморными юбками кричащей статуи. — Потому что я не смогу вернуться, ведь начнется бой, а я не могу одолеть Верекса.

— Оно у меня, — сказала я, и в этот раз сердце колотилось от чего-то, что я не ощущала уже давно. От надежды.

Глава двадцать шестая

— Я не могу лететь ночью, — сказал он, двигаясь по лесу дико быстро, словно за ним гнались.

— Думаешь, они гонятся за нами? — спросила я.

— Было бы глупо, если бы они никого не послали за мной. Они были бы дураками, если бы не заподозрили что-то после этого безумия.

— Мне нужно посадить семя и вытащить отца.

Он взбирался по каменистому холму, шумно дыша. Я хоть раз слышала от него такой звук? Это было странно для Скувреля, который был всегда идеально собранным, даже когда продавал меня, даже когда был заточен со злым единорогом, даже когда сидел на куче фейри, которых убил. Почему я переживала за его безопасность?

— Он в состоянии идти? — спросил он. — Сомневаюсь. Если бы я его мучил, он был бы сейчас кровавой тряпкой.

Я уставилась на него. Я все забывала, каким ужасным был Скуврель. Лучшим его ходом было заставить меня доверять ему, несмотря ни на что. Его лучший морок заставлял меня думать, что он не был монстром, но его истинная натура часто проявлялась. Он замер, снял клетку с пояса и опустил на мшистый камень рядом с собой.

— Чтобы освободить твоего отца, — сказал он, тяжело дыша, — тебя нужно выпустить из клетки на время. Я не могу снять его с тех шипов. Но я не хочу выпускать тебя в портал. Только его. Значит, его лучше освободить там. У портала. И потом ты вернешься в клетку, и мы продолжим путь дальше.

— А если не вернусь? — мой голос дрожал. Это был идеальный шанс покинуть это ужасное место. Я ощущала стыд от этой мысли. Дети все еще были тут, в плену в этом злом мире.

— Тогда твой отец будет страдать вечно. И это только усилит мою репутацию Валета.

— Я не хочу этого, — признала я.

Он снова поймал меня. Каждый раз, когда я думала, что был шанс, он подавлял это! Он всегда был на шаг впереди меня, и я не знала, чего он хотел. Как можно было вести переговоры с кем-то, когда ты не знал, чего они хотели?

— Тогда договорились. Мы освободим твоего отца у портала. Постарайся убрать то семя в свою сумку. Сложно слышать тебя, когда ты сидишь в центре клетки. Я хочу тебя у прутьев.

— А для меня так важно, что ты хочешь, — буркнула я, но убрала семя из-под шкуры крысы и спрятала в сумку.

Пришлось вытащить старую одежду, чтобы оно уместилось. Вещи высохли, но были мятыми и пахли плесенью. Я вздохнула, выбросила их за прутья на мох внизу. Я застряла в одежде из перьев, которая сочеталась со Скуврелем, словно мы были парой. Но он был красивым фейри с черными волосами, острыми ушами и жестокой улыбкой, а я — смертной с сомнительной красотой, ворчливым поведением и уязвимым здоровьем. Мы не подходили друг другу.